Чтение онлайн

— Ужасное, ужасное происшествие, госп’да! Троица нелюдей! Такое безобразие! Средь бел дня! Гор’д потерпел ущерб! Городской банк потерпел ущерб! Урон репутации! Что скажут люди? Их сбережения под угрозой! Они украли всё! Всё! Т’лько золота — почти двести фунтов! Вся наличность на обмен для вольных старателей! Почти половина от того, что нужно отправить в метрополию!

— Как это произошло? Подробнее, Иеремия! И возьмите себя в руки! Вы же джентльмен, хватит изображать из себя ограбленного лавочника!

Карнистиру снова стало скучно. Опять какие-то разбойники ограбили банк. Такое, вообще-то, уже случалось. Да что там — случается с неприятной регулярностью. Раз в три-четыре года обязательно проходит удачное ограбление, а уж пытаются и ещё чаще. Карнистиру в своё время пришлось изучать этот вопрос, и он пришёл к удивительному выводу — управляющему это выгодно. Иначе просто невозможно объяснить, почему до сих пор не нанята нормальная охрана и не предприняты другие меры для того, чтобы усложнить жизнь грабителям.

Он тогда не стал в этом разбираться. Просто уведомил администрацию, что грузовое судно, которое перевозит в конце года золото, не может вернуться в метрополию пустым. Если золота будет недостаточно, оставшееся место будет заполнено работниками банка, городскими чиновниками и членами их семей. Вероятно, в замороженном виде, чтобы не испортились к времени прибытия. Подействовало превосходно — золота в конце года было столько же, сколько обычно.

«Сейчас будет то же самое, — уныло подумал Карнистир. — Час будут безобразно возмущаться и искать виноватых, а потом договорятся, что нужно непременно покарать грабителей, и отправят погоню».

Всё это было, было неоднократно. «Удачливых» грабителей порой находят, особенно если это не какие-нибудь залётные молодцы, а местные жители. Правда, отчего-то большую часть украденного золота к моменту захвата они успевают либо потратить, либо припрятать так, что сами забывают, куда. Иначе не объяснить, почему они не выдают место даже под пытками.

Карнистиру было плевать на махинации жуликоватого управляющего и чиновников, находящихся с ним в сговоре. Банк принадлежит не ему, так что он не обязан разбираться, куда и кому на самом деле уходят «украденные» деньги. Его задача — чтобы золотой корабль каждый год уходил наполненным. И он эту задачу выполняет. Как этот Иеремия выкручивается, и откуда потом покрывает недостачу, эльдару тоже было неинтересно. Впрочем, он догадывался, как. «Ограбленные» чинуши и управляющий, вынужденные покрывать недостачу из своего кармана, просто компенсируют это увеличением норм на руднике, а часть конфискуют, грабя залётных вольных старателей и прочий сброд. Так что в накладе никто не остаётся… ну, кроме того самого сброда. Но его мнение никого не интересует.

«Чем устраивать эти идиотские махинации, могли бы официально увеличить нормы для своих работников, — рассеянно подумал Морьо. — Так было бы куда проще. С другой стороны… я ведь не собираюсь сидеть здесь вечно, а новый гнерал-губрнатор может иметь своё мнение…»

Он уже хотел уходить, но тут Иеремия перешёл к описанию преступников, и что-то заставило Карнистира задержаться.

— Гоблин?! — подскочил на месте шериф. — Грабитель был гоблин?!

— Да, один из них, — кивнул Иеремия, слегка напуганный таким энтузиазмом. — Судя по всему, слабосилок, пустоцвет. Применял слабые заклинания тёмной магии. Что необычно — некоторые свидетели нападения указывают, что он ещё и духами повелевал, но это, очевидно, враньё. Тёмные не бывают шаманами. Скорее всего — просто совпадение. Один из моих подчинённых утверждает, что перед нападением сработала сигнализация, в банк проникла духовная сущность низкого порядка. Но вы же знаете — вполне вероятно, что срабатывание было ложным…

— Не важно! — Перебил шериф. — Это точно он! Тёмный гоблин! Он мне нужен! — Кулаки шерифа сжались от гнева, костяшки побелели. Лицо, и без того не блещущее красотой, исказилось от гнева. Карнистира слегка удивила такая бурная реакция, а вот все остальные в кабинете явно были в курсе происшедшего.

— Шериф, сохраняйте спокойствие! — Потребовал мэр. — Мы все в курсе, что у вас счёты к этому гоблину… если это тот самый гоблин! Но нельзя же так терять самообладание!

На лицо мэра против воли выползла усмешка, да и остальные в помещении давили смех. Кроме, разве что, самого шерифа, которого аж трясло от ярости.

