Чтение онлайн

У двери оглядываюсь:

– Ладно, идем. Водолаз недоделанный…

Проходя по коридору, замечаю выскользнувшую из каюты Симонова Анну Воронец. Хотел окликнуть, извиниться за глупый спор в ангаре, да передумал. Зачем ставить даму в неловкое положение? Вдруг она бежит с ночного свидания, и встречаться с посторонними ей сейчас не резон…

Шмыгнули с Боссом на другой трап, сделали крюк верхней палубой, прибыли на ют.

Внезапно туда же подходит молодая женщина. Вероятно, ей тоже не спится – пришла подышать воздухом, а заодно покурить. Завидев нас, она встает в сторонке, поджигает сигарету и демонстративно отворачивается.

– Босс, у тебя одна минута. Время пошло.

Босс кидается к стальным пенькам и без нюхательной прелюдии задирает заднюю лапу…

На часах ночь, а вокруг то, что называется «полярным днем»: серое небо с просветлением в сторону солнца и такое же серое море с полоской далекого горизонта. Любуюсь унылым пейзажем и поражаюсь поведению Анны Аркадьевны: зачем взбивать коктейль из рабочих проблем и личных отношений? Впрочем, у баб все не как у людей. У них даже объем принято измерять в сантиметрах.

Воронец пуляет за борт почти целую сигарету и проходит мимо нас. Твердая и холодная, как айсберг в океане.

После секундного замешательства спрашиваю:

– Как здоровье вашего Симонова?

– Он такой же мой, как и ваш, – удаляясь, бросает она через плечо. – И в няньки я ему не нанималась.

Мой папа терпеть не мог один старый фильм. Назывался он «Девушка с характером». Господи, как я его понимаю!

С юта идем с Боссом длинными коридорами в сторону каюты генерала.

Через вентиляционную решетку внизу двери виден свет. Не спит. И то слава богу. Стучу.

– Разрешите, Сергей Сергеевич?

– Заходи. О, ты не один!..

– Нет, эта приблуда подождет за дверью. Сидеть, Босс!..

– Ладно-ладно, пусть заходит. Он же у вас воспитанный и умница. Я про него наслышан.

По кораблю мой шеф ходит в наглаженных гражданских брюках и тонком шерстяном пуловере. Сейчас он одет даже не по-домашнему, а скорее по-дачному: шорты, футболка, сланцы. Он треплет пса за мощный загривок, а тот, высунув от счастья язык, скалится и заискивающе подставляет спину. Вот скотина! Мало того, что природа даровала ему возможность распознавать по запаху человеческих самок, так он еще умудряется угадывать начальство!

– Сергей Сергеевич, прошу прощения за поздний визит. Чем порадовали летчики?

– Присаживайся, – подходит тот к бару и достает бутылку с крепким ромом. Плеснув в два бокала, подает один: – Ты о «медведях»?

Нет, о бурундуках! Какая техника, кроме «медведей», в состоянии без дозаправки долететь до этой Тмутаракани? Правильно – «Ту-160» из славного города Энгельс! Но это совсем другие танцы с бубном.

Принимаю бокал.

– О них, конечно.

– Ответ отрицательный, как говорят за океаном. Ни черта они своими магнитометрами в районе масляного пятна не обнаружили.

– Интересно девки пляшут… А в других точках района?

– В других точках найдено несколько незначительных засветок…

«Засветками» малосведущий в этом деле генерал ФСБ называет аномалии магнитного поля Земли, зафиксированные феррозондовыми бортовыми магнитометрами противолодочных «Ту-142». С помощью магнитометров осуществляется один из тактических вариантов поиска подводных лодок противника. С тем же успехом можно искать и затонувшие корабли – чувствительный прибор реагирует на любую аномалию, «устроенную» сколько-нибудь приличной массой металла. Но при одном условии: металл должен быть ферромагнетиком. Субмарина с титановым корпусом, сундук с серебряными испанскими эскудо или древний бронзовый батискаф влияния на магнитное поле Земли почти не оказывают, поэтому и обнаружить их не получится.

– В таком случае, Сергей Сергеевич, хотел бы напомнить о своем предложении.

– О каком именно?

– Я предлагал наведаться с проверкой и обыском на «Аквариус».

– Ты же говорил об этом в шутку! – вскидывает он ко лбу клочковатые брови.

– Совершенно верно. А теперь говорю серьезно.

– С обыском на «Аквариус»? Но зачем?!

– А вдруг они видели падение «Молота» и успели что-нибудь подобрать с поверхности?

– Хм… Не знаю, Женя, не знаю… Я назвал бы твое предложение резонным только в случае фиаско всех остальных. И потом… как ты себе это представляешь? Для обыска должны быть веские основания, иначе мы получим громкий дипломатический скандал.

Я не силен в юриспруденции с дипломатией и поэтому слегка теряюсь:

– Ну, тогда… хотя бы с проверкой. А заодно опросить капитана: не заметил ли он каких-то явлений в небе?..

Генерал в раздумье ходит по каюте, массирует пальцами переносицу…

– С капитаном «Аквариуса» мы коротко переговорили по радио сразу по прибытии в район – экипаж ничего подозрительного не видел, – останавливается он напротив меня. – По поводу предложения, Евгений, я обещаю подумать. А на завтрашний день ставлю твоей команде задачу тщательно проверить дно в нескольких точках.

– Там, где пилотами выявлены «засветки»?

– Совершенно верно.

* * *

Сменяя друг друга, мои ребята проверяют обнаруженные накануне «засветки». Их несколько, поэтому приходится разделиться на три бригады по четыре пловца, и обе «вертушки» без передыху носятся от корабля то к одной, то к другой, то к третьей.

К обеду возвращается бригада Устюжанина.

– Глухо, – бросает он, освобождаясь от гидрокомбинезона. – Здоровый якорь и толстая якорная цепь калибром миллиметров восемьдесят-девяносто. Длинная и очень массивная. Потерял кто-то много лет назад.

Понятно. Ждем Белецкого, улетевшего с тремя парнями в западном направлении.

Через час он спрыгивает из грузовой кабины вертолета-спасателя на площадку и, пригнувшись, семенит к Сергею Сергеевичу. Тот на пару с адмиралом нервно курит под граненой будкой руководителя полетов и с надеждой смотрит на капитана третьего ранга.

– Полный облом, товарищ генерал. Ржавый баркас на глубине сорока пяти метров, – докладывает Борис. – Тонн тридцать-сорок, стоит как живой на киле, борта наполовину сгнившие. Принадлежность установить не удалось.

– И не надо. Отдыхайте, – с безнадегою машет рукой заместитель руководителя департамента. Повернувшись ко мне, с надеждою просит: – Твоя очередь, Женя. Осталось единственное пятнышко – ты уж постарайся…

Чуть не ржу в голос. Волшебная по своему содержанию просьба – ей-богу! Будто от нашего старания зависит характер покоящихся на дне предметов. Мечтаешь при погружении о бабах с водкой – находишь ржавый хлам; подумал о Родине – наткнулся на золото инков или стратегически важный объект.