Чтение онлайн

пометки «В номер», он стал читать отрывок из

повести Пейча «Кабриолеткин». Живо написано,

смешно. Но печатать это не стоит. Недолюбливает

Пейч орловского коннозаводчика Василия

Николаевича Телегина. Вот и выставил его эдаким

современным Чичиковым, готовым на любые

уловки и ухищрения для процветания своего завода.

Но больше поработать над номером ему не

пришлось. В дверь постучали.

Взглянув на моложавого пышноусого

мужчину, судя по выправке из военных, Алексей

сразу догадался - это и есть Евгений Никифорович

Ширинкин.

– Прошу извинить, что явился без

предупреждения, - представившись, сказал

153

Ширинкин.
– Собирался зайти к вам завтра утром,

но выяснилось, что на день-другой придётся уехать

их Москвы. А время не ждёт.

– Слушаю вас, - сказал Алексей, пряча в папку

статьи и заметки.
– Только потише - слышимость в

соседних номерах изумительная.

– Пётр Александрович Черевин просил

передать вам привет и небольшой презент, -

Ширинкин протянул объёмистый сверток.

Развернув его, Лавровский обнаружил

коробку гаванских сигар и три бутылки.

– «Натуральный кавказский коньяк

Г.Болквадзе», - прочитал он на этикетке. - А, тот

самый, который в 1878 году на Всемирной выставке

в Париже высшую награду получил. Слышал о нём,

но не пил. Позвольте предложить вам для

знакомства…

– Спасибо, но…, - Ширинкин сокрушённо

развёл руками.
– Доктора не рекомендуют. Давайте

сразу к делу. Карасёв, как я полагаю, вам уже всё

рассказал?

– Да он почти ничего и не знает.

– Честно признаюсь, я тоже.

– Как так?
– изумился Алексей.

– А вот так! Департамент полиции, Алексей

Васильевич, это не господь бог - всемогущий и

всеведущий. Там самые обычные люди служат.

Немного удалось нам узнать. Покушение на

императора планируется устроить во время его

154

пребывания в Москве в мае этого года. Организация

покушения поручена пятерке некого Адвоката.

– Карасёв говорил, что злоумышленники

каким-то образом связаны с Московским беговым

обществом?

– Имеются сведения, что Адвокат и его ребята

в финансовой помощи исполнительного комитета

«Народной воли» не нуждаются, они хорошие

деньги на бегах зарабатывают. Вот, собственно

говоря, и всё. Да, Пётр Александрович полагает, что

Адвокат и в самом деле адвокат, поскольку при

выборе кличек людям воображения частенько не

хватает.

– Сомневаюсь, - задумчиво начал Лавровский.

– Помню на Волге…

И осёкся.

– Продолжайте, - улыбнулся Ширинкин.
– Что

же вы думаете, я пришёл к вам не наведя справок?

Знаю я о вашей бурной юности. Бурлак, крючник,

конюх… Но все как один заявляют, что к

«хождению в народ», будь оно неладно, вы

отношения не имели. Просто чудили по молодости.

– Все? Это кто же?

– Начальник Московского охранного

отделения Скандраков, полковник Муравьёв из

сыскного, пристав Петровско-Разумовского участка

Эффенбах, судебный следователь Быковский. Да и

Владимир Андреевич Долгоруков.

– Понятно, - растеряно сказал Алексей. Он

даже не предполагал, что его прошлое хорошо

155

известно такому количеству людей.
– Понятно… Так

вот, когда я бурлачил на Волге был в нашей

оравушке мужик один - Фёдор Дронов, а по кличке

Аблакат. Получил он её из-за того, что всякий раз

когда возникал спор с хозяйским приказчиком

посылало «обчество» его доказывать нашу правоту.

И ведь доказывал, не хуже Плевако какого-нибудь…

Не удивлюсь, если и этот Адвокат окажется

говоруном из студентов-недоучек. Имеются на бегах

и такие. Взять хотя бы Лёху Курносова. Он,

поговаривают, из университета за политику

исключен был.

– Сразу подозреваемый появился? Вот, что

значит свежий взгляд!
– засмеялся Ширинкин. И тут

же стал серьёзным.
– Откровенно говоря, до нашей

встречи, я не совсем представлял себе ваше место в

этом розыске. Силы задействованы большие -

Московское охранное отделение, губернское

жандармское управление, мои люди. Все настоящие

мастера сыска.

– Вы своего грека из 46-го номера

предупредите, чтобы вёл себя поосторожнее. А то

все «Черныши» уже судачат, кто он такой. Шпиён,

говорят, из Петербурга.

– Чёрт возьми! Ну и задам я ему жара…

Давайте договоримся так - вы с господином

Малининым занимаетесь этим делом сами по себе.

Сообщайте мне обо всём заслуживающим интереса

сразу же.

– А если вы в отъезде?

156

– В моём номере в «Дрездене» постоянно

находится один из агентов. Можете рассчитывать на

любую помощь. Деньги на расходы…

Лавровский отрицательно покачал головой.

– Не удивлён. Меня об этом предупредили.

Кстати, вы говорили о Курносом. Чем он

занимается?

– Букмекерством. Правда, сомневаюсь, что

зарабатывает большие деньги.

– Наверное, это не единственный, кто

вызывает у вас подозрения?

– Само собой, Евгений Никифорович. Такое

уж место бега - вокруг них много всякого тёмного

народа трётся. Рассказывали мне о стороже,

который по-французски понимает, об отставном

гусарском вахмистре. Не поверите - гусар, а водку

не пьёт.

– А среди членов бегового общества есть

подозрительные?