Газлайтер. Том 38
Шрифт:
— Сперва переместим туда армию сопровождения, — решаю вслух.
— Мне не нужны солдаты, — бурчит он тут же.
Я смотрю со скепсисом.
— Тогда зачем ты вообще пришёл ко мне? Иди спасай свою жену.
Он отводит взгляд, и голос у него становится другим — хриплым, необъятно честным:
— Я боюсь накосячить.
Вот так. Вся правда. Передо мной сидит существо, которое может разнести гору одним взглядом, способное к мощным аналитическим вычислениям, но при этом боится сделать ошибку. Боится, что в попытке спасти Диану просто убьёт её.
— Тогда лучше меня послушаться, — отвечаю.
Ещё в машине я отдаю приказ Зеле, Аусту и Великогорычу заняться переброской крупной группировки к границе Чёрной Равнины в одноимённый мир. Велю им не забыть захватить Золотого Дракона, Пса, ну и Грандбомжа со Змейкой — пусть будут при деле. Параллельно связываюсь с Лакомкой: пускай готовит зелье из Омелы. Возможно, настало время убивать полубога.
Когда мы возвращаемся домой, я даже не выхожу из машины. Достаю портальный камень и коротко предупреждаю Багрового:
— Не выходи.
Камила смотрит на меня с немым вопросом — что, куда, зачем?
— Мы отправимся в Херувимию и скоро вернёмся, но ненадолго, — объясняю ей. Она понятливо кивает.
— За Габриэллой?
— Да, леди может пригодится.
Я наклоняюсь вперёд, кладу руку Багровому на плечо — и переношу нас в другой мир.
— Хм, — выдыхает он, оказавшись у ворот усадьбы Дома Лунокрылых. Удивлённо оглядывает небо с тремя солнцами и герб Лунокрылых на кованой решётке. — Мир пернатых летунов? Как ты нас сюда перенёс? Даже я не могу сюда попасть. Он же закрытый.
— Не для меня, — коротко бросаю и, не обращая внимания на застывшего Багрового, шагаю к воротам.
Портальный камень у меня специальный, с прошивкой переноса в Херувимию. И Багровый прав — обычные порталы сюда не добираются. Но мне, как члену Совета Сторожевого города, доступ выдали официально.
Охрана на КПП сверяется со списками друзей Дома и пропускает нас внутрь. Через минуту мы уже сидим в гостиной. Я заранее улавливаю ментальный отклик крылатой блондинки — она идёт быстрым шагом, причём в обтягивающих кожаных доспехах.
— Король Данила! — щебечет эта некогда стервозная леди-херувим, входя и стреляя в меня глазками. Теневые щупальца Спрутика тут же обвиваются у неё вокруг талии, будто приветствуя. — Вас так давно не было в Пункте наблюдения при Астральном Прорыве!
— Были срочные дела, леди, — вздыхаю. Я и сам бы не прочь лично заняться исследованием материализации Астрала, но кто мне вообще даст столько свободного времени?
— Да, я слышала, — она бросает взгляд на скучающего Багрового. — Вы ныне король Багровых Земель?
— Король-регент, вообще-то, — бурчит тот.
— Ваше Багровейшество, это леди Габриэлла из Дома Лунокрылых, — представляю я девушку и тут же продолжаю, обращаясь к ней: — Я знаю, что вы несколько дней отдыхаете от Астрального Прорыва, но хотел попросить вас и Спрутика помочь мне, если вам позволяет состояние.
— С радостью, король! — улыбается она.
— Отлично. Вам нужно собраться? Или предупредить лорда Димиреля?
— Нет, я готова, — она хлопает ладонями по своим кожаным бёдрам с ножнами, чуть потеснив тентакли Спрутика. — Провиант и вода ведь не требуются?
— Всем необходимым обеспечат в лагере.
— А лорду-отцу я скажу по связь-артефакту, — леди-херувим улыбается шире. — Я ведь всё ещё ваша пленница и обязана выполнять вашу волю.
— Хорошо, — говорю я, подавая девушке руку.
Второй рукой активирую портальный камень, и в тот момент, когда Багровый берёт меня за плечо.
И вот мы снова в московском особняке. Я прошу гостей пока подождать в гостиной и чувствовать себя как дома, а сам направляюсь в комнаты Светки.
Она сидит на кровати, листает какой-то учебник по боевой магии, но, увидев меня, сразу откладывает книгу набок.
— Даня! — поднимает бровь. — Лакомка там Омелой занята, я так понимаю?
— Да. Как только она закончит с зельем, отправимся в Чёрную Равнину спасать Диану, — говорю я.
Света кивает:
— Без понятия, что это за Чёрная Равнина, но как скажешь. Кого из девочек берём?
Я на мгновение задумываюсь. Вопрос правильный — а ответ пока не очевиден.
— Подумаю ещё, — отвечаю честно. Надо решить, нужны ли мне жёны там вообще.
Света кладёт подбородок на ладонь и смотрит на меня чуть внимательнее:
— Даня… а вообще, разве надо нам эту Диану спасать? — спрашивает она задумчиво.
— Надо, — отвечаю без колебаний. — Она держит Световое Дерево в стабильном состоянии. Если её не станет — Дерево уйдёт в режим нестабильности. Нам это ни к чему.
Когда-нибудь Лакомка сможет заменить ее, но сейчас Диана необходима.
— Понятно-о-о, — протягивает блондинка. А я отправляюсь помедитировать. Лакомка сказала, что до завершения работы с Омелой осталось совсем немного. Технически это несложно, но процесс требует времени — и я это время ей дам. На Древнего Кузнеца всё же лучше идти с оружием, способным убивать полубогов.
Лунный Диск (штаб-квартира Организации), Та Сторона
Хоттабыч сидел за столом, разбирая очередную пачку сводок, когда в кабинет вошёл Спутник.
— Председатель, как вы и велели, я удалённо следил за миром дампиров.
— Видимо, произошло что-то интересное, — догадывается старик, не отрываясь от документов.
— Диана направлялась в Кузню-Гору к Древнему Кузнецу, — докладывает высший сканер. — А теперь её сигнатура пропала. Последнее зафиксированное положение — район Чёрной Равнины.
Хоттабыч тихо хмыкает. Он откидывается в кресле, переплетает пальцы на груди и наблюдает за советником внимательным, холодным взглядом.
— Чёрная Равнина — место само по себе ничем не примечательное, — бросает Председатель. — Но благодаря испарениям магматических трещин её легко использовать как ловушку. Ну… посмотрим, что у Древнего Кузнеца получится, — произносит он почти беспечно. В голосе нет тревоги, только аналитическая пауза. — А потом уже будем принимать меры.
Он разворачивается к карте мироздания на стене — полупрозрачной схеме астральных потоков, где линии движутся, перекрещиваются и пульсируют. На области Чёрной Равнины — два мощных энергетических импульса. Карта, конечно, учитывает далеко не всех сильных нужных для слежки существ, но за полубогами следить довольно легко. Они в астральной структуре сияют, как маяки.