— По словам нашего докладчика, этот гоблин спелся с какими-то уманьяр. Скорее всего — Рыси, или Лесные Коты — остальные к нам стараются не соваться, а эти всё никак не успокоятся. Давно пора наведаться их стойбища и прищучить этих паршивцев. Устроим рейд. Уверен, мы найдём грабителей, тогда и расспросим их, что за гоблин, и откуда он взялся. Хотя я уверен, мы и его успеем прихватить.

— Я сам возглавлю поиски! — Процедил шериф. Судя по тому, с каким бешенством он оглядывал собеседников, он бы с удовольствием покарал не только уманьяр и гоблина, но и этих респектабельных джентльменов. Карнистиру на мгновение стало любопытно, что же здесь такое произошло, но это чувство надолго не задержалось, потому что он только что ухватил другую мысль.

Тёмный маг! Идеальный подопытный — как раз такой, какого ему не хватало для продолжения экспериментов! Очень редкая птица в этих бедных на магию краях… Нет, пожалуй, всё же не идеальный. Куда лучше подошёл бы полноценный маг, но за отсутствием такового сойдёт и пустоцвет. То, что нужно!

— Мне нужен этот гоблин, — сообщил он. — Я настаиваю, чтобы его взяли живьём. Я выкуплю его у города, вы не пожалеете о цене.

Ещё до того, как он договорил, окружающие повскакивали с мест. Шериф подпрыгнул на месте, и почему-то схватился за зад. Остальные тоже были напуганы.

— Господин Морьо! — Мэр был бледен, как полотно. — Мы не знали, что вы здесь… не видели…

— Это не важно, — ответил Кранистир. — Я надеюсь, вы меня услышали, господа? Мне нужен этот гоблин.

С эльфами мы помирились быстро. Ничего удивительного, ведь невозможно долго обижаться на такого классного парня! Это я себя имею ввиду, естественно. Ну, а я сам тем более ни на кого не обижался. Они ведь просто с перепугу за мной гонялись. Да и про луки свои не вспомнили, а значит, всерьёз не злились. А ведь я уже готов был применять тёмную магию, чтобы, значит, обезопасить себя от ежения. В смысле, от превращения в ёжика.

К утру, когда всё окончательно устаканилось, про ночное происшествие уже и не вспоминал никто. Впрочем, не удивительно — тут вождя, считай, сместили, народу не до шуток. Хотя не сместили, конечно. Это у них демократия такая, я думаю. Дескать, мы тебе и твоим решениям, конечно, доверяем, но если уж прямо все не согласны — то извини, придётся подчиняться народному вече.

Вокхинн был ужасно недоволен. И виноватым, почему-то, выбрал меня, как будто это я организовал им проблемы! Даже пробурчал, что надо было меня прикончить, когда я только появился. Хотел же, да пожалел, а теперь из-за меня всё племя под откос. Ну, оно и понятно, я даже не обижался. В своей прежней жизни я тоже кого только не обвинял в своём плачевном положении в минуты депрессии! Все мне были виноваты, и мама, и папа, и весь окружающий мир в целом. Так что пусть злится — перебесится. Главное — я своего добился. Мы едем к руднику! То есть, по большому счёту, возвращаемся обратно в сторону Грасс-Вэлли, потому что рудник там недалеко. Причём на этот раз почти всей компанией, хотя как по мне — можно было и не тащиться всем кагалом. Это эльфы настояли. Похоже, здорово засиделись тут в ожидании Илве и Кигана, вот и решили развеяться.

Так-то я бы и один прекрасно справился, раз уж у меня не складывается с Илве. Не, есть ещё, конечно, Айса, но с ней пока вообще непонятно. Вдруг она тоже в кого-нибудь влюблена? Хуже того — безответно влюблена! Так-то в компании ещё две девицы, и тоже красивые, но они вообще замужние, что как бы подразумевает, что для меня они недоступны. Я, конечно, ловелас, и уверен, что смог бы их отбить. Но зачем? Что, не найдётся для меня свободных дам?

Получается, я после такой подставы от Илве немного разочаровался в серьёзных отношениях. Собственно, что тут странного? Первая любовь к реальной девушке, не хухры мухры. И такая несчастная! В прошлой жизни я влюблялся исключительно в актрис всяких голливудских. Это было очень рационально, потому что тут мы с основной массой мужского населения были в равном положении. Короче, не светило мне с какой-нибудь Марго Робби, вот совсем никак. Но с ней не светило вообще всем моим знакомым, и неважно, как у них было с двигательной активностью. Так что да, первая несчастная любовь. Целые сутки счастья, а потом такой жестокий облом.