Чтение онлайн

окажутся в одной камере с простым народом.

Впрочем, не буду забивать ваши головы лишними

сведениями, которые вам вряд ли когда пригодятся.

Сыск и дознание, а тем более агентурная работа,

господа, это искусство и наука одновременно. Для

успешного занятия ими требуются не только

определённые способности, но и специальные

знания, опыт. Но, к сожалению, наш девятнадцатый

век, это время дилетантов.

– Развелось их, как грибов поганых после

дождя, - поддакнул начальнику брюнет. - Каждый

самоучка себя гением мнит…

Ширинкин властным жестом остановил

подчинённого и, взглянув на настенные часы,

продолжал:

– Извините, господа, но мне пора ехать.

Позвольте еще раз поблагодарить вас за искреннее

желание оказать содействие. Лично доложу об этом

Петру Александровичу и буду ходатайствовать…

У Лавровского непроизвольно сжались

кулаки. Но сдержался. Только зло сверкнул глазами:

– Дилетанты, значит? Может быть и так,

только мы ведь вам со своими услугами не

навязывались. Пошли, Сергей, у нас дел до чёрта.

У порога остановился:

– Вы, господин подполковник, когда Курилова

допрашивать станете, про Мотю Адвоката у него

спросите.

246

– Про какого ещё Мотю? - не понял

Ширинкин.

– Про присяжного поверенного Матвея

Петровича Одинцова.

– А он-то здесь причём?

– О том, будучи дилетантом, судить не берусь.

Однако, по нашим агентурным сведениям

установлено, что именно он передал Курилову

динамит и оружие.

– Заодно можете поинтересоваться у

Курилова, кого он рекомендовал для приёма в

добровольную народную охрану, - добавил

Малинин.

– Подождите, господа!

– Да, пошёл ты…, - начал было Лавровский,

но Малинин дернул его за рукав:

– Лёша, держи себя в руках. Честь имеем

кланяться, господин подполковник!

Правда и сам сдержаться не смог - слишком

уж сильно хлопнул дверью.

Судебного следователя по особо важным

делам Василия Романовича Быковского - полного

мужчину средних лет, с круглым добродушным

лицом и хитрым цепким взглядом - они встретили

возле подъезда Сенатского дворца, где помещались

Московский окружной суд и другие судебные

учреждения.

… В ходе своих частных расследований

Лавровскому и Малинину не раз доводилось иметь с

247

ним дело. Они убедились в его уме, чутье и

порядочности. Постепенно деловые отношения

переросли в приятельские. Не последнюю роль

сыграло и то, что все трое были страстными

лошадниками и игроками…

Быковский обрадовался узнав, что они

присланы из сыскного ему в помощь:

– Да вы ещё и со своим извозчиком?! Просто

замечательно! Поехали на Стромынку, в

Преображенскую больницу. По дороге всё расскажу.

… Ординатор Корсаков, как всегда, пришёл на

службу пораньше. Он удивился, не обнаружив на

месте

надзирателя

отделения

для

выздоравливающих Селиванова, который обычно

встречал его свежезаваренным крепким чаем и

подробным отчётом обо всем случившимся в

отделении за ночь. Стал обходить палаты и в одной

из них нашёл надзирателя. Тот был мёртв. Как и

двое больных лежавших в этой палате - рижский

мещанин Гехт и отставной мичман Серёгин.

Стаканы и недопитая бутылка говорили о том, что

перед смертью все трое пили вино. Корсакову, врачу

опытному, хватило одного взгляда, чтобы

предположить - отравление. Тут же доложил

больничному начальству. Вызвали полицию.

Врач Мещанского полицейского дома

Микульский полностью разделил мнение коллеги об

отравлении. В соответствии с параграфом 2 главы

1-й «Устава судебной медицины» он распорядился

отправить тела в морг полицейского дома для

248

проведения судебно-медицинского осмотра, медико-

химической экспертизы и составления актов.

– Когда будут известны результаты

экспертизы?
– спросил Алексей.

– Уже известны. Действительно, это

отравление.

– Чем?

– Одним из самых сильных ядов

растительного происхождения аконитом. В

организме очень сложно обнаружить его остатки.

Но Адам Иванович Микульский большой дока по

этой части… Как видите медицинская полиция

работает замечательно. В отличие от общей.

Поручил я вчера вечером помощнику участкового

пристава Клушину выяснить, каким образом

отравленное вино попало в больницу. Утром

прислал он рапорт: «Имеются все основания

полагать, что бутылку вина «Шато-Лафит» урожая

1875 года была принесена на территорию

Преображенской больницы для умалишенных

тульским мещанином Селивановым, состоявшим с

августа прошлого года в должности надзирателя. С

какой именно целью это было сделано, а также от

кого вышеуказанное вино было получено,

установить не представляется возможным из-за

смерти подозреваемого». Многословно и не о чём.

– А чего другого вы ждали от человека с такой

фамилией? Тем более от отставного пехотного

поручика, - пожал плечами Алексей. - Сколько

говорят о том, что надо продвигать по службе

249

опытных околоточных, а как только откроется

вакансия помощника пристава, так сразу армеута

отставного назначают.

– Не соглашусь с вами, - возразил Быковский.
–