Чтение онлайн

совсем ничего не значит. Встречались в его жизни

женщины, глядящие влюблёнными глазами, а потом

обманывавшие и предававшие. Правда, до воровства

дело никогда не доходило. Но может только от того,

подумал Алексей, что у меня и красть-то нечего?

– Я слышала о вас столько интересного, -

защебетала блондинка.
– Говорят вы самый лучший

сыщик в Москве.

– И кто же говорит?

– Все. Николай Павлович, Сахновский,

Семён…

– Какой Семён?

61

– Ой, я фамилию не помню! Мы с его сестрой

Настей вместе в цветочном магазине служили. А

Семён извозчик. У него ещё лошадь такая огромная,

серая.

– Гирин? - догадался Алексей. - Ну, этот

расскажет. Ему верить, так и сам Иван Дмитриевич

Путилин мне в подмётки не годится… Ольга

Карловна, а вы знаете, что…

– Вы о краже? Ах, конечно, знаю. Такой ужас!

Коля последние дни сам не свой…

– На кого-нибудь из домашних подозрения

имеете?

Ничего примечательного узнать от неё не

удалось. В оценке окружающих блондинка

полностью разделяла мнение своей родственницы -

все очень достойные и порядочные люди. В это

время пригласили к столу.

В Москве с незапамятных времён

чрезвычайное внимание уделяется закускам. В

большинстве домов их подают в таком количестве и

разнообразии, что на всё остальное в желудке и

места не остаётся. Но малютинский стол по этой

части оставлял всех «за флагом». Притом не только

из-за обилия всевозможных деликатесов и

разносолов. Ну, кого удивишь астраханской икрой и

остендскими устрицами, донской белорыбицей и

страсбургским пирогом? А вот горячий картофель -

выписанный из Риги и приготовленный по способу,

хранящемуся в секрете - можно было отведать

только здесь. Алексей, в очередной раз, оценил,

62

насколько хороша эта картошечка с селёдкой и

солёными

огурчиками

под

холодную

«смирновскую». Однако, обед обедом, но и о деле

забывать не следует.

– Николай Павлович, я слышал, у вас Шапшал

квартирует. Познакомьте меня с ним. Подсказывали,

он для журнала может быть полезен.

– Шапшал? - удивился Малютин. - Впервые

слышу.

– Это тот, которому мы домик на заднем дворе

сдали, - пояснил Сергеев.
– Помните, он посоветовал

какие компрессы Удалому накладывать надо.

– Теперь вспомнил. Так вы сведите Алексея

Васильевича с ним.

– Хорошо. Да, забыл вам доложить. Недавно

из участка приходили, справлялись о нём. Я уж, и

жалеть стал, зачем его пустил.

– Пустое. Яков Никонович, - успокоил его

Сахновский. - И ко мне тоже приходили, всеми

новыми жильцами интересовались. Скажу вам по

секрету, на май месяц коронация государя

императора назначена, только манифест пока не

публикуют. Вот полиция заранее и готовится. Из

столицы для этого специальные люди присланы.

Ведь по Петербургскому шоссе царь в

Первопрестольную въезжать будет.

В достоверности этих сведений можно было

не сомневаться - многие высокопоставленные лица

за честь считали бывать у Сергея Алексеевича

Сахновского, непревзойдённого знатока рысистых

63

лошадей. Но только ли как новым жильцом

интересуется полиция караимом? Кто знает…

После закусок пришло время и, собственно

говоря, обеда.

– В прошлый раз Сергей Алексеевич сетовал,

что после нашего обеда почти сутки в рот ничего не

брал. Сегодня я попросил повара приготовить что-

нибудь полегче. Отведайте, господа, - потчевал

хлебосольный хозяин. - Согласитесь, французская

кухня не такая тяжёлая, как московская.

Крем «Ортанс рояль» и консоме «Марго»,

стерлядь «Брезе о шампань» и судак «Кольбер»,

телятина и бекасы, спаржа и прочая зелень… Воздав

должное всему этому, Лавровский почувствовал - на

сладкое сил не осталось. С грустью посмотрев на

большую серебряную миску полную свежей

земляники, покрытой взбитыми сливками,

попросил:

– Николай Павлович, позвольте закурить?

– Вы совершенно правы, - согласился

Малютин, сам заядлый курильщик и любитель

сигар. - Но не будем мешать дамам. Господа,

пройдёмте в кабинет. Эмма Францевна,

распорядитесь подать нам кофе туда.

Малютин прекрасно понимал, что

расспрашивать о ходе розыска ещё слишком рано.

Да и Сахновского ему не хотелось посвящать в свои

проблемы. Поэтому говорили, в основном, о

журнале. Алексей получил немало полезных

советов от маститых лошадников. Засиделись до

64

позднего вечера. Когда пришла пора прощаться,

Сергеев вызвался проводить Алексея до ворот.

– Признайтесь, Алексей Васильевич,

Шапшалом вы интересуетесь не только из-за

журнала? - спросил он. - Кто-то из наших вам

сказал, что я ему протежирую?

– Конечно, сказали.

– Действительно, протежирую и не скрываю

этого. Очень приятный молодой человек. В лошадях

разбирается…

– А тебе известно, что в субботу он в спешном

порядке отправил по железной дороге в Питер

жеребца, похожего на вашего Удалого?

– Вот как… Не знал… Он говорил, об

отправке двух американских кобылок, которых у

него заказали для подарка самому графу Воронцову-

Дашкову, а о жеребце и словом не обмолвился…