Чтение онлайн

— Я не могу исполнить ваше желание, — возразил Ламберт, — вход в замок посторонним воспрещен, а в особенности тем лицам, которые пытались насильно вторгнуться в Кэнмор. К тому же я и так могу говорить с вами, о чем угодно.

— Ну, как хотите, — проговорил Сэррей, — только должен вам сказать, что эти вечно закрытые двери внушают подозрения о том, что в замке происходит нечто такое, что боится огласки. Я пришел к вам затем, чтобы потребовать от вас ответа, куда девался Вальтер Брай. Мой друг остановился в этой местности и внезапно исчез. Скажите, видели ли вы его и что о нем знаете? Я требую определенного ответа, иначе я обращусь за помощью — и королевские войска насильно откроют ворота.

— Ваша угроза доказывает, что вы пришли сюда не с дружеской целью. Насколько мне известно, вы осведомлены о той причине, которая заставляет лорда Лейстера закрывать двери замка для всех посторонних, — ответил Ламберт.

— Если же вы действительно пользуетесь таким влиянием, что можете прибегнуть к войскам, то лорду Лейстеру придется обратиться к правосудию!

— Вы меня не так поняли, сэр, — возразил Сэррей. — Наоборот, я не хочу прибегать к тем мерам, которые могут открыть тайну лорда Лейстера, поэтому я и обращаюсь к вам с просьбой сообщить мне все, что вы знаете о судьбе моего друга. Я знаю, что у Вальтера Брая не было никакого основания уезжать отсюда. Его внезапное исчезновение заставляет меня предполагать, что у него имеется враг в этой местности, и я думаю, что этот враг — не кто иной, как вы.

— Вы заблуждаетесь, — проговорил Ламберт, — у меня нет никакой причины ненавидеть сэра Брая, что же касается моего господина, то он отдал мне строгий приказ вежливо отказать сэру Браю в приеме, если он пожелает посетить замок. Этого пока не случилось.

— Ты лжешь, несчастный! — воскликнул Сэррей. — Я знаю, что ты говорил с ним.

— Говорил ли я с сэром Браем или нет, это не имеет значения, — возразил Ламберт. — Вы можете удовлетвориться моим уверением, что сэр Брай даже не входил в парк Кэнмора. Куда он отправился и где находится теперь, мне совершенно неизвестно.

— Ах, ты, значит, говорил с ним, а между тем только что отрицал это! — не помня себя от негодования, крикнул Сэррей. — Сознавайся сейчас же, запер ли ты его в замке или, может быть, даже убил? Клянусь тебе спасением своей души, что ты мне ответишь за Вальтера Брая собственной головой! Если он еще не убит, а только заперт, то освободи его, за это я щедро заплачу тебе и заступлюсь за тебя перед своим господином.

— Я — не убийца, — с чувством собственного достоинства ответил Ламберт, — а замок Кэнмор — не темница. Мне не в чем сознаваться. Но не советую вам прибегать к исполнению своей угрозы, вы этим только совершенно напрасно возбудите гнев лорда Лейстера. Клянусь вам, что над сэром Браем здесь не совершено никакого насилия.

— Точно так же, как и над обесчещенной женщиной! — задыхаясь от гнева, прохрипел Сэррей и, схватив Ламберта за воротник, направил кинжал к его груди. — Открой сейчас же ворота и повинуйся, иначе смерть тебе!

Ламберт, не ожидавший такого внезапного нападения, растерялся и даже не вынул оружия для защиты.

Лейстер быстро помчался на помощь Ламберту и успел раньше, чем Сэррей смог перерубить цепь снаружи.

— Что это значит, милорд Сэррей? — резко спросил он. — Вы осмеливаетесь насильно врываться в мой замок?

Он выхватил меч и занес его над Сэрреем. Тот был так ошеломлен неожиданным появлением Лейстера, что опустил свой кинжал и разжал руку, державшую Ламберта. Однако, несколько оправившись, ответил Лейстеру:

— Да, я возьму приступом ваш замок, если не получу удовлетворительного ответа на свой вопрос. Вы подслушали наш разговор и потому потрудитесь сообщить мне, где находится Вальтер Брай. Отвечайте, иначе, по первому знаку с моей стороны, мой оруженосец отправится к лорду Бэрлею за помощью, а королева рассудит нас и выскажет свое мнение по поводу тайны кэнморского замка.

— Что ж, совершите клятвопреступление, милорд Сэррей! — холодно возразил Лейстер. — Ведь вы, кажется, клялись своей честью, что будете молчать? Жалуйтесь королеве, и мы увидим, как она отнесется к жалобе нарушителя своего слова.

— К тому же государственного преступника! — внезапно раздался чей-то голос, и позади Сэррея выросла фигура Кингтона с поднятым мечом. — Позвольте, ваше сиятельство, арестовать человека, который нарушает мир в стране и выступал в Шотландии вместе с католиками против солдат ее величества, королевы Елизаветы.

— Обезоружьте его, Кингтон, он хотел убить моего управляющего Ламберта, — распорядился Лейстер. — Ламберт, снимите цепь и поспешите на помощь Кингтону.

Сэррей старался уклониться от нападения Кингтона, но в это время ворота открылись — и мечи Лейстера и Ламберта сверкнули перед его глазами.

— Сдавайтесь! — крикнул Дэдлей. — Иначе вам грозит смерть!

— Я предпочитаю умереть, чем быть вашим пленником! — крикнул Сэррей и, прислонившись спиной к дереву, храбро смотрел на своих трех противников.

Кингтон занес свой меч над головой Сэррея, но Лейстер отпарировал этот удар, решив, что будет лучше, если он пощадит Сэррея, чем отягчит свою совесть убийством человека, который был когда-то его товарищем.

— Не убивайте его, Кингтон! — воскликнул Дэдлей. — Дарую вам жизнь, милорд Сэррей, в память нашей прежней дружбы. Прощаю вам ваше позорное предложение, оно служит ясным доказательством того, до какого ослепления довела вас ваша ненависть ко мне. Вы свободны. Пойдите теперь к королеве и, в благодарность за дарованную вам жизнь, откройте ей мою тайну, и тогда вам нетрудно будет уничтожить меня. Скажите Елизавете, что я женился по любви, прежде чем мог заподозрить, что она удостоит меня своим расположением. Передайте ее величеству, что я предпочитаю сделаться жертвой ее мщения, чем пролить кровь человека, который был раньше для меня братом.

Кингтон с недовольным видом покачал головой, он нашел, что Лейстер поступает глупо. Нужно было воспользоваться благоприятным обстоятельством и отделаться от врага, а не проявлять свое великодушие. Ламберт, напротив, с чувством глубокого уважения взглянул на графа Лейстера. Его сомнения начали рассеиваться. Если бы его господин хотел действительно изменить Филли, он не пощадил бы Сэррея.

Что касается Роберта, то он был поражен и растроган, приписав свое спасение его великодушию.

— Я не буду жаловаться на вас, милорд Лейстер, — ответил Сэррей, вкладывая меч в ножны. — Если бы этот человек, — прибавил он, указывая на Ламберта, — сразу сказал мне, что вы сдержали свое слово, у меня даже и не явилось бы подозрения, что с Браем случилось что-нибудь нехорошее. Ведь Брай хотел только убедиться, счастлива ли Филли, и отомстить за нее, если вы изменили ей. Но раз вы верны Филли, то не может быть никаких сомнений в ее счастье. Я вернусь в Шотландию, как только разыщу своего друга. Вам больше нечего опасаться ни его, ни меня.

Сэррей поклонился, бросил Ламберту свой кошелек и скрылся в чаще леса.

— Никто не упрекнул бы вас, ваше сиятельство, если бы вы не отклонили моего удара, — прошептал Кингтон, наклоняясь к Лейстеру, в то время как Ламберт запирал ворота. — А теперь, дай Бог, чтобы вам не пришлось раскаяться в своем великодушии.

— Характер лорда Сэррея служит мне ручательством, что я не пожалею о своем поступке! — возразил Лейстер. — Но необходимо отыскать другое место пребывания для леди, — продолжал он, когда вошел в замок вместе с Кингтоном, оставив Ламберта в парке. — Во-первых, ее нужно поместить так, чтобы не было возможности отыскать ее; а во-вторых, мне хотелось бы оградить леди от внушений Ламберта. Этот человек более предан ей, чем мне.