Чтение онлайн

— Кардинально… — мотнул головой Крючков.

— И самое главное — вполне правдоподобно, — вздохнул генсек. — Что будем делать с молодой революционеркой?

— Официально нам ничего делать нельзя, — покачал головой Громыко. — Мы должны быть чистыми… чтобы нигде никак не запятнать себя… тогда это будет торжеством социализма. Мы победили, а они проиграли.

— То есть мы поддержим эту авантюру? — деланно удивился глава КГБ.

— А у вас есть другие варианты? — поднял брови домиком глава МИД. — В кои-то веки нам предложен реальный выход из положения… Это противостояние уже в печёнках сидит…

— Владимир Александрович, давай-ка озадачь СВР, — отдал распоряжение генсек. — Пусть напрягутся и найдут лояльных нам исламистов, способных осуществить такую операцию. До 11-го апреля ещё есть время. Ирина Сергеевна, какая сумма у вас есть в наличии?

— Уже около триллиона, — усмехнулась она.

— Но откуда?

— Так я же из потомков… зная определённое количество котировок из будущего, нетрудно сыграть на бирже… И Сэм понимает, что эти деньги нужны «Прометей инкорпорейтед» для какого-то глобального проекта. Мы же не собираемся ему открывать карты, поэтому используем американца втёмную.

— Жестоко, — снова мотнул головой Крючков.

— А чего ему ещё нужно? Счёт в банке у него уже хороший, потом доброжелательное общение и отношение от компаньонов… про уважение среди граждан в Огайо я вообще уже не говорю…

— Константин в курсе этой операции? — вдруг спросил Андропов.

— Нет. Международные отношения он отдал мне на откуп, типа я в них больше понимаю… Он же технарь, а я финансист. Вот и вся разница.

— Вы сумеете набрать нужную сумму или нам помочь?

— Нет. Вас нельзя привлекать к этой операции, — она решительно мотнула головой. — Тут Андрей Андреевич абсолютно прав. Я, в крайнем случае, возьму кредит. Отдавать же потом долларами? А с какой котировкой в договоре не будет обговорено — только фактическая сумма, плюс фиксированный процент. Возьмём триллион, а отдадим, скажем, десять тысяч по новой котировке, — усмехнулась она. — Но в целом по договору сумма сойдётся.

— А ведь она права… — после недолгого раздумья сказал Громыко. — И не подкопаешься, с точки зрения международной юриспруденции, ибо все финансовые риски берёт на себя банковская сфера. Да, товарищ Шмелёва, вы ещё та акула капитализма. Я бы тоже с удовольствием взял вас к себе на работу.

— Мне и в Рябиновске хорошо, — улыбнулась Шмелёва. — Андрей Андреевич, как бы устроить валютную интервенцию доллару?

— В каком смысле? — не понял тот.

— Как только настанет дефолт американского доллара, я хочу нивелировать проблемы у Сэма Джонсона. Вбросим ему нашу валюту… я тут подсчитала… нужно пятьдесят девять миллионов советских рублей. Желательно мелкими купюрами.

— Как собираетесь их транспортировать? — С серьёзным видом спросил Андропов.

— В рамках поставки очередных товаров, — усмехнулась она. — На американской таможне уже перестали просматривать грузы для «Феникс индастриз». А с Сэмом я сама поговорю.

— Рискованно… — мотнул головой Крючков.

— Джонсон уже только что не молится на меня. И будет просьба ко всем вам, — Ира слегка покраснела.

— Какая? — спросил генсек.

— Если всё произойдёт штатно, после операции я хочу взять долгосрочный отпуск.

— Для чего?

— Мы с мужем хотим иметь полноценную семью… чтобы детишки в доме играли-бегали.

— Ну, такому пожеланию мы всегда пойдём навстречу, — улыбнулся Андропов.

5 марта 1984 года. г. Москва. ГКТР. Три часа пополудни

Ксения Рокотова и Ольга Волкова приехали к зданию ГКТР на чёрной «Волге». Ещё в пятницу, после вброса информации о новых вакансиях в «Рябиновскфильме», сделанных Лапиным в кулуарах своего ведомства и сдобренных телефонными звонками по киностудиям и институтам кинематографии Москвы и Ленинграда, сделали своё дело. За выходные количество резюме, поданных Сергею Георгиевичу, уже исчислялось тысячами. Все мало-мальски опытные монтажёры, операторы и художники по костюмам уже спали и видели попасть на собеседование. Главы известных киностудий понимали, что их сейчас будут бессовестно обкрадывать, но магически значимая фамилия главы ГКТР спускала на нет все их возражения.

К моменту приезда гостей из Рябиновска ажиотаж достиг своего апогея. Даже сам Сергей Георгиевич вышел встречать дорогих гостей.

— С приездом! — Лапин галантно поцеловал поочерёдно ручку Ксении и Ольге. — Как доехали?

— Замечательно, — улыбнулась Рокотова. — Настроение, несмотря на долгую дорогу, бодрое. Думаю, первые кандидатуры рассмотрим сегодня. Сергей Георгиевич, у меня есть презент лично для вас.

— Презент? — удивился он. — Не ожидал…

Ксения аккуратно раскрыла свой чёрный лаковый ридикюль и извлекла оттуда белую коробочку.

— Это вам, товарищ Лапин, — Сергей Георгиевич не утерпел и, взяв коробочку в руки, открыл её.

— Что это, Ксения Юрьевна?

— Ваш персональный телефон. Насколько меня уведомили, работает даже с городской АТС… то есть вы сможете звонить любому абоненту Советского Союза… как и они вам, естественно, если будут знать номер.

— Это вообще… — мотнул он головой. — Такой подарок, что слов нет… не только удивили, но и ошеломили меня…

— Мы с вами команда? — деланно нахмурилась она.

— Конечно!

— Значит, люди в одной команде работают оперативно. У меня тоже есть такой, так что в любой экстренной ситуации вы сможете дозвониться и решить какой-то злободневный вопрос. Даже в выходной!

— О, как! — мотнул он головой. — Тогда я ещё подумаю, кому давать номер, а кто и перебьётся! — захохотал он.

— Всё в ваших руках, — кивнула Ксения.

— Тогда алаверды за мной — тут недалеко есть очень приличное кафе… хорошая кухня, а вы с дороги… давайте, не сопротивляйтесь! — подмигнул он.

Кухня в кафе была и вправду очень приличной. Заодно Рокотова и Лапин предварительно определились с теми, кто по мнению Сергея Георгиевича достоин пристального внимания со стороны рябиновцев. Ну и Ксения сразу сразила наповал тем, что принятые на работу сотрудники компании сразу обеспечиваются личными квартирами.

Уже выходя из кафе, Рокотова столкнулась с девушкой, чей профиль мельком напомнил подругу из МГУ, но не заострила на этом внимание и пошла было мимо, а вот та сразу её узнала.

— Ксюша! — Ксения удивлённо обернулась и радостно изумилась — перед ней действительно стояла Виктория Шумская.

— Вика! Сколько зим, сколько лет! Ты как здесь оказалась?

— Понимаешь… прошёл слух, что в «Рябиновскфильме» будут набирать художников по костюмам… А это моё, можно сказать, профессиональное хобби…

— Я помню, как ты занималась моделированием своих платьев, — кивнула Рокотова.

— Вот! Хоть кто-то помнит! Ну и решила взять с собой несколько эскизов… вдруг заинтересуются…