Чтение онлайн

— Два…

А что если покрасить ногти на ногах? Впервые в жизни? Вот Ариадна красит их лет с пяти, а чем Каллиста хуже? Они же так похожи, две сестренки-близняшки, одна из которых вчера виртуозно подставила другую…

— Три!

Одно резкое движение, и Калли уже стоит перед Лукасом Старком, руки которого проворно развязывают узел на «тоге». Льняная измятая ткань падает к ногам, и Калли становится холодно.

— Белое белье, каким бы красивым оно ни было, чрезвычайно скучное зрелище для мужских глаз, — покачал головой Старк. — И есть только один способ сделать его веселее — снять!

Еще одно ловкое движение, и рвется хлипкая застежка бюстгальтера. Крохотная кружевная вещица, изящно спорхнув вниз, ложится поверх соскользнувшего ранее льна.

Руки Старка потянулись к трусикам, но тут Калли вдруг отступила от него со словами:

— У вас слишком холодные руки, мистер Старк.

Наступившая тишина длилась совсем недолго и через мгновение рассыпалась, взорванная громким мужским смехом.

— Бог мой, да штучка-Ариадна вам и в подметки не годится, мисс святая невинность! — Старк несколько раз хлопнул в ладоши. — Я изумлен, покорен, околдован навеки. — Его светлые глаза вспыхнули так ярко, что Калли с трудом подавила в себе желание зажмуриться. — Так и быть, трусики вы снимете сами.

— Я совсем не голодна, мистер Саймон, — вдруг произнесла она, удивляясь самой себе.

Что с ней такое? Она должна кричать и биться, сражаться и кусаться. Как она трепыхалась вчера! В егоруках. А сегодня она стоит перед ним почти голая и, скорее всего, вскоре действительно останется голой, однако даже не трепещет. Ужасный Старк — первый мужчина, взор которого коснулся ее неприкрытого тела. Но стыд и смущение ее не жгут. Она не покраснела и не задохнулась от ужаса, что было бы естественно для любой девушкой, оказавшейся в столь жуткой ситуации. Нет, Калли испытывает только ледяную злость. Только неистовое желание одержать победу в битве с Лукасом Старком.

От этого зависит многое — выйдет она отсюда или нет…

Пронзительные глаза Старка опять вспыхнули. Он сделал к ней шаг и, легонько толкнув, опрокинул на неприбранную кровать.

— Вы меня не боитесь, мисс Саймон? — вкрадчивым шепотом поинтересовался он, склоняясь над распростертой Калли. До нее донеслось теплое мужское дыхание, в котором смешались ментол и запах дорогих сигарет.

— Я вас не знаю, — тихо ответила она упавшим голосом.

— А хотите узнать? — Его губы сложились в улыбку, до того соблазнительную, что ее собственные пересохли.

— Нет…

Старк издал смешок, от которого оголенные нервы Каллисты едва не заискрили. Указательный палец с безупречным маникюром очертил ее обнаженную грудь. Калли слабо дернулась, стискивая зубы.

— Я позабочусь о вашем гардеробе, мисс Саймон, — сказал Лукас, выпрямляясь. — Для меня это станет большим удовольствием.

Он исчез из комнаты.

А Калли продолжала лежать, закрыв глаза. Она только-только стала возвращаться в собственное тело. Оказывается, до этого времени она наблюдала за собой со стороны.

С ней произошла удивительная метаморфоза — ее холодная душа вдруг возгорелась тем синим огнем, что испепелял всегда лишь одну Ариадну.

Разве могло быть иначе: они ведь сестренки-близняшки, одна из которых виртуозно подставила другую…

Через пару минут раздался вежливый стук в дверь — Лукас Старк принес завтрак на подносе, украшенным живым цветком розовой орхидеи.

Калли по-прежнему была не голодна.

День тянулся бесконечно. Он длился и длился и никак не мог кончиться. Часы отсчитывали время неправильно, ибо одна минута равнялась десяти. Тик-так, тик-так. Скопившиеся лишние минуты не давали стрелкам двигаться быстрее.

Калли была заперта. Она не слышала, как повернулся в двери ключ. Это сделал не Лукас. Он просто вышел, а дверь некоторое время была открыта. Калли точно знала это, ибо приоткрывала ее, чтобы выглянуть в коридор и снова укрыться. Она кружила по комнате, а потом вдруг почувствовала, что заперта.

Ее темница находилась на третьем этаже огромной виллы. Сквозь стекло Калли посмотрела вниз.

Высоко.

Выбраться она не сможет. Только если не захочет разбиться насмерть, как героиня какой-нибудь замшелой стариной драмы, предпочитающая бесчестью смерть.

На стене висело ромбовидное зеркало в антикварной серебряной раме. Исследовав в комнате все, что было возможно, Калли принялась придирчиво рассматривать собственное отражение. Зеленые, чуть вытянутые к вискам, большие глаза, иссиня-черные волосы, падающие до талии; очень бледная кожа, не способная ярко розоветь; бледно-коралловые губы — нижняя заметно пухлее и больше верхней; тонкий нос с нежными ноздрями.

Ари выглядит точно также… Где ты сейчас, Ари? Твоя сестра думает о тебе. Почувствовала ли ты это? Калли никогда не забудет, что ты ее сестра. Никогда.

…День внезапно погас. Висевшие на стрелках часов минуты вдруг сорвались и куда-то умчались, и вечер бесшумно вкрался в комнату. Вместе с ним вошли странные молчаливые люди, которые принесли множество коробок, коробочек и шуршащих пакетов.

Затем они исчезли, но появился Лукас Старк. Его белая рубашка, с утра выглядевшая наисвