Голос во тьме
Шрифт:
— Если я ему нужна, — глухо процедила она, — то пусть он придет за мной. Только поймайте его и убейте наконец!
Пылающий внутри огонь внезапно ослаб, горячий обруч, что сжимал голову, исчез. Лишившись опоры, Маргарет слабо застонала, ноги у нее подкосились, и она осела на пол. Энджел стоял рядом, но не шелохнулся и даже руки ей не протянул. В глазах девушки снова потемнело. Она уже проваливалась в обморок, и только тогда он наконец подхватил ее. Маргарет склонила гудящую голову к нему на плечо, и он сильно вздрогнул.
— Только поймайте его, — прошептала девушка. Вокруг снова сгустилась ватная серая мгла, и реальность ускользнула от Маргарет, как сон.
… — Эта ярость опустошает, — раздался прилушенный голос Энджела. — Особенно, когда вы переживаете ее в первый или второй раз.
Маргарет с трудом приоткрыла тяжелые веки. Она лежала на кровати, а наставник стоял рядом, у туалетного столика, и смешивал что–то в стакане с водой.
— Я пойду, — прошелестела девушка. Энджел поднял бровь. — Но если я пойду с вами, если вы еще согласны, то не для того, чтобы вечно прятаться у вас за спиной.
— А зачем же вы пойдете со мной? — спросил Энджел. Он навис над ней со стаканом в руке и выглядел непривычно угрожающе.
— Чтобы научиться, — еле выговорила Маргарет: на нее волнами накатывала слабость. — Научиться всему… всему, что нужно. Больше не хочу… быть такой беззащитной…
— Но вам придется долго трудиться, чтобы вы научились всему, что хотите.
— Ну и… и ладно… и хорошо… я готова…
— Но не прямо сейчас, — пробормотал Энджел и поднес к ее губам стакан. Девушка выпила несколько глотков и уронила голову в подушки.
— Сначала, — собрав остаток сил, выдавила она, — пусть найдет меня, а вы его убьете. Вы ведь его убьете, вы же мне обещали!
Лицо Энджела вдруг оказалось совсем близко, и он уже не был ни угрожающим, ни сердитым. Его теплая ладонь ласково прошлась по лбу и щеке мисс Шеридан.
— Убью, — почти нежно шепнул Энджел, — конечно, я его убью, Маргарет.
Натан поднимался по лестнице в сопровождении Джен. Ведьма настороженно озиралась и едва не принюхивалась, ождая подвоха в любой момент. Но комиссара не очень это заботило — он потратил так много сил и времени, чтобы убедить мистера и миссис Шеридан в необходимости охранника для Маргарет, что общение с пироманом на этом фоне выглядело болтовней двух задушевных друзей.
«Мистер Фьяманте», — злобно подумал Бреннон. Он на всякий случай уточнил у Лонгсдейла насчет этого имени и теперь был уверен, что пироман очень даже в курсе насчет своего прозвища. И черт знает, чего еще!
— Ну как? — спросил он у ведьмы.
— Можно, — удивленно отозвалась она и взялась за дверную ручку. Саму идею пироман воспринял… не очень хорошо, но, тем не менее, слово сдержал и противоведьминские чары убрал.
— Я ему не верю, — тихо сказала ведьма. — Он врет как дышит!
— Но Пегги ему дорога, так что…
— Ага, — буркнула Джен, — как овечка волку, — и толкнула дверь. Ничего не произошло. Ничего страшного, в смысле — на голову девушки не обрушились громы и молнии, она переступила порог, а комиссар вошел следом.
Пироман был здесь. По–хозяйски бросив сюртук на спинку кресла, он сидел перед Маргарет на кровати и держал руку ладонью вверх. Над ней покачивался многострадальный том «Графа Вампира», а племянница, судя по сосредоточенному виду, пыталась воздействовать на книгу силой мысли.
— Вечер добрый, — сурово проурчал комиссар. «Граф» шлепнулся на покрывало.
— Только магией мы и занимаемся, — насмешливо уверил Бреннона пироман. — Ничем больше.
— Добрый вечер, дядя, — Маргарет, довольно–таки бледная (с чего бы это?) враждебно взглянула на дворецкого. — Синьор Фьяманте мне уже рассказал. Ты действительно хочешь, чтобы этот тип за мной следил?
Бреннон кашлянул.
— Пегги, если ты волнуешься насчет своей скромности, то… кгхм… можешь не волноваться.
— Это почему же?
— Потом я об этом пожалею, да? — пробормотала Джен, шагнула вперед и глубоко вздохнула. Ее облик рассыпался облаком сверкающих огненных искр и растаял.
— О Господи Боже мой! — завизжала племянница, взвилась с кровати, как вспугнутая птица из гнезда, и отпрыгнула от Джен в дальний угол.
— Ну нет, опять! — простонала та.
— Вы мне об этом не говорили! — яростно обрушилась на пиромана благовоспитанная девица. — Вы сказали, что дворецкий, что колдун, а не… не… а там такое!
— Какое «такое»? — синьор Фьяманте склонил голову набок и рассматривал Джен с несколько брезгливым видом. — Ну ведьма. Они, конечно, скорее животные, чем…
— Она что, женщина?!
— Да! — взорвалась Джен. — Я мало того, что ведьма, так еще и женщина! А ты, ты…
Она шагнула к пироману, и он вскинул руку, в которой сверкнул золотой крест, увенчанный чем–то вроде цветка орхидеи над перекладиной. Ведьма зашипела, отпрянула и прикрыла лицо локтем.
— Вы двое! — рявкнул комиссар.
— О Господи, — Маргарет ошалело вытаращилась на Джен. — Все это время… все эти вещи… это все делала ты?! Ты девушка?! О Боже. О Господи, — на ее лице отразилась такая зависть, которой Натан никогда раньше не видел. Племянница перевела глаза с брюк Джен на кобуру с револьвером у нее на бедре, с кобуры — на сюртук, с него — на жилет и спросила: — Ты все время так и ходишь?
— Да, вот так и хожу, — процедила ведьма. — Пусть уберет эту чертову штуку!
— Цыц, — вмешался Бреннон и решительно взял ситуацию в свои руки: — Пегги, сядь сюда. Джен, встань там и следи в окно за улицей. Вы… стойте где стоите, без резких движений. Нам всем предстоит кое–что обсудить, а это лучше сделать без сбежавшихся сюда родственников.
Пегги, послушная девочка, села в кресло, расправила юбки и сложила руки на коленях. Правда, по пути от стула к креслу она несколько раз обошла ведьму по кругу, рассматривая ее, как диковинного зверя в зверинце. Джен насупилась и скрестила руки на груди. Комиссар на миг пожалел, что не вернул ей так необдуманно данное слово. Пироман следил за ними, откровенно забавляясь.
— Итак, — начал Бреннон, когда ведьма заняла позицию у окна, — мы посовещались, и я решил, что тебе неоходим телохранитель.