Чтение онлайн

Паже знал, что у Кэролайн каждое слово подчинено строгому режиссерскому замыслу, как в театре «кабуки»: она заранее просчитала, что он не будет отвечать на ее последнее замечание.

Выждав паузу, она предложила:

— Давай вернемся к возможным причинам, вызывающим скептицизм нашего общего друга, если не возражаешь.

Адвокат говорила таким сухим, официальным тоном, что Паже чуть не улыбнулся.

— Да нет, — сказал он, — не возражаю.

— Ну, например, как ты считаешь, Кристофер, зачем им потребовалось переворачивать вверх дном твой дом?

— Полагаю, чтобы заставить меня паниковать и совершить какую-нибудь глупость. Возможно, рассчитывали, что я попытаюсь уничтожить улики.

— Возможно. Но какие улики они рассчитывали найти?

Паже передернул плечами.

— Самые очевидные. Патроны. Квитанцию о покупке пистолета. Что-нибудь, связанное с покойным Рикардо, — пятна крови, волосы, следы ткани. Может, ворс с его ковра. Видимо, поэтому они и арестовали машину.

Кэролайн кивнула.

— Разумеется, найди они ворс, это помогло бы им. Но только в том случае, если ты вообще никогда не был у Рики. Что ты сказал им об этом?

— Что никогда не был у него.

Кэролайн на минуту задумалась.

— Так что, по-твоему, они могут найти?

— Ничего, — спокойно ответил Паже. — За исключением разве что ворса с коврового покрытия из квартиры Рики.

— Это было бы не в нашу пользу, — произнесла Кэролайн, хмуря брови.

— Ты забываешь о Терри. Она-то регулярно заходила к Рики, когда забирала или отвозила Елену. И естественно, она часто бывает у меня. Так что все зависит от того, где они найдут следы ворса — на моей обуви или просто на коврике.

Кэролайн натянуто улыбнулась.

— Похоже, твои отношения с Терри сыграли против тебя, Кристофер. В том числе и в том, что касается улик. — Кэролайн откинулась в своем кресле. — А тебе не приходило в голову, что Монку нужна именно Терри? В конце концов, ведь обыскали же они ее квартиру.

Паже покачал головой.

— Возможно, среди ночи Монка и могло осенить, будто убийство Рики было нашим общим замыслом. Но я почти на сто процентов уверен, что им нужен именно я.

По лицу Кэролайн можно было догадаться: ей любопытно, откуда в нем такая уверенность. Но само собой разумеется, она не стала спрашивать об этом Криса.

— И все же мне искренне жаль ее, — сказала Мастерс. — Когда я работала в полицейском управлении, Тереза была одним из моих лучших молодых юристов. И уж наверняка самым порядочным человеком — честным, непредвзятым и сострадательным к людям. Жизнь многих делает черствыми. Похоже, с Терри этого не произошло.

— Ты когда-нибудь видела Рики? — спросил Паже, склонив голову.

По лицу Кэролайн пробежала тень удивления, потом она осторожно спросила:

— А ты?

Их взгляды встретились.

— Само собой, Монк спрашивал меня об этом. Я сказал — нет.

Кэролайн, потупившись, поднесла ладонь к сережке; этот жест словно специально предназначался, чтобы скрыть неловкость, возникшую из-за перемены темы разговора.

— Я пару раз видела его, — промолвила она. — На каких-то вечеринках по случаю Рождества или вроде того.

— Какое впечатление он произвел на тебя?

Кэролайн задумалась.

— Мне показалось, что он старается понравиться каждому, кто оказывается рядом. И что для него не имело никакого значения, кто это был.

— Актер?

Она сделала паузу, точно прикидывая, насколько это слово можно отнести к ней самой.

— Кристофер, меньше всего меня привлекают люди, кредо которых травить анекдоты на званых вечеринках. Потому что для них важно не то, кто смеется, для них важен сам звук смеха. Рики, по-моему, принадлежал к их числу. — Она пытливо заглянула в глаза Паже. — А почему ты спрашиваешь?

Паже вдруг улыбнулся тому, как настойчиво она называет его «Кристофер» — официально, фамильярно и иронично одновременно.

— Потому что, если дело дойдет до суда, непременно встанет вопрос о душевном состоянии Рики. Включая и вероятность самоубийства.

— Мы немного опережаем события, — задумчиво произнесла Кэролайн. — По крайней мере, в том, что касается суда. Если только полиции не известно — или, возможно, им кажется, что известно, — нечто такое, чего ты мне не сказал.

Эта обтекаемая формулировка вторично заставила Паже улыбнуться.

— Разве что полиции известно — или кажется, что известно, — нечто такое, о чем неизвестно мне, — не скрывая иронии, произнес он.

Теперь настала очередь Кэролайн мимолетно улыбнуться.

— А что Тереза? — спросила она. — Она тоже ищет защитника?

— Пока нет.

— Кристофер, моя кандидатура отпадает. Ты понимаешь почему.

Паже кивнул.

— Теоретически не исключено, что убийца один из нас. Это может привести к определенному конфликту между сторонами.

— Спасибо, что как профессионал ты понимаешь это. К тому же вы оба можете быть привлечены в качестве свидетелей. А это означает не только то, что мы не имеем права встречаться втроем, но также и то, что тебе не следует передавать Терри содержание наших с тобой бесед.

— Я понимаю.

— Тебя, вижу, это обстоятельство не очень-то радует.

Паже на секунду замешкался.

— Любовники и подследственные, — наконец изрек он, — действуют согласно правилам, которые прямо противоположны.

Паже молча наблюдал, как Кэролайн обдумывает эту мысль, которая повлекла за собой другую.

— А ты не находишь во всем этом нечто странное? — спросила она.

— Ты хочешь сказать, что они ведут себя бесцеремонно и агрессивно?

Кэролайн кивнула.

— Именно. Это не похоже на Чарлза Монка и тем более не похоже на окружного прокурора. Даже если учесть, что Маккинли Брукс все еще точит на тебя зуб из-за дела Карелли.

— Мак бесится вовсе не из-за дела Карелли, — ответил Паже. — Будь это так, я бы поискал другого адвоката — только не тебя. Но я не думаю, что это связано — по крайней мере напрямую — с делом Карелли. Что ты скажешь о магических словах «Джеймс Коулт»?

Ответ замер на полуоткрытых губах Кэролайн. У нее был такой вид, будто ее осенила мгновенная догадка и она борется с напавшим на нее приступом радостного смеха.