Ген льва
Шрифт:
– Просто пообещай мне, что завтра ты будешь чувствовать то же самое. Пообещай, что ты все еще будешь думать, что я красивая внутри и снаружи, и ты не пожалеешь, что сказал мне эти слова.
Он не колебался в своем ответе.
– Я буду. Обещаю.
С этими словами он медленно перевернулся на спину, потянув меня на себя. Длинные волосы проливались через плечо, я стонала, упиваясь ощущением его твердости между моими бедрами и думая, что он скоро скользнет в мои гладкие глубины.
Но вместо этого, удивляя меня, он схватил меня за бедра, поднимая вверх прочь от него, а затем расположил головку своего толстого член у моего входа, его дыхание стало быстрым и прерывистым. Это было, как если бы я была полностью подвешена, сидя в каком-то низком, невидимом кресле, с ногами по обе стороны его бедер и кончиком его мужского достоинства, подталкивающим его внутрь меня.
Почти обезумев от желания, я говорила почти невнятно хриплым шепотом.
– Да, Джош. Пожалуйста. Я хочу, чтобы ты полностью меня наполнил. Пожалуйста.
Сразу же он сделал то, что я попросила, подняв бедра с кровати, чтобы медленно загнать свой жесткий шест глубоко внутри меня. Тут же я вскрикнула, запрокинув голову назад, ощущение того, что меня держат на высоте, но наполняют снизу, одно из таких необычных и интенсивных удовольствий, что я была ужасно близка к достижению кульминации.
Мое удовольствие продолжилось, когда Джош начал мощно толкать свои бедра, что он и сделал, поставив ноги на кровать и согнув колени. Все еще находясь в положении, похожем на сидение в кресле, хотя и невидимом, с ним, держащим мои бедра, я удивлялась его силе перевертыша и стонала, оценивая это.
Когда он делал всю работу, мои руки были совершенно свободны, чтобы бродить, и каким-то образом они оказались на моей груди, сжимая ее и поглаживая, действие, привлекающее взгляд Джоша, откуда он пристально наблюдал, как наши тела соединяются. Со стоном он начал толкаться в меня быстрее, вскоре хрипя с каждым движением, его руки напряглись на моих бедрах.
В течение короткого времени я могла сказать, что его удовольствие быстро приближалось к пику, что было прекрасно, потому что мое тоже. И когда он начал засовывать свой длинный толстый член в самую глубокую часть меня, я просто не могла больше сдерживаться.
С громким криком страсти я, казалось, упала в море чистого восторга, волна за волной экстаза обрушивалась на меня, одна за другой, в то время как мои самые интимные мышцы неоднократно сжимались вокруг члена Джоша.
Это привело его к его собственной волне удовольствия, и он наполнил меня теплом своей мужской сущности, рычанием, звуком, сужающимся в хриплом шепоте моего имени.
Наконец, впервые в жизни меня связала фраза «умопомрачительный кульминационный момент». Это наконец-то нашло отклик во мне, и я поняла, о чем все говорили.
Как только обе наши кульминации были завершены, Джош обнял меня и крепко держал, прижимая мое лицо к его твердой груди, в то время как наше дыхание замедлилось.
Через несколько минут он заговорил у моего уха тихим хриплым шепотом.
– Прямо сейчас, я просто хочу обнимать тебя всю ночь.
– Ну, это прекрасно, потому что ничто не сделает меня счастливее.
– Я хочу сделать тебя абсолютно счастливой всеми возможными способами.
То, что он только что сказал, на самом деле сделало меня счастливее, чем когда-либо мечтала, и я сказала ему это.
В ответ он поцеловал меня в щеку, а затем замешкался, прежде чем снова заговорить.
– Мне так жаль, Ханна... что тебя похитили. Для меня было предосудительно пройти через это. Наверное, я так отчаянно хотел иметь семью с ген-положительной женщиной, что просто полностью игнорировал свою совесть. Я сказал себе, что мне все равно.
После нескольких минут, проведенных в раздумьях, я сказала ему, что простила его, и так и было.
– Я просто хотела услышать, что ты сожалеешь о том, что произошло. Я могла пострадать или что-то еще, пока мужчины забирали меня, не говоря уже о том, что была в ужасе.
Джош прижался еще одним нежным поцелуем к моему лицу.
– Я буду сожалеть о том, что сделал всю оставшуюся жизнь, и я чувствую себя ужасно даже сейчас. Хотя, в то же время, твое прощение за то, что сделал, сделало меня счастливее, чем я думал.
Он поцеловал меня в третий раз, на этот раз в губы, позволив своим губам задержаться. Окутанная силой и безопасностью его рук, я вскоре уснула, уверенная, что улыбаюсь.
На следующее утро я проснулась около восьми, все еще улыбаясь. Даже когда я поняла, что Джош больше не в постели со мной, не обнимает меня, я все еще не могла стереть с лица то, что, как была уверена, было глупой ухмылкой.
Я все еще была так же счастлива, как и накануне, зная, что ему, вероятно, придется уйти вскоре после рассвета, чтобы вывести свой прайд на патруль, но также зная, что будут и другие ночи, когда я снова засну в его объятиях. На самом деле, у меня было ощущение, что предыдущая ночь была только началом.
Услышав несколько срочных лаев, доносящихся из свободной комнаты, куда я поместила Пи-Джей и Мисс Пух. Вскоре я взяла Пи-Джей на задний двор, чтобы заняться ее обучением. Вернувшись в дом, мы столкнулись с Элис, которая пришла из западного крыла, одетая в униформу горничной, готовая начать свой рабочий день. Она улыбнулась и пожелала мне доброго утра, а затем спросила, хорошо ли я поговорила с Джошем накануне вечером.
В ответ я улыбнулась, немного покраснев, и вспомнила, насколько мне понравилось то, что произошло после нашего разговора.
– Да, у нас с ним был очень продуктивный разговор. Это было действительно здорово.
Элис снова улыбнулась, на этот раз с небольшим блеском в глазах.
– Что ж, я счастлива это слышать.
После быстрой остановки на кухне, чтобы взять кружку крепкого кофе, я решила вернуться в постель на некоторое время, прежде чем позавтракать и принять душ. Я даже не знаю почему, но мне просто захотелось немного полениться. И, может быть, частичка меня просто хотела насладиться пребыванием в постели, которую мы с Джошем разделили, чуть дольше.
В то время как Пи-Джей и Мисс Пух играли на освещенном солнцем полу, и обе они пытались первыми исследовать плюшевую лягушку с пищалкой внутри, которая была новой игрушкой, которую купила для них, я села в постели, наблюдая за ними и потягивая горячий кофе. Время от времени я ухмылялась, и не только потому, что их выходки над новой игрушкой были милыми. Вместо этого, моя улыбка, казалось, была вызвана чувством легкости в моей груди, которое я никогда не чувствовала раньше.
Джош признался, что хотел сделать меня счастливой всеми возможными способами. И хотя я не была уверена, что в конечном счете произойдет между нами, того, что он сказал, было для меня достаточно. Во всяком случае, у меня было ощущение, что худшее уже позади. Стены вокруг его сердца, наконец, рухнули. И теперь я знала, без сомнения, что он действительно заботился обо мне.