Чтение онлайн

ищешь?

Лавровский не стал скрытничать:

– Ищу.

– Вот и давай пиши в «Листок» об этом.

Гонораром не обижу. Когда-то ты ещё от своего

журнала кормиться начнешь, а есть-пить сегодня

надо.

– Да не о чем пока писать. Но как только что-

нибудь разузнаю, так сразу.

– Вот и договорились.

216

Репортёр «Русских ведомостей» Серёжка

Емельянцев был человек пьющий. Поэтому

Лавровский не сомневался, что найдёт его в

ближайшей от редакции портерной на углу

Мясницкой и Юшкова переулка. И не ошибся.

Емельянцев сидел в дальнем углу зала и

тоскливо смотрел на пустую бутылку. Он

обрадовался Лавровскому.

– Лёша, будь другом, угости. А то голова

раскалывается, а денег, поверь, ни копейки не

осталось.

– Как так? Неужели Лукин на гонорар

поскупился?

Заведующий московским отделом «Русских

новостей» Лукин очень ценил репортёров и, если им

удавалось раздобыть интересные сведения, платил

всегда щедро. Все знали, что из-за этого он

частенько ругается с прижимистым редактором

Соболевским.

– Какой там гонорар, - махнул рукой

Емельянцев. - В сегодняшнем номере у меня ни

строчки не прошло.

– А «Следы»? Читал я их. И, лукавить не

стану, просто восхищён. Обошёл ты меня, Сергей

Капитоныч, обошёл.

– Обошёл, да не я, - вздохнул Емельянцев.
– Не

моя это заметка.

– А чья? - спросил Алексей. Видя, что

Емельянцев мнётся с ответом, подозвал полового.
–

Любезный, принеси нам пару портера. Только

217

самого наилучшего. Ну и, сам понимаешь

холодненькой.

– Понимаю-с, - ответил половой. - Только

водочкой-с мы торговать не имеем права. Поэтому я

вам её не в графинчике, а в пивной бутылке подам-с.

– Так чья заметка?
– Лавровский достал сигару.

– Кто у вас такой ловкий появился, что даже тебя

обскакал?

– Да репортёришка один провинциальный,

говорит, что француз родом. А я полагаю, жидёнок.

– Как зовут-то его?

– Эжен Конэссёр. Из Одессы приехал. Я из-за

него сегодня неприятности имел. Вызвал меня

Лукин и говорит: «Как же так получается, Сергей

Капитонович? Человек в Москве без году неделя, а

такие интересные сведения достаёт. А вы?»

Половой принёс пиво и водку. Емельянцев

выпил, быстро захмелел и принялся плакаться

собутыльнику:

– Неудачный у меня сегодня день, Лёша. Взял

я эти «Следы», доработал, разумеется, и понёс в

«Современные известия».

Лавровский усмехнулся. Знал он об этой

манере Емельянцева - изменить в чужой заметке

несколько слов и продать её, уже как свою

собственную, в другую газету.

– Взяли?

– Не… У нас, говорят, в завтрашнем номере

этому фельетон посвящён строк в двести.

– А автор?

218

– Ещё один провинциал. Хохол какой-то -

Евген Знавец. Понаехали, будь они не ладны.

– В «Русский курьер» не пробовал сходить?

– Пробовал. И там меня опередили.

– Кто?

– Не знаю. Да и какая мне разница!

Алексей помолчал, осмысливая услышанное,

а потом спросил:

– Сергей, тебе деньги нужны?

– Ещё спрашиваешь.

– Тогда выясни, кто написал заметку в

«Курьере» и разузнай подробно об этих Конэссёре и

Знавце. Сделаешь всё как следует - получишь три

рубля.

– Пять и аванец - пару целковых, - начал

торговаться Емельянцев.

– Три. И никаких авансов. А то, знаю я тебя,

запьёшь на неделю.

– Ладно. Где тебя завтра найти?

Алексей и сам ещё не знал, где будет завтра.

– Давай здесь встретимся, - предложил он.
–

Часов в восемь.

– Договорились. Экая жалость, выпить ничего

не осталось. А сделку-то вспрыснуть полагается, а

то удачи не будет.

– Да ты пей - мне что-то всё равно не хочется,

– Лавровский пододвинул Серёжке полный стакан

водки, который за всё время разговора даже не

пригубил. Выпить Алексей любил. Но далеко не в

любой компании.

219

Глава 20

На зимнем ипподроме

Зычный командирский голос Пейча был

слышан издали:

– Как вы посмели выехать на беговой круг

пьяным?

– Да тверёзый я совсем Николай Сергеевич, -

бубнил кто-то, оправдываясь. - Одну единую

рюмочку и принял сугреву ради.

– От вас водкой за версту разит! Напомню, что

устав нашего общества категорически запрещает

выезжать на призы…

– Так то на призы… А я на проездку…

– Вы ещё и спорить со мной будете?! Вот не

дозволю вам в воскресенье ехать, тогда по другому

запоёте…

Малинин посочувствовал:

– Не повезло бедолаге.

– Да уж, - согласился Лавровский.
– Пейч и так

гроза наездников, а сейчас, когда он на бегах царь,

бог и воинский начальник, ему лучше не

попадаться.

…Зимний ипподром на Нижнем Пресненском

пруду во всех отношениях уступал летнему. И круг

похуже - не полутораверстовой, как на Ходынке, а

верстовой, пригодный для единовременного запуска

только двух лошадей. И тёплая беседка значительно

меньше - по одной комнате для действительных

членов общества и наездников, буфет с кухней и

220

маленький зал для публики. Правда на втором этаже