Глюк
Шрифт:
Господи, фотографии королевской семьи — на первой странице газеты. Что такое? Если им нравится сохранять этих паразитов, то пусть себе, но зачем замусоривать наши газеты рассказами про душку принца Чарли и этого, который написал «Государя»… А, вспомнил: Макиавелли. Разделяй и властвуй. Чтобы правая рука не знала, что делает левая. Что происходит? Все-таки свежий воздух — это наслаждение. Если он действительно свеж. Итак, разделяй и властвуй, завоевывай, но не зарывайся. Ничего не хапай. Королевская семье. Почему это вертится в голове? Королевская семья, королевская семья… При чем туг она? Королевское шило в заду. Кто кого обманывает? Почему??? Какая связь с королями? Королевская оплеуха? «Цинциннати Роялз»? Совсем свихнулся. Сумасшедшая, конечно, но никак не связанная со мной… Нет, все же семья. Что за семья? Чья семья? Семья. Семья???
Семья!!! Уже теплее. Как я оказался в парке, на скамейке под деревом? До чего тихо! Приятное местечко. В считанных кварталах от дома. Непонятно, почему я не бывал здесь раньше. Очаровательно. Черт, птички и все прочее… Гнезда. Самое место гнездиться — густая листва… Удобно прятаться от хищников и защищать семьи. В природе много энергии уходит на защиту семьи, клана. Одни кланы носят юбки, другие — балахоны. Так, внимание! Все правильно. Всякий стремится защитить свою семью, кого бы или что бы он ни считал своей семьей. От безмозглых уличных лоботрясов до мафии. Все это семья, семьи. Всех не перечесть. Специальные законы, прокуроры, следователи, тайные агенты, программа защиты свидетелей, целая законная субкультура по борьбе с незаконной субкультурой. Пойте себе, птички, чирикайте во все дуло, или как там говорилось в старых гангстерских фильмах. Эдди Джей и Каши никогда не пели, а подсказывали своим «быкам», куда тыкать дулом. Все постепенно увязывается. Запоем же, как птички: чирик-чик-чик… Сэмми Бык. Недурно для начала. Сколько бы времени это ни отняло, я раздобуду все необходимые сведения. Я уже чувствую, что в голове складывается система. Главное — снять шоры и впитывать информацию. И предоставить Провидению подводить итоги. Когда пробьет час, я буду знать, как поступить. Я всегда это знаю… А теперь вернуться к работе. Не торопиться. Пусть зреет. Завтра будет сколько угодно времени. Само все вырисуется. Как всегда.
Не отрадно ли любоваться человеком веры? Воистину всякая душа во Вселенной радуется и поет ему хвалу. Одного человека, проникнутого верой, достаточно, чтобы изменить мир, как изменяет мир самовлюбленности и всеобщего осмеяния мой сын. О, мой безгрешный сын, однажды ты услышишь небесную песнь, и звезды посыплются к твоим ногам. Но ты не помышляешь об этом, ты занят только своей задачей. Хорошо ее обдумывай, сын мой, ибо все уже дано тебе. Отдавайся и впредь своему делу, и каждый шаг твой будет вести к новому просветлению. Ты — свет очей моих.
