Годзилла на краю света
Шрифт:
Некоторое время — казалось, целую вечность — Зои оставалась абсолютно неподвижной. У твари, по-видимому, не было глаз. Зои рассудила, что изданный ею звук, должно быть, и привлек внимание отростка. Она решила, что еще одного такого крика она не сделает и переждет тварь, и неважно, сколько времени это займет.
Спустя двадцать минут, когда Зоя попыталась подавить бежавшую по телу дрожь от холода, начала трястись земля. При первых же малейших признаках сейсмоактивности тварь, находившаяся в провале, захлопнула пасть и убралась из трещины.
Зои отошла от стены, а в это время вокруг нее вновь стали падать большие куски льда. А лед у нее под ногами, казалось, стал превращаться в бесформенное желе. Беспомощная, схваченная в тиски землетрясением, Зои вновь свернулась в оборонительный комочек. Дно трещины, казавшееся твердым еще считанные секунды назад, внезапно начало сжижаться.
Вдруг Зои стала тонуть. Она инстинктивно вытянула руки, тщетно стараясь ухватиться за какой-нибудь ближайший твердый предмет. Ее пальцы ухватились за холодное мертвое тело. Она вцепилась в истерзанное тело своего отца и стала прижимать его к груди, и хотя земля начала ее поглощать, это дало девочке-подростку некоторую долю успокоения.
В конечном итоге Зои Кеммеринг вместе с трупом своего отца исчезла под зыбкой содрогающейся почвой, их затянуло в самый центр Земли…
Глава — 1
ПОДРОСТКОВЫЙ РИТМ
Суббота, 11 ноября 2000 г., 19:59, Телеканал «Независимая Новостная Сеть» (INN), студия B, Башня Всемирного Торгового центра, Нью-Йорк.
«Одна минута!»
Электронный голос из стеклянной кабинки прозвучал, казалось, глухо в этой огромной телевизионной студии. Робин Холлидей знала, что это был голос режиссера, приготовившегося на своем рабочем месте к прямому эфиру.
Робин похлопала ресничками и напряженно уставилась в объектив телекамеры, пока операторы и съемочная группа налаживали технику для начального кадра шоу, транслировавшегося в прямом эфире.
«Камера первая, дайте средний план», дал указание режиссер своим электронно измененным голосом. Робин перевела взгляд на монитор ближе к полу. Картинка на экране изменилась: вместо показа крупным планом лица Робин появился средний план, кадр в полный рост, как она сидит в кресле ведущей — и логотип «Подростковый Ритм» теперь был отчетливо виден за ее спиной.
Гримёр воспользовалась этим изменением точки съемки, получив возможность подправить Робин лицо. Она нанесла немного фиолетовой помады с блестками на пухлые губки девушки-подростка, а парикмахер тем временем взялась за волосы, разделив непокорную челку, скрывавшую лоб Робин.
«Робин», сказал режиссер из кабинки, с оттенком сарказма, который был слышен, несмотря на электронные искажения. «Нельзя ли чуть поскромнее, пожалуйста?
Предполагается же, что это у нас должно быть семейное шоу».
Робин поджала губки и закатила глаза, схватившись за ткань своего платья и задернув провокационный разрез на своей длинной, до пят юбки от Бетси Джонсон в ретро-стиле 1980-х годов, прикрывавшей ее стройные ножки. Затем Робин поправила свой идеально сидевший на ней жакет — тоже от Бетси Джонсон — при этом стараясь не задеть микрофон, спрятанный в одежде.
Когда женщина-гримёр исчезла, а парикмахер вышла из кадра, Робин в последний раз проверила свой внешний вид, взглянув на монитор.
Она достаточно пристально следила за модными веяниями, чтобы одеться для шоу в ретро-стиле 1980-х годов. Ее прическа также оставалась верна трендам двадцать первого века. Ее некогда золотисто-каштановые локоны теперь были окрашены в глубокий, насыщенный, черный как смоль цвет — в подражание внешнему виду знаменитой «Пророчицы Судьбы и Рока» с телеканала MTV.
Темные волосы стали хорошим и уже привычным тоном среди модных молодых девушек 2000-х годов — блондинки определенно вымерли. К счастью для Робин, ее естественно бледная кожа и изумрудные глаза красиво контрастировали с черными волосами. Результат, особенно на камеру, был отпадным.
А именно этого Робин и хотелось.
По-прежнему сжимая подол своей юбки в полную длину, Робин внутренне собралась и еще раз внимательно пробежалась по заметкам, которые она держала в руке.
Список был коротким и простым — в нем были лишь имена приглашенных ею участников и местоположение удаленных съемочных групп, сигнал которых будет транслироваться в ее сегодняшнее шоу.
Робин никогда не пользовалась телесуфлером. Ей он вообще не был никогда нужен. У нее всегда было что сказать — участникам своей передачи, своим продюсерам, даже иногда и режиссеру при случае. По сути Робин теперь являлась единственным автором всех передач «Подросткового ритма», и она также была единственной, кто выбирал и их участников.
Теперь это было шоу Робин, хотя она не имела почти никакого отношения к его созданию, к ее банальному названию, да и к самому этому занудному и тяжеловесному новостному каналу, на котором оно выходило, и ко всему прочему отрицательному багажу, все это сопровождавшему.
Несмотря на все трудности, Робин вернулась с первого своего большого задания — с погони за чудовищем Вараном в Мексике — с намерением сделать «Подростковый ритм» одной из самых лучших передач телеканала INN. До прихода Робин «Подростковый ритм» представлял собой полный отстой. Но с того момента, как именно ее взяли на эту работу, чтобы она заменила Марию Кенни-Фуэго — первого ведущего шоу — и начала все делать по-своему, «Подростковый ритм» действительно стал набирать очки и рейтинги. Две недели назад он даже стал программой номер один в своем временном промежутке. На прошлой неделе он немного опустился, но все равно занимал твердое второе место. Робин знала, что ей просто нужно работать немного упорнее. Одной из ее новых обязанностей являлся специальный воскресный выпуск шоу, который должен был выйти в эфир завтра.
К счастью, многое из этого большого шоу уже было отснято и готово. Оставшееся будет не слишком утомительней обычного выпуска передачи.
Но Робин понимала, что ей нельзя почивать на лаврах. Ей нужно было не снижать внимание аудитории к своему шоу — и к самой себе. В ее профессии все было довольно жестко. И постоянно становилось все сложнее и сложнее.
Пока что продюсеры не кричали и не возражали против изменений Робин — почти! Они видели, как поднялись рейтинги, и по большей части давали Робин возможность делать все по-своему. С их точки зрения, у «Подросткового ритма» был поразительный и воодушевляющий успех. И это полностью совпадало с планами самой Робин Холлидей.
Но она рассматривала это шоу лишь как малую, первую ступеньку к чему-то гораздо большему и лучшему.
Внезапно размышления телеведущей были прерваны первыми нотами музыкальной темы этой недели. Робин варьировала мелодии, которыми начиналось шоу, выбирая их из ассортимента самых свежих текущих хитов. Она любила удивить своих зрителей всем, что только возможно. Это делало шоу постоянно свежим и новым.
Робин увидела, как на мониторе уже появилась логотип-заставка передачи.
«Десять секунд», объявил режиссер студии.