Чтение онлайн

— Твои купальники в безопасности! — смеюсь я ей в ответ, приваливаюсь спиной к холодной каменной стене вокзала и закрываю глаза.

Скоро я увижу море.

Заслужила. И заработала, буквально заработала. Бессонными ночами за написанием статей, почти дотянувших меня до топа исполнителей на фриланс-бирже. Выходными на ногах в футболке промоутера, раздавая листовки и завлекая прохожих на уникальные скидки на что-то там ненужное или дегустацию колбасы. Свободными минутами в библиотеке, готовясь к семинарам и экзаменам и снова выходя на повышенную стипендию. Нервы к концу третьего курса стали ни к чёрту, но я научилась бороться со стрессом сигаретами и выгрызла-таки себе каникулы. Неделя в Сочи с Сонькой, которая добавила к моим гонорарам денежный подарок от родителей на свой день рождения, и мы купили билеты на поезд. На комнатушку у какой-нибудь приморской бабульки и местные помидоры — такие, чтобы лопались от укусов, разбрызгивая приторный сок по одежде — тоже осталось.

Матвей рыпнулся было с нами, но мы настояли на формате «только девочки», и он не успел обидеться, потому что батя подарил-таки ему свою старую «четвёрку» с условием обязательных огородных работ до конца лета, и Матвей никогда раньше так не радовался поливке и прополке.

Обещанный поезд номер кыр-пыр-фыр всё-таки прибывает, из него стройными колоннами вываливаются люди и начинают двигаться по платформе в разные стороны. Кто-то бежит через пустой путь за водой и пирожками, кто-то тащит сумки в подземный переход, кто-то просто разминает ноги. Я достаю из кармана сигареты, прикуриваю и принимаюсь разглядывать пассажиров.

Вот женщина выволакивает из вагона огромный чемодан и двоих детей. Ей навстречу несётся маленькая старушка в соломенной шляпке, набрасывается с объятиями и поцелуями, протягивает стаканчики с подтаявшим мороженым. Наверняка бабушка, к которой привезли внуков на каникулы, и она прямо сейчас готова избаловать их своей безграничной бабушкиной любовью.

Вот длинноногая дева в светлом сарафанчике. На лице макияж, волосы завиты в аккуратные локоны. Оглядывается по сторонам, высматривает кого-то в толпе. Приехала к жениху, иначе как объяснить столь неподобающий душному поезду вид. Надеюсь, он её встретит. Надеюсь, у неё всё будет хорошо.

А вот два парня в военной форме вышагивают по платформе. Один короткий и страшненький, второй высокий, подтянутый, смуглый, темноволосый, кареглазый — невероятно хорош собой. Не представляю, куда они идут, но хоть бы ко мне.

Проходя мимо, один из них и впрямь сбавляет шаг. Жаль, что короткий и страшненький.

— Девушка, зажигалкой угостите? — говорит он, доставая из-за уха сигарету.

Я ещё секунду провожаю тоскливым взглядом красавца, разочарованно вздыхаю и протягиваю парню затёртый «Крикет».

— Как зовут? — спрашивает он, прикурив.

— На улице не знакомлюсь.

— Так мы же не на улице, а на вокзале, объекте транспортной инфраструктуры федерального значения. Тут можно, — возражает он и широко-широко улыбается в тридцать два зуба.

И я понимаю, что вовсе он не страшненький. Наоборот, даже симпатичный. Подумаешь, что чуть ниже меня. Зато улыбается так, что глаза превращаются в премилые щёлочки, и хочется срочно улыбнуться в ответ.

И я улыбаюсь.

— Уезжаешь куда-то? Или приехала?

— Еду с подружкой на море.

— Классно. А я вот дембельнулся.

— А что не встречает никто?

— Ты вот встречаешь. Мне достаточно.

— Серый! — кричит смуглый красавец, топчущийся на месте метрах в десяти от нас. — Опоздаем!