Что же мы имеем? Множество семей, связанных или соперничающих друг с другом, множество защитников закона и его нарушителей. Нью-Йорк полон вражды. Как и другие города. Для меня преимущество здесь в том, что не надо делать убийство похожим на естественную смерть, хотя убивать друг друга в Нью-Йорке естественно. Они все равно помрут раньше срока от своих бесчисленных сигарет и кофе «эспрессо». Но постараемся хотя бы минуту оставаться серьезными. Опасность в том, что выследить меня может и мафия, и полиция. Но на моей стороне преимущество: мне не нужно так уж таиться. Важно, чтобы это походило на очередную гангстерскую разборку. Видит Бог, примеры для подражания имеются в изобилии. Безопаснее всего действовать на расстоянии, но все же не слишком издалека, чтобы не промахнуться. Это не может походить на несчастный случай. Пусть думают, что это дело рук другой семьи. Давненько не было хорошей гангстерской перестрелки Я еще не успею закончить, а они примутся делать друг из дружки морковку. Откуда только берутся такие дурацкие выражения? Ладно, пошутить не вредно, добрый смех — лучшее лекарство, но мне нужно сохранять серьезность, планы слишком грандиозны. Нью-Йорк привлекает главное внимание, с него и начну. Но нужно заранее решить, куда будет нанесен следующий удар. Прежде чем начинать, надо все определить и организовать. Только так. Много городов мне ни к чему. Важно, чтобы создалось впечатление, будто кто-то пытается истребить банду. Черт, может, необязательно мочить одних старых добрых бандитов? Эти психованные русские тоже поперек горла стоят. Пристрелить одного-двух из старой гвардии, а потом заняться «русским клубом». Они ведь хуже сицилийцев. Так, начинаю с какого-нибудь «клуба отдыха», может быть, с того, куда хаживал Готти, сею смуту. Надо, чтобы все поверили: это дело рук русских. Что они любят больше всего? Просто убивать, чего же еще? Но у них должен быть излюбленный способ, а не просто несколько выстрелов в голову. Да, но как мне… Долой такой подход! Долой мысли: «Не могу то, не могу это». Найти правильный метод — и дело пойдет. Еще им нравится все взрывать, бабах — и все разлетается в клочья. Но как… спокойно. Всему свое время. Минирование машины исключается — для этого пришлось бы подкрасться слишком близко. К тому же это старо как мир. И слишком чисто. А русские — психи. Им надо вскрыть кокосовый орех, а они подрывают целый дом. Все должно выглядеть спонтанно. Вроде как шел отморозок по улице и решил от нечего делать метнуть гранату. Такая вот тонкость. На кого же подумать, если не на гребаных русских? Никаких «поцелуев смерти», никаких пуль в лоб и в горло, никакого дозволения наесться перед смертью. Чтоб никто не сомневался — русские. Мафия лучше организована. Она за считанные минуты выводит на улицы целые армии. Так откуда начать??? Ненадолго отвлечемся. Сделать перерыв и перекусить. Не напрягаться. Я ни с кем не бегу наперегонки. Полегоньку…
…все как будто устроилось… во всяком случае пока. Ушлые ребята вздохнут с облегчением. Ведь моя цель — погладить их по шерстке. В меру сил, так сказать, помочь их знакомству. Взорван клуб на Кони-Айленд, у русских на Брайтон-Бич гости. Пройдет несколько дней, пока все в это въедут. Тоща русским непоздоровится. Кто знает, что учинят эти психи? Главное — тщательно просчитать время. Малберри-стрит… Звучит неплохо. И не засиживаться на месте. Следующие пункты — Сент-Луис и Новый Орлеан. Организационных трудностей не избежать, но города что надо. Представляю, какой там будет хаос! Но и работы непочатый край. Все движется стишком медленно. Прошел уже месяц, а я все еще в самом начале. Впрочем, никуда они не денутся. Ставное — тщательность. Заняться проверкой следующих двух городов. В Интернете есть почти все, но потрудиться придется. Замысел расширяется, план наклевывается… Пора выяснить, как собрать бомбу, такую миниатюрную, гладенькую… И как привести ее в действие, чтобы не пострадать самому. Небольшой заряд. Конечно, оружие массового поражения мне ни к чему. Я рискую собственной головой. Взрыв сильный, но не ужасный. Так, уже проще. Прилежание — вот главное. Все устаканится. Никогда еще не просиживал так долго в Сети. Знал, какой это кладезь, но не представлял всей бездонности. Не отвлекаться на мелочи. Взрывчатка.
