Чтение онлайн

— Дима первый начал! Он обозвал меня глупой, а я просто объяснила, что девочек нельзя обижать, кто же знал, что он побежит ябедничать.

— Ульяшка, если мальчик тебя обзывает, это уже означает, что от такого ничего хорошего ждать не надо. Таких просто стороной обходи. Понимаешь, его не научили быть мальчиком.

— Вадим! Чему вы её учите!

— Маргаритка, а что я неправ? Ну на фига, ей общаться с такими недомальчиками? Возьмёт ещё в привычку, вырастит и приведёт домой недомужика, который не кружку за собой помыть не может, не гвоздь в стенку вбить.

«Как её папаша.» — хотелось добавить, но я промолчала.

Вообще, стараюсь при Ульяне плохо не говорить о Кирилле. Хотя тот за шесть лет так ни разу и не захотел познакомиться с ней, и элементы не платит.

— А ещё у нас скоро утренник. Дядя Вадим, вы придёте? Мне мама костюм чертёнка сшила! Такой офиге-е-енский! Все будут белыми снежинками, феями или принцессами из “холодного сердца”. А я буду в чёрном! С рожками и хвостом! Одна такая буду!

— Даже не сомневаюсь. — смеётся Вадим.

За разговорами даже пробки не удручали, я не заметила, как мы доехали до центра. Ульяшка почти вприпрыжку помчалась к магазину и замерла около сказочно украшенной витрины.

— Ма-а-ам! Смотри, какая красота. — дочь буквально с открытым ртом рассматривала новогодние игрушки, расставленные на специальных подиумах. Небольшую нарядную ёлку и фарфоровые статуэтки, которые в свете уличных фонарей выглядели волшебно, будто готовые ожить в любой момент.

— Да, очень красиво. — обняла дочь за плечи и тоже стала рассматривать витрину.

— Мам, а можно мне этого зайца? — маленькая ладошку легла на витрину, где с другой стороны стекла находился расписной заяц.

— Ульян, в другой раз, хорошо? Он дорогой, а мы и так с тобой потратились в этом месяце.

— Хорошо. Пойдём выбирать шар?

— Пошли.

Вадим всё это время стоял рядом и задумчиво наблюдал за нами. Когда мы пошли к входу, он обогнал нас, чтобы открыть и придержать дверь, пропуская меня и Улю внутрь.

— Нам нужен самый красивый шар! — важно заявила дочка. Я думала она ещё и ногой топнет сейчас, чтобы продавец наверняка понял, серьёзность требования.

— В пределах пяти тысяч. — спешу добавить.

— Рита! — возмущается мужчина за моей спиной.

— Что? Вот сейчас выберет этот юный ценитель красоты шар тысяч за пятнадцать, так я его в руки буду бояться взять не то что на ёлку, которая стоила дешевле, вешать!

Вадим, прищурив глаза, сверлил меня взглядом, но в этом вопросе я не собиралась уступать. Поэтому лишь вопросительно приподняла бровь. На что этот наглец ухмыльнулся и кивнул. Мол, согласен. Ага, попробовал бы не согласиться!

Девушка-консультант кивает и начинает показывать варианты, но ей ведь никто не обещал, что будет легко. Уля тщательно рассматривала каждый вариант, и все они не подходили. Не тот цвет, размер или рисунок. Не та форма или неправильно лежит в руке. А ещё убийственный аргумент: “скучный”.

В нашем районе продавец был терпеливее, а тут девушка уже начинает нервничать, улыбка с лица пропала, а раздражение, наоборот, появилось. И вот, понимаю её: пришёл тут ребёнок, носом вертит, а сумму потратить готовы маленькую. Но с другой стороны, это её работа! Поэтому показывать недовольство в сторону моего ребёнка не надо. Так что, чем недоброжелательнее становилась эта барышня, тем злее была я.

Вадим приобнял меня за плечи и, наклонившись к уху, прошептал:

— Цветочек, не нервничай так, главное, смотри, какая Ульяшка счастливая. Сейчас помогу ей определиться и уедем отсюда, и ты больше никогда не увидишь эту девицу.

Мужчина отстранился и пошёл к дочери.

— Ульяш, а какой шар мы ищем?

— Волшебный! Вот повешу его на ёлку, и все мои желания сбудутся.

— А что ты загадала? Расскажешь на ушко по секрету?

Уля задумалась, а потом кивнула. Вадим присел на корточки, моя девочка тут же подошла к нему ближе и обняв за шею, что-то начала шептать на ухо. Мужчина обнимал её в ответ, с серьёзным лицом слушал и периодически кивал.

— Я всё понял и обязательно помогу тебе. Давай выбирать ёлочную игрушку.

Теперь два знатока красоты расхаживали вдоль витрин.

— Ульчонок, смотри, а может, вместо шара возьмём этот набор. — с восторгом говорит мужчина, а его глаза блестят азартом.

Мне даже стало интересно, что за набор там такой, что мужчина вчера, называвший всё это ерундой, сегодня так резко поменял мнение, и как мальчишка смотрит на витрину. Оказывается, это были советские игрушки: шишки, фигуристые сосульки, ракета с яркой надписью “СССР”, пузатый снегирь на прищепке, маленькие шарики с нарисованными цветками.

— Ульяш, как тебе? — с придыханием спросил мужчина, — у нас с твоей мамой такие в детстве были.

— Знаю, у бабушки есть такие. — скучающим голосом ответила дочь. Не оценила она ностальгию Вадима от слова: “совсем”.

— Не нравится? — разочарованно спросил он.

Дочка пожала плечами и дипломатично заявила:

— Ну, не то чтобы не нравится, но желания моё точно не исполнится.

Вадим заметно погрустнел, а я не удержалась и тихо, чтобы никто больше не услышал, предложила:

— Конфетку дать, в качестве утешения.

— Шоколадную? — улыбаясь спросил мужчина.

— Не-а, леденец, конечно же.

— Не пойдёт, но вот можно ещё поцеловать, говорят, поцелуи тоже хорошо утешают.

Невыносимый! Какой же он невыносимый мужчина! Чтобы я ещё раз с ним заговорила!

Влад тихо рассмеялся и снова подошёл к Уле, которая стояла как приклеенная около соседней витрины.

— Ульяш, что-то понравилось?

И дочка, не отрывая взгляда, закивала часто-часто, а потом робко показала пальчиком на что-то. Мы с девушкой-консультантом подходим одновременно.

— Мам, можно? — робко спрашивает дочка, не отводя заворожённого взгляда от изящной фигурки балерины.

Утончённые ножки: одна прямая, другая отведена назад. Тонкие ручки, раскинутые в разные стороны. Голова гордо поднята вверх.

Я никогда не видела такой красоты!

Фигурка выглядела как живая: прорисована каждая волосинка в строгом пучке на затылке, все складки на пышной юбке, умиротворённое выражение лица.

Я так же, как и дочка застыла, разглядывая эту красоту. Вадим окинул нас довольным взглядом.