— Рядовой Никита Серов, — представляется мой улыбчивый собеседник.

— Студентка Ася Романова, — отзываюсь я.

— Когда вернёшься, Ася Романова?

— Через десять дней.

— Понял, — кивает он. — Увидимся.

Я вопросительно трясу головой, но он уже уходит, догоняет своего спутника, а потом оборачивается и ещё раз широко мне улыбается.

И я снова улыбаюсь в ответ.

Уже в поезде я рассказываю Соньке про рядового Никиту Серова, мы обсуждаем его пару минут, смеёмся, а потом я про него напрочь забываю. Потому что море, солнце, пальмы, горячая галька, серпантины на гору Ахун, тысяча часов в сочинском дендрарии, порвавшиеся от долгих прогулок босоножки, спелые фрукты и домашнее вино. И когда мы возвращаемся домой, загорелые и расслабленные, и, позвякивая дешёвыми браслетами из ракушек, складываем перед встречающим нас Матвеем свои сумки, я искренне удивляюсь, заметив на платформе Никиту с большим букетом чайных роз.

Подхожу к нему, окунаю лицо в бархатные лепестки и довольно щурюсь.

— Десять дней было вчера, — говорит он мне, поднимая очки-авиаторы на русый ёжик волос и улыбаясь.

— Я гуманитарий, — признаюсь я, пожимая плечами. — У меня плохо с цифрами.

— А мне пришлось покупать второй букет, потому что первый умер. И ночевать на вокзале.

— Что, ради меня? — ахаю я.

— Ради тебя, — подтверждает он. — И теперь ты должна мне свидание.

— Ладно, — просто соглашаюсь я.

— Ладно, — повторяет он.

В субботу я беру полноценный выходной впервые за две недели и для начала долго-долго сплю. Потом долго-долго валяюсь в ванне, лениво отвечая на Ритины сообщения, можно ли ей запостить в сториз «Пенки» вот это, это и ещё это. И лишь затем вспоминаю, что я не только женщина, но и посудомойка, и принимаюсь намывать скопившиеся в раковине тарелки, а заодно меняю полотенца, протираю пыль, надраиваю сантехнику, убираю в шкаф гроздья одежды с велосипеда в коридоре.

И даже вхожу во вкус — так, что когда через пару часов заканчиваю мыть полы, проползя всю квартиру на коленях, успеваю вспотеть настолько, что сожалею о потраченном времени на утренние водные процедуры, потому как опять надо в душ. Но не складывается: едва я вешаю половую тряпку сушиться, телефон разрывается уведомлениями о заказах на сайте «Трав». Кажется, коллективный разум всё-таки существует, и сегодня он напомнил людям, что Новый год через месяц.

А значит, самое время заказать у меня в качестве корпоративного презента десять кактусов Сан-Педро в форме ёлочки — но у меня их только семь, и я нервничаю. Две красные пуансеттии и одну розовую — а вот такая у меня действительно только одна, и я планировала использовать её для декора «Пенки», чёрт. Три ёлки из суккулентов к двадцатому декабря — у меня есть две, на которых я отрабатывала навык, третью сделаю на грядущем мастер-классе, так что тут повезло, живём. Ну и ещё что-то по мелочам.

Раз уж включила ноутбук, решаю доделать и всякие другие рабочие дела: запросить прайсы на ёлки в кадушках, найти мастерицу по созданию новогодних венков и долго пытать её на тему особенностей национального венкоплетения, набросать черновики будущих постов для соцсетей, обработать фотографии. Одно цепляется за другое, другое за третье — и вот уже поздний вечер воскресенья, а я с одним перерывом на поспать и парой на поесть всё ещё сижу за ноутбуком, отчаянно торгуясь с местной матерью пуансеттий. У неё есть и белые, и кремовые, и пестролистные, и жёлтые, и даже фиолетовые! И они все мне нужны! Жаль только, что выходные как корова языком слизала.