Боже правый, зачем я все это читаю? Они доведут меня до белого каления. Эти люди больны, я от них тоже заболеваю. Отучиться читать эту гадость. Стоит увидеть заголовок — и я уже собой не владею. К черту невежественных кретинов. Хватит, закрываю. Нельзя так беситься, от этого страдает работа. Вернуться к формулам простой взрывчатки, взрывать все правительство ни к чему… Забавно, я превращаюсь в яростного сторонника правительства. Но в этом нет ничего странного. То, что я взял на себя труд истребить мерзавца, издевавшегося над нашим братом-ветераном. еще не значит, что я готов свергать правительство и убивать невинных людей. Боже, свыше ста шестидесяти человек! Не говоря о тех, кто получил увечья. Дети, вдруг оставшиеся без родителей, родители, вдруг лишившиеся детей. Господи, невинные дети, грудные младенцы… нет слов. Ну ты посмотри, я уже убрал эту кровавую страницу, а из головы никак не выходит то, что на ней красуется. Хватит мазохизма, не буду больше изучать происшествия. Пора приступать к делу: Надо все так продумать, чтобы получилось легко и просто. Минимум ингредиентов. Пара дощечек. А испытания? Гм… хороший вопрос Найти безлюдное местечко и подорвать совсем немного, чтобы бабахнуло не громче шутихи. Но всегда остается опасность привлечь нежелательное внимание. Нежелательное? Всякое внимание нежелательно. Куда деваться? Как куда? В густой лес. Чтобы никто не видел. Впрочем, так же невидимы и все остальные. Одному Богу известно, какие могут быть последствия. Вдруг начнется пожар? Меньше всего мне хочется губить лес. К тому же меня могут заметить. Не знаю… Черт. Не подозревал, что это создаст трудности. В прошлый раз я запросто осуществил свой замысел. Но сейчас все по-другому…
Или не усложнять? Просто явиться в клуб и взорвать его? Что я потеряю, если не получится? Меня могут увидеть. Не исключено. Хотя чего бояться, если взрыва не произойдет? Это гораздо лучше, чем поджог леса. Правильнее сразу взять быка за рога. Раньше у меня получалось. Ладно, можно подождать с решением. Ложись спать, утро вечера мудренее. Утром меня всегда осеняет. Сейчас я слишком взвинчен сообщениями о разных кровожадных психах. Успокоившись, я найду решение. До завтра.
Ну вот, новый день — новый доллар. Или полтора. Небывалый птичий хор, одни зяблики чего стоят. Вспоминается стишок про птичку на подоконнике, приветствующую рассвет своей песней, и про то, как рассказчик тихонько затворяет раму и раскалывает певице головку. Наверное, я не жаворонок. Хотя скорее жаворонок, чем сова. Не возражаю против птичьего пения. Приятная музыка. Особенно хороши пересмешники. Скоро вступят и они. Славно. Не пойму, откуда берутся любители отрывать птицам головы? Милейшие создания. Жестокость и грязь. Хватит. Обойдусь без испытания своего взрывного устройства, каким бы маленьким оно ни получилось. Взорву, и дело с концом. Сначала соберу «устройство доставки». Как официально! Напечатать проспект и предложить министерству обороны. Пусть финансируют мой проект. Или даже предложить свои услуги ЦРУ. На время. Пока мне не приспичит выйти из игры. На пенсию от этих подонков лучше не рассчитывать. И на анонимность — тоже. Зато полная безопасность… Но довольно топтаться на месте. Пора в гараж, мастерить арбалет.
А теперь проверим, могу ли я поразить цель. Сначала зарядить… тоже нелегкий труд. Та-а-ак… О-па, как говорят в мультиках. Могло быть и хуже, гораздо хуже. Хотя заряд ушел в «молоко». Мне надо всего-навсего попасть в дверь или в окно. Надо же, эта штука вонзилась в доску на добрых два дюйма. Еще немного потренироваться — и я добьюсь своего. Обернем чем-нибудь острие. Опасностей не счесть. Придется дождаться пока между мной и целью не будет помехи. Болтаться в ожидании перед заведением — недопустимый риск. И разъезжать вокруг со взрывчаткой, как бы мало ее ни было, — тоже риск. Арбалет должен быть компактным, чтобы его легко было спрятать в штанине или в рукаве Нехитрая задача, но проблемы не исключены. Однако я спокоен. Лишен наивности и самодовольства Сложа руки не сижу. Весь проект вызывает, меня чувство уверенности. Как и прежние. Только на этот раз я сильнее волнуюсь. Мишень и способ ее поражения чреваты опасностью. Я должен усилить бдительность, водностью изменить свою внешность. Смахивать на русского. Активно тренироваться. Ничего не усложнять. Поменьше грима. Шляпа. Продуманное расписание. Нью-Йорк, Сент-Луис, Новый Орлеан. Смена гардероба. Внешний облик. Осторожность. Простота. Сперва закончить с «оборудованием». Технология не подводит. Грубый вид, как у них. Бесчувственность. Мистер Хамелеон. Но — не увлекаться. В невидимку мне не превратиться. Выдать себя за кого-то еще — пожалуйста. Кто этот тип в маске? Паршивое видение из кошмара. Пришествие Чистильщика. Уборка мусора. Чтобы все сверкало. Подобрать кое-какую одежку в Армии Спасения, на развалах. С миру по нитке. Чтоб никаких подозрений, никаких связей. Обыкновенный горожанин. Очень занимательно. Простор для фантазии. Полицейские и грабители. Бах-бах, падай, ты убит. А я живой, ты промазал. Ты чего, я тебе всадил пулю прямиком промеж глаз. Пошел ты знаешь куда, ты промахнулся на целую милю, долбаная деревенщина.
