Глаз павлина
Шрифт:
– Звери! Боже, какие звери!
– крикнула Карен. В ее глазах сверкала ненависть.
Я с ужасом ждал, что сейчас произойдет, но Суини лишь скользнул по девушке равнодушным взглядом. Внезапно потеряв к нам всякий интерес, он повернулся к Хендрику.
– Свяжите их, - приказал он.
– И начните с дамы. Хендрик подтолкнул локтем Виллема.
– Пошли, - сказал он.
– Дай мне руку.
У меня засосало под ложечкой. Напрягши мускулы так, что глаза заволокло красным туманом, я рванулся вперед...
Мне удалось сделать всего два-три шага. На мой затылок обрушилось что-то тяжелое и твердое. Кладовая поплыла перед глазами, но в самые последние мгновения я услышал глухой рокот. И прежде, чем провалиться в беспамятство, сообразил, что это раскаты грома.
– Грег!
– охрипнув от крика, настойчиво повторяла Карен.
– Грег, милый, очнись, ради бога, очнись...
Кто-то рассмеялся - я узнал нервное хихиканье Барри.
– Не стоит так убиваться, - обратился он к Карен.
– Это теперь не так важно.
Я заставил себя сесть - веревка за спиной натянулась.
– Барри, послушай...
Он поднял руки в извиняющемся жесте.
– Прости, старина. Ты слышал, что сказал Суини. Я, к сожалению, не в силах ничего изменить.
– Тогда убей его, - прошептал я.
– Ведь ты вооружен. Разве тебе не хочется избавиться от Суини? Хватит ему вас шантажировать.
Было видно, что в Барри борются противоречивые чувства, но в этот момент дверь распахнулась и в кладовую вошел Суини.
– Подслушивать за дверью - приятное и полезное занятие, - сказал он с сухим смешком.
– Кстати, Барри, на твоем месте я бы не поддавался искушению, если, конечно, ты не жаждешь составить компанию своему отцу на виселице. Человек в моем положении принимает естественные меры предосторожности: в случае моей внезапной смерти полиция узнает много любопытного - в том числе и имя человека, убившего Гарри Проктора. Ну, внезапно рявкнул он, - чего стоишь, сукин сын? Пошевеливайся! Набивай пакеты золотом, да поживее - надвигается шторм.
Бен с усилием выпрямился и посмотрел на Суини покрасневшими глазами.
– Эй, Джо, - сказал он, будто приглашая поболтать.
– Ты ведь хочешь, чтобы все это выглядело как несчастный случай. Что же, по-твоему, они там, в полиции, совсем идиоты? Откопают нас и увидят, что мы связаны, как бараны. Хорошенький несчастный случай!
– Да нет, мы вас развяжем, - ответил Суини бесстрастно.
– И перед уходом заберем веревки с собой, - Должно быть, он заметил лучик надежды, на мгновение мелькнувший в моих глазах: - Не слишком радуйтесь. Прежде чем мы снимем веревки, Биллем вас хорошенько убаюкает. Кстати, он только этого и ждет.
Я взглянул на Виллема: криво ухмыляясь, он вертел в руках короткий ломик.
Говорить больше было не о чем.
Золото исчезало на наших глазах. Вот осталось шесть пустых пакетов, четыре, два и, наконец, один. Последний. Кто придет за ним? Конечно, Хендрик... Он вернется за Виллемом, и тогда все будет кончено.
Внезапно Карен приподнялась на локтях, взглянула Виллему в глаза и нежно улыбнулась.
– Виллем, голубчик, поди ко мне, - попросила она ласково.
– Поди сюда и развяжи веревку: она натерла мне руки.
Я дернулся в ее сторону:
– Карен, чего ты хочешь? Ведь он сумасшедший!
Она взглянула на меня, и я прочитал в ее глазах страх, любовь и немую просьбу молчать.
– Виллем, поди сюда, - повторила она.
– Иди, иди сюда, принеси мне свой нож.
Лицо Виллема расплылось в идиотской улыбке:
– Нет, нельзя. Хендрик не велел.
– Ну, так просто покажи мне свой нож, - настаивала Карен.
– Вынь его из ножен. Вот так. А теперь гляди - разве нож не прелесть? Видишь, как он блестит?
Виллем стал рассматривать нож.
– Прелесть, - сказал он.
– Прелесть.
– Да, просто чудо, - подтвердила Карен.
– Ну а теперь подойди ко мне, разрежь веревку.
– Нет, нет, - забеспокоился вдруг Биллем.
– Нет, нельзя. Хендрик не велел. Нож - чтобы убивать... Прелесть...
– Он сделал несколько шагов к Карен, но внезапно остановился и, склонив набок голову, прислушался.
Снизу донесся крик Хендрика:
– Виллем, Виллем, скорее сюда! Виллем, скорее, скорее...
Выронив нож, Виллем побежал на зов брата. Как только он исчез, я кое-как добрался до ножа, схватил его зубами и откатился к Карен:
– Режь. Не бойся задеть руки.
Размяв свои затекшие кистья, я перерезал веревку, стянувшую ноги, и стремглав понесся по коридору, с палубы на палубу. К пролому...
И тут услышал голос Хендрика:
– Виллем... Где ты, Виллем?.. Они хотят нас убить! Я слышал! Иди сюда скорее!
Отшвырнув фонарь, Виллем нырнул в пролом, я хотел было последовать его примеру, но что-то меня остановило.
Глухие раскаты потрясли подземелье, и, заглянув в пролом, я увидел, как в туннель ворвалась песчаная лавина. Раздался истошный вопль Хендрика, сбитого с ног настигшим его валом. Виллем бросился к брату... Два крика слились в один, но тотчас же захлебнулись под движущимся песком.
И тогда я вновь услышал гром.
20
С фонарем Виллема в одной руке и ножом в другой я помчался назад, к друзьям. Несколько быстрых взмахов, и Карен, доктор Инглби и Бен освободились от веревок. Пока они приходили в себя, я рассказал им, что произошло:
– Суини решил избавиться и от братьев. Хендрик, каким-то образом узнав об этом, поспешил за Виллемом. Суини, должно быть, все понял и потому, нс задумываясь, бросил в туннель динамитную шашку... Хендрик и Виллем погибли.
– Что с туннелем?
– дрогнувшими губами спросила Карен.
– Наполовину засыпан песком,
– А старый завал? Мы могли бы разгрести его... Я устало опустил руки.
– На это понадобится не одна неделя. А у нас времени в обрез.
– Значит, мы в ловушке Как крысы.
– Доктор Инглби испуганно поглядел вверх.
– Когда они вернутся с динамитом?