Голова королевы. Том 2
Шрифт:
Теперь Елизавета имела случай избавиться уже на законном основании от своей соперницы и навсегда обезвредить ее.
Но всех этих улик, добытых Валингэмом при раскрытии заговора, было ему недостаточно. Он хотел иметь в руках более бесспорные улики. С этой целью он с самого начала изолировал двух человек, близко стоявших к Марии, от процесса, направленного против Бабингтона и его соучастников; эти лица должны были стать главными свидетелями обвинения, направленного против Марии Стюарт. Это были оба секретаря Марии, Кэрлей и Ноэ, которых задержали и арестовали на пути из Чартлея в Тиксаль.
Во время процесса над другими заговорщиками Валингэм приказал доставить обоих секретарей к себе на дом и там держать под строжайшим арестом. Из этого видно, какую важность придавал он этим лицам.
Только тогда, когда процесс Бабингтона был закончен и приговор суда приведен в исполнение, Валингэм снова занялся судьбой арестованных. Однажды он явился к своему шурину Бэрлею обсудить с ним дальнейшую возможность их использования в деле.
— Самым простым было бы судить и казнить их вместе со всеми другими заговорщиками, — сказал первый министр Елизаветы.
— Нет, милорд, — ответил Валингэм, — я много думал об этом. Этих секретарей нельзя назвать заговорщиками, так как в их обязанность совсем не входило доносить о том, что делала их повелительница, они были подчинены только ей и исполняли данное им приказание. Поэтому, если бы они фигурировали на процессе, ныне окончившемся, то их, наверное, оправдали бы. Мы должны использовать их другим образом.
— А именно?
— Об этом-то я и хочу поговорить с вами, — ответил Валингэм. — Для нас совершенно безразлично, умрут эти люди или останутся в живых, ведь они были безвольным орудием в чужих руках. Но мы могли бы их так запугать, что получили бы от них показания, направленные против бывшей шотландской королевы.
— В этом есть свой резон, — задумчиво сказал Бэрлей.
— Так вы все еще стараетесь вести намеченную вами линию?
— Пока я не вижу оснований отступать от нее, — ответил Валингэм, — пожалуй, больше и не представится такой счастливой возможности стряхнуть кошмар, угнетающий столько времени Англию. Когда у меня в руках будут показания Кэрлея и Ноэ, я представлю на обсуждение государственного совета предложение учинить формальный процесс против настоящей виновницы всех этих злодеяний.
— Да, да! — оживленно воскликнул Бэрлей. — Это действительно — самый верный путь.
Валингэм с благодарной улыбкой поклонился ему и вышел.
Вернувшись домой, он послал за Пельдрамом.
Лорд-президент «Звездной палаты», Бэрлей и Лейстер приняли Пельдрама после его возвращения в Лондон достаточно прохладно, но он все-таки убедился, что они не питают к нему дурных чувств. Бэрлей даже добился для него полного прощения королевы. Между прочим, Елизавета помянула убитого Кингтона — человека, который сделал так много для ее безопасности, лишь одной фразой:
— Жаль! Это был полезный человек.
Только один Валингэм не захотел встретиться с Пельдрамом, а просто выслал ему с лакеем патент на новую должность.
Такое отношение насторожило шотландца. И теперь, когда ему передали приказание государственного секретаря немедленно явиться, Пельдрам не мог отделаться от чувства некоторого беспокойства. Тем не менее он поспешил одеться и отправиться по вызову, сознавая, что от этого свидания, быть может, зависит вся его будущность.
Когда он вошел в кабинет Валингэма, тот с ног до головы окинул его пытливым взглядом. Поклонившись, Пельдрам ждал, пока с ним заговорят.
— Знаете ли вы, — начал государственный секретарь, — кто и что вы в сущности такое?
— Кажется, знаю, — ответил Пельдрам. — Я — орудие в ваших руках, вещь, которой пользуются, пока она нужна, и которую выбросят вон, когда в ней отпадет необходимость.
— Подобный ответ избавляет вас от нагоняя, — улыбаясь, ответил Валингэм. — Вы, очевидно, нашли, что из Кингтона я уже извлек всю возможную пользу?
— Да, милорд.
— И думаете, что можете заменить мне его?
— Вполне, милорд!
— Вы слишком много берете на себя. Кингтон отличался умом, храбростью и знанием обстоятельств момента.
— Я, разумеется, не могу знать многое так, как знал он, но я тоже храбр и неглуп. Кроме того, я — верный слуга, что никак нельзя сказать про Кингтона.
— В этом отношении я не могу пожаловаться на него.
— Возможно, ведь его подлость хорошо оплачивалась на вашей службе!
Валингэм закусил губы и отвернулся от Пельдрама.
— Может быть, и так, — произнес он после паузы. — Ну-с, посмотрим, как вы замените его. Правда, я не рассчитываю, что нам в ближайшем будущем снова предстоят такие истории, как в последнее время, но необходимо позаботиться о том, чтобы они не могли повториться. Не знакомы ли вы с секретарями Марии Стюарт?
— Я знаю их только по именам, не более.
— Ну да это неважно. Вы должны втереться к ним в доверие и постараться напугать их возможностью следствия и суда.
— Слушаю-с, милорд.
— При этом вы должны вселить в них надежду, что имеется возможность вылезть сухими из воды.
— А какова эта возможность?
— Если они дадут показания против их прежней госпожи.
— Я настрою их как следует!
— В настоящий момент они находятся здесь, во дворце; вы отправите их в Тауэр, это поможет вам поближе сойтись с ними, так как в Тауэре они останутся под вашим специальным надзором.
— Великолепно, милорд!