Виртуальное перемещение — полезная штука. Без подробностей, зато полное представление о расположении. Позволяет познакомиться с городом. Побывать в зоне удара. Изучить расположение улиц. Синхронизация действий. Всякий раз — новое обличье. Не вызывать подозрений. Чтобы допрошенные свидетели не могли передать ничего, кроме общего впечатления: «похож на русского…» Никто никогда не узнает, какой я замечательный актер. Или стратег. Или подстрекатель. Или провокатор. Может, начать вести дневник? Судовой журнал. Заметки для потомков. Мемуары о служении обществу. Соблазнительно, даже очень. Но слишком глупо. Идиотизм. Вот когда все останется позади… Это вдохновляет — быть злым гением, стоящим за бедствиями. Никто никогда не узнает о моей гениальности актера, мыслителя, стратега, о моей силе, сеющей добро. Прочь с дороги, «эго», не мешай! Уступи место Провидению. Никаких манифестов, дневников, объяснений. Унести все это с собой в могилу. Какой великолепный план! Простота. Долой любые сложности. Маленький деревянный арбалет. Легкая разборка. Резинка. И мощная фара.
Ух, как здорово, что я снова дома! Насыщенный, чрезвычайно продуктивный день. Быстрее войти в Интернет, пусть знают, что я здесь.
Проверим, хорошо ли я их запомнил. Краткие характеристики. Нет, развернутые. Со всеми подробностями. Не гадать. Дойти до мелочей. Так-так, неизбежный мусорный бак. В Новом Орлеане фонарный столб далеко от угла. Мелочи. В Сент-Луисе дорожный знак закрывает угол. Мелочи — общая картина.
На фотографиях видны те же детали, которые я отметил в своих зарисовках местности. Отлично. Держать в памяти все подробности. Вплоть до граффити на помойке. Значит, я полностью готов. Флаг в руки. Остыть. Вдох — выдох. Несколько дней рутинной работы. А потом… Утром — Кони-Айленд, вечером — Сент-Луис, утром следующего дня — Новый Орлеан. Раз-два-три, бах-бах-бах. Дым рассеивается, каша заваривается. На Кони-Айленд я русский. В Сент-Луисе — итальянец. В Новом Орлеане — невесть кто.
Ага, видели мы туг одного, верно, Джои?
Видели, подозрительный тип.
Что он делал?
Да так, ошивался туг. Как-то подозрительно. Я прав, Джои?
Ну да. Мерзкий такой.
Мерзкий.
Ну. Похож на русского.
Русский, как пить дать.
Вернемся на несколько дней к обычной работе. Проясним мозги. Отдохнем. Но — бдительность. Каждую цель можно поразить с той или другой выгодной точки, где я со своим арбалетом останусь незамеченным. Мелькну — и исчезну. Оружие будет разобрано и спрятано. Если меня заметят, то это еще больше усугубит обман. Взрыв вызовет смятение. Любая необычная деталь, оставшаяся в памяти свидетелей, будет мне на руку. Они будут уверены, что я такой, какой нужно для меня. За взрывом всегда следует массовая растерянность. Но сильные взрывы мне не нужны. Не нужны жертвы среди невиновных людей. Сильная магниевая вспышка вызовет мгновенную слепоту. Довольно. Пора подкрепиться. Потом посмотреть кино. Сменить темп. Расслабиться.