Чтение онлайн

— Вы решили не откладывать.

— Я не представляла, о чем может идти речь, да и какое значение могла иметь еще одна проблема? Лучше было узнать все сразу, — Нина на мгновение закрыла глаза. — Мы обе были очень злы на Патрицию.

— За то, что она отказалась от вашего отца?

— Нет, об этом я уже вам сказала во время нашей первой встречи. Но мы обе чувствовали, что раз Патриция отдала ребенка Своупам, она должна была забыть о его существовании и не пытаться встретиться с ним. И куда делись ее хваленые манеры? Неужели она думала, что, если пришлет нам письмо с соболезнованиями, мы станем показывать его всем знакомым?

— Я думаю, что Патриция была в шоке. Не подумайте — я не пытаюсь оправдать ее, — быстро добавил Бен, заметив выражение глаз Нины. — Мой брак дал трещину, работы было по горло, и я не очень обращал внимание на то, что не касалось меня лично. Я очень удивился, когда случайно узнал от общего знакомого, что Патриция внезапно отменила свой традиционный, предрождественский, званый ужин. Позже ее дворецкий сказал мне, что в течение двух недель она не выходила из дому и не отвечала на телефонные звонки.

— И она ничего вам так и не объяснила?

— Практически ничего, как я теперь понимаю.

Нине очень хотелось расспросить Бена о его знакомстве с Патрицией, при каких обстоятельствах оно произошло, тем более, что ей не давали покоя слова, сказанные на прощание Кимом Хьютоном. Но она инстинктивно чувствовала, что не стоит торопить события.

— Похоже, что Патриция оказала влияние на жизнь каждого из нас, — заметила Нина. — Моя мать сказала, что она обладала особым энергетическим полем, которое продолжало воздействовать на людей, даже когда ее не было рядом.

— Вполне возможно, — согласился Бен.

— Патриция смогла затронуть даже мою душу. Вы готовы слушать дальше? — улыбнулась Нина.

— После такого обеда я — весь внимание, — шутливо отозвался Бен.

В глубине души, несмотря на опасения, которые он высказал Оливеру, Бен был уверен, что Нина изменит свое первоначальное решение. И он понимал, что она сделает все не торопясь и будет руководствоваться своими интересами. Даже печальная история, которую Нина только что поведала ему, была рассказана не случайно. Бен должен был узнать самое худшее, прежде чем начать разговор о том, как быть дальше.

— Накормите меня русским кофейным тортом, и я удвою свое внимание.

— Учту, — с облегчением рассмеялась Нина. — И я не хочу, чтобы вы думали, что я занимала выжидательную позицию. Вопрос слишком серьезен, чтобы решать его сгоряча.

— Патриция бы одобрила ваше поведение.

— Надеюсь, что это было бы на самом деле так, потому что я решила объявить себя ее наследницей, — на мгновение Нина была почти разочарована наступившей паузой, но тут же вспомнила, что они ведут речь о решении сложной юридической проблемы и эмоции здесь неуместны. — Это решение я приняла вчера вечером.

— Я знаю, что вы — не капризная женщина, но все равно помните, что как только делу будет дан законный ход, пути назад не будет, — предупредил Бен.

— Может быть, мое решение выглядит несколько запоздалым, но я уверена, что оно правильное, и больше его не изменю, — ответила Нина. — Вчера за ужином разговор зашел о вещах, о которых я и не подозревала. Патриция упомянула в завещании многих своих старых друзей. Они либо больны, либо испытывают финансовые затруднения. И им нужно помочь. Это была воля Патриции, и мой долг исполнить ее.

— Когда все вопросы по оформлению наследства будут решены, — добавила Нина, испытывая знакомое чувство возбуждения, охватывающее ее, когда она бралась за дело, в окончательном результате которого не была уверена, — я стану богатой и добьюсь известности. Но не эти соображения заставили меня принять решение. В первую очередь я должна выполнить обещания Патриции, данные людям, рассчитывавшим на ее помощь.

Бен грустно наблюдал за отъезжающим «крайслером». Ему не верилось, что всего лишь двадцать минут назад Нина сидела рядом с ним, плакала и смеялась, искренне рассказывала о своих семейных делах. И вот уже автомобиль увозил ее назад к Дугласам.

Бен был доволен решением Нины признать себя наследницей, потому что был не только распорядителем наследства Патриции, но и ее другом. «Хотя, конечно, это не повод для торжества», — подумал Бен, заходя внутрь и закрывая за собой дверь. Он очень любил этот дом, но внезапно, после отъезда Нины, дом показался ему слишком большим и неуютным. Бен направился на кухню. Именно сюда они пришли с Ниной, когда все обсудили и пришли к выводу, что теперь надо встретиться с Оливером Уотсоном.

На столе стояла тарелка с остатками кофейного торта. Нина настояла, чтобы он оставил его у себя, и предложила вымыть посуду и навести порядок. Бен отказался, сказав, что тогда ему совсем нечего будет делать после ее отъезда.

Когда за Ниной приехал Мелвин, Бен на прощание пообещал договориться о встрече с Оливером Уотсоном как можно скорее. Нина согласно кивнула в ответ, после чего надела плащ и торопливо попрощалась. Они оба внезапно почувствовали, что очень устали и что им не о чем говорить. Вместо ожидаемого облегчения от того, что проблема была решена, Бен чувствовал пустоту на душе. Раны опять заныли, и Бен вдруг подумал: как же могло так случиться, что ему стало пусто и одиноко без женщины, которая в общем-то была совсем не в его вкусе.

Сразу по возвращении к Дугласам Нина сослалась на головную боль и направилась в спальню для гостей, в которой Марисса всегда размещала ее. Теперь, лежа в постели, она вспоминала подробности их беседы с Беном. Вначале все было хорошо, но стоило ей объявить о своем решении, как лицо Бена замкнулось и манера вести себя стала немного отстраненной. Он даже не стал протестовать, когда Нина сказала, что собирается уехать.

Вряд ли он был очень удивлен ее решением. В глубине души Беннет Уортон наверняка был уверен, что Нина передумает. Но почему же он не одобрил причину, заставившую ее пересмотреть свое первоначальное решение?

«Это было не свидание, а деловая встреча между наследницей и распорядителем имущества», — напомнила себе Нина, поправляя подушки. Возможно, Бен решил, что в подобной ситуации он не имеет права проявлять эмоции. Да и Нина бы заподозрила неладное, поведи Бен себя чересчур дружелюбно. Они не были ни любовниками, ни друзьями и, по сути, едва знали друг друга…

«Все равно что-то не так», — подумала Нина, закрывая глаза и надеясь на скорое действие таблетки от головной боли. Она не могла избавиться от впечатления, что Бен ждал, что Нина объявит себя наследницей только для того, чтобы тут же раздать все деньги, выполняя последнюю волю Патриции.