Чтение онлайн

Так стыдно, мне ещё никогда не было. Я чувствовала, как под взглядами всех присутствующих лицо заливается краской, а напротив нас, сидит довольная жизнью Ульяна.

— Уля, давай быстрее одевайся. — только и говорю.

Ненавижу. Я ненавижу этого мужчину! Такого стыда я ещё никогда не испытывала. Сейчас мне было стыдно даже оглянутся и посмотреть хоть кому-то в глаза.

— Мама, а мы сегодня дядю Вадима впустим домой или опять оставим на улице? — дочка подогревает интерес публики своим вопросом.

Я стону от отчаяния, Вадим пытается за кашлем спрятать смех, а кто-то не сдерживается и издаёт приглушённые смешки. Дочка хитро улыбается и перестаёт натягивать зимний комбинезон в ожидании ответа.

Громко выдыхая, спокойно отвечаю ей:

— У дяди Вадима есть свой дом, а если ты не поторопишься, то мы не успеем в магазин.

Дочь снова недовольно смотрит на меня, но комбинезон натягивает.

— Ульяш, какая у нас мама суровая, да?

Не выдерживаю и пихаю его в бок, чтобы уже, наконец-то, замолчал.

— Ещё и драчунья.

Уля активно кивает, но продолжает обиженно одеваться. Я помогаю натянуть ей шапку, куртку, заматываю шарф и протягиваю ладонь, как обычно, чтобы она взялась и мы пошли на выход. Только Ульяна проходит мимо меня и берёт за руку Вадима.

Честно, я в шоке! Ещё и этот, на которого слов у меня нет, добивает:

— Ты идёшь или сегодня твоя очередь ночевать на улице?

Уходила я с лицом ярче свёклы. Прощания пробормотала себе под нос, а взгляд так и не смогла поднять. Какое же позорище!

— Мам, ну ты идёшь? Мы опоздаем в магазин.

Закатив глаза, я ускорилась и догнала Вадима с дочкой. Мужчина помог сначала сесть мне на переднее сиденье, потом забраться Уле в детское кресло сзади.

— Девочки, сначала заедем в одно место, а потом в магазин. — он посмотрел на Ульяну через зеркало заднего вида и добавил, — а дальше, как скажет мама.

Да неужели? То есть я всё-таки имею право голоса?

Как оказалось, заехать Вадим решил на мойку. Он пошёл оплачивать автомат, но тут же угрюмый вернулся.

— Рит, слушай, тут небольшая проблемка… — замялся мужчина, на что я вопросительно выгнула бровь и он, словно провинившийся ребёнок, выпалил на одном дыхание, — можешь тысячу мне разменять? Ну или будет сто рублей, а? Я тебе вот сразу готов перевести. Блин, не думал, что в тридцать лет у женщины денег начну просить. — Вадим застонал отчаянно, крутанулся вокруг своей оси, и уже бодрым голосом добавил, — ладно, забудь. В следующий раз помою, всё равно ты уже видела её чумазую.

— Вадим, — окликнула его и полезла в сумочку, — держите, что мы зря сюда приехали?

— Риточка, — расцвёл мужчина, — ты моя спасительница, сейчас машину сполосну и переведу тебя.

— Мам, а мы долго тут?

— Не знаю, думаю, нет.

— А дай телефон? Я поиграю.

— Нет, Уль, тут темно, давай не будешь портить глазки?

— Угу, — грустно согласилась дочь, но в следующее мгновение уже радостно заговорила, — а мне нравится как дядя Вадим меня “Ульяшей” называет. Он классный, да, мам? Давай, его на ужин пригласим?

Заиграла старая песня о главном.

— Мы с тобой уже говорили, что незнакомых людей не надо звать на ужин.

— Но дядя Вадим знакомый! Ма, ты сама говорила, что с незнакомыми людьми нельзя ездить в машине, а с ним мы уже второй раз едем! А до этого ещё на автобусе ездили.

Железная логика дочери, против которой и не попрёшь.

Вадим в это время покрыл автомобиль чистящей пеной, она красиво стекала по стеклу, я смотрела как заворожённая. Вот её уже смывает сильный напор воды, и я пялюсь на мужчину.

Не могу сказать, что он красивый мужчина, что в таких влюбляются с первого взгляда. Обычный. Ничем не примечательное лицо, средний рост и насколько могу судить обычное телосложение. Одевается просто, но со вкусом. Одежда и обувь чистая. Не люблю, когда обувь грязная. А у него замшевые ботинки выглядят опрятно.

Да и вообще на Вадима приятно смотреть, он следит за собой. Для бывшего мужа в какой-то момент стало нормой не почистить зубы, или месяц не бриться. Он не видел ничего страшного в том, чтобы выйти из дома в грязной футболке или надеть дырявые носки, даже если в шкафу лежат новые.

Мы часто ругались из-за этого. Кирилл говорил, что я просто выношу ему мозг и придираюсь к ерунде. А я не понимала, как сильно надо не любить себя, чтобы пойти на работу в вонючей рубашке.

— Мам! Мам! — Уля пыталась привлечь моё внимание, оказывается, я так сильно ушла в ненужные воспоминания, даже Вадима нигде не видно.

— Что Уль? — улыбаюсь дочери.

— Я спрашивала, — дуя губки говорит дочка, видно, я долго не отвечала ей, — как дядя Вадим сможет стать нашим знакомым, которого приглашают в гости, если ты даже не хочешь с ним играть?

— Я согласен с вопросом. — бодро заявил мужчина, который сел в машину именно в этот момент!

Мне кажется, эти двое решили свести меня с ума.

— Мы вроде бы собирались в магазин за новым шаром. — пытаюсь напомнить о главной цели нашего совместного времяпровождения.

— А потом мы пригласим дядю Вадима на ужин? Его надо будет отблагодарить за шариком!

— Который он раздавил!

— За новый шарик, который мы купим.

— Сначала купить надо, а потом уже благодарить.

— И что даже поиграешь со мной? — Вадим пошло поиграл бровями, на что я не удержалась и расхохоталась.

— Поехали уже за этим проклятым шариком.

— Ох, Ульяшка, ну и строгая у нас мама.

— Не-е, она только хочет такой казаться, а вот если её обнять и в щёчку поцеловать, она сразу всё разрешает, даже лишнюю мандаринку съесть.

— Ну, раз лишнюю мандаринку съесть разрешает, то я обязательно сделаю, как ты говоришь.

Вадим подмигнул мне и стал встраиваться в оживлённый поток машин.

А я опять сидела с красными щеками, пыталась натянуть шапку пониже, а шарф, наоборот, повыше.

Всю дорогу дочка без умолку болтала. Хвасталась Вадиму, что осенью пойдёт в первый класс. Призналась, что воспитательница её сегодня отчитала, так как она опять подралась.

— Уля! Ты мне ведь обещала, что больше не будешь!