Чтение онлайн

После того, как я подобрала одну из тяжелых стальных каминных кочерег, все стало немного размытым. Размыто, насколько время, кажется, растягивается и сжимается одновременно, с каждой секундой, как год, и все же ничего в то же время. Это было также размыто в том, как я видела вещи, как каждый объект, на который бросала взгляд, развил след света, как светящаяся комета, хотя я была тем, кто двигался, а не самим объектом.

Я не знала, что вылезла из окна, и не знала о том, что напала на аллигатора, хотя позже вспомнила бы о крике и удержании стальной кочерги в воздухе, вероятно, заставляя бедную Пи-Джей думать, что я наконец потеряла терпение с ней, а также мой разум, и теперь собиралась убить ее. Она, конечно, понятия не имела, что огромный аллигатор теперь в паре футов позади нее.

Все, что я сейчас знала, это то, что что-то разбивала, била, кровь брызгала повсюду. Как какая-то сумасшедшая, дикая штука, как сам перевертыш, наполовину человек и наполовину дикое животное, я не останавливалась, даже когда вещь, которую избивала, перестала двигаться, и даже когда мои руки наполнились свинцом. Я все еще не могла остановиться, когда услышала какой-то далекий неистовый лай. Я даже вполне могла понять, что это было.

Это был звук моего собственного голоса, который в конце концов вернул меня к реальности, по крайней мере, в какой-то степени. Издавая громкое гортанное ворчание каждый раз, когда я хлопала кочергой вниз по окровавленной, потрепанной туши у моих ног, я начала сосредотачиваться на этом звуке, удивляясь выносливости и легочной способности любого животного, делающего это. Пока, внезапно, я не поняла, что животное, которое издавало этот звук, было мной.

Замерев, держа кочергу над головой, я медленно опустила ее, а затем опустила на пропитанный кровью участок красной травы. Я услышала лай Пи-Джей и узнала, что это она. Она была, может быть, всего в пятнадцати футах от меня, и я посмотрела от нее к аллигатору, наконец, понимая, что он мертв.

Все еще пребывая в каком-то трансе или оцепенении, я повернулась к Пи-Джей и заговорила хриплым голосом.

– Теперь все хорошо, дорогая. Все кончено.

Как раз тогда я заметила еще одного аллигатора, мчащегося с того же направления, откуда пришел теперь мертвый. Но затем сразу после этого я также заметила размытую, янтарно-коричневую форму, мчащуюся по газону. Он громко ревел, и когда он подошел ближе, я понял, что это за лев. Это был Джош.

Я перевела взгляд на Пи-Джей с внезапно кружащейся головой.

– Он позаботится об этом другом аллигаторе.

Позже мне сказали, что я потеряла сознание.

Когда я пришла в себя, то была в лечебном центре, в той же самой комнате, в которой проснулась после прибытия в Лайонкрест. В той же комнате, где я стояла, когда мы с Джошем впервые встретились. Теперь я полностью вернулась к реальности; все было для меня острым и кристально ясным. Удивительно, но я, честно говоря, чувствовала себя очень свежей, как будто только что проснулась от ночи очень глубокого и спокойного сна. Что, как я позже поняла, вроде, как и сделала. Я проснулась от сна. Невероятно, но уже был вечер.

Отчасти удивляя меня, потому что я бы подумала, что он никогда не захочет видеть меня снова после того, что сделала со спасением Пи-Джей еще раз, Джош дремал в складном кресле у моей кровати, держа меня за руку. Однако, через несколько мгновений после того, как я открыла глаза, он немедленно вскочил, возможно, почувствовав, что легко сжимаю его пальцы.

С его красивым лицом с сильной челюстью и маской беспокойства он парил надо мной.

– Как ты себя чувствуешь?

Я подумала на мгновение, прежде чем ответить.

– Ну... со мной все в порядке. Как я выгляжу? Наверное, немного хуже, я предполагаю.

– Ну, если честно, твоим волосам не помешала бы расческа. Но опять же, может быть, ты думаешь, что нечесаные волосы выглядят «потрясающе».

Я улыбнулась воспоминанию о самом первом дне нашей встречи. Джош тоже улыбнулся с явным облегчением, и мы просто смотрели друг другу в глаза на мгновение или два, пока я не нарушила молчание, поговорив.

– Пожалуйста, помоги мне поднять кровать, чтобы я могла сидеть прямо, а потом ты можешь присесть сам, если хочешь. Я просто хочу сказать тебе несколько вещей.

Он сделал, как я просила, дистанционно управляя головой моей кровати, чтобы усадить меня, как в кресле. Как только он снова уселся в свое складное кресло, я глотнула воды из неоткрытой бутылки на прикроватном столике, прежде чем снова заговорить.

– Во-первых, как ты и твои люди? И все остальные в городе? А Дана?

– Все абсолютно в порядке. Нам всем сегодня повезло. Неизмеримо повезло.

Услышав точные новости, на которые надеялась, я вздохнула с облегчением.

– Хорошо. Радостно это слышать.

– Порожденные кровью аллигаторы, однако, не столь удачливы. Я сам убил Майкла Блэка и нескольких его родственников, и все мои люди уничтожили десятки других. По нашим оценкам, выжили, возможно, только тридцать или сорок из них, в лучшем случае... что является таким небольшим числом, что я не думаю, что порожденные будут создавать проблемы для нашего сообщества. Я ожидаю, что они либо останутся близко к своему озеру и медленно вымрут из-за их низкой рождаемости в течение следующих нескольких десятилетий, либо они отправятся далеко на север в руки волков, как мы всегда хотели. В любом случае, сегодняшний день был для нас явной победой.

– Это такая хорошая новость. Это просто замечательно.

Мы оба замолчали, и я просто изучала лицо Джоша секунду или две, все еще удивляясь, что он даже был в моей больничной палате, разговаривая со мной. Он также теперь снова держал меня за руку, взяв ее в свою собственную, когда я спрашивала, как все в городе справились во время нападения.

Эти действия сильно смутили меня, хотя я рассуждала, что Джош был просто добрым, благородным человеком, которым и оказался, вероятно, намереваясь закончить со мной, как только будет уверен, что я действительно в порядке и никоим образом не пострадала.

Поэтому, полагая, что я могу просто пойти вперед и сказать то, что хотела сказать ему, прежде чем наше время подошло к концу, я просто глубоко вздохнула и начала.

– Я хочу сказать тебе, что мне жаль, Джош, но не за то, что ты можешь подумать. Я не сожалею о том, что сделала сегодня. Я не сожалею, что вышла из дома, когда ты сказал мне не подвергаться опасности. Я бы честно сделала это снова так же, как я бы вышла за пределы городских маркеров, чтобы снова спасти Пи-Джей, если бы мне пришлось. Но я сожалею, что когда-либо говорила тебе, что никогда не подвергну себя опасности. Я не должна была давать тебе такое обещание. Кроме того, в первую ночь, когда мы занимались любовью, мне жаль, что я сказала тебе, что никогда не умру и не оставлю тебя страдающим и убитым горем, как с Эми. Понимаешь... дело в том, что я не могу гарантировать то, что никогда не смогу сделать.

Я сделала паузу, почти ожидая, когда Джош отпустит мою руку, но он этого не сделал. Вместо этого он просто держал свой взгляд на моем лице с нечитаемым выражением лица, поэтому я глубоко вздохнула и продолжила.

– Я уверена, что могла бы легко погибнуть, и знаю, могла бы легко погибнуть в день, когда спасла Пи. Я полностью это понимаю. Я полностью понимаю, как некоторые люди могут рассматривать мои действия как ужасные ошибки в суждениях и как полные прискорбные ошибки. Я также знаю, что сказала тебе, что совершила ошибку, когда вышла за пределы городских маркерных постов. Но, веришь или нет, я поняла, что выходить за рамки маркеров на самом деле не было моей ошибкой. Теперь я знаю, что моя ошибка произошла после этого. Я обещала тебе, что никогда больше не попаду в опасную ситуацию. Потому что, видишь ли... это обещание, которое я просто не могу сдержать, и которое не собираюсь сдерживать в будущем. Если еще раз увижу животное или человека в опасности, я сделаю все возможное, чтобы помочь им, если смогу. Независимо от того, подвергнет ли это мою жизнь опасности. Теперь я знаю, что это именно то, кто я есть, Джош. Я просто помощник, спаситель, и не думаю, что смогу изменить себя. Пока могу что-то сделать или попытаться спасти животное или человека, я буду это делать. Несмотря ни на что. – Желая, чтобы мой дрожащий голос не дрогнул, я остановилась. – Даже если это означает, что ты больше не будешь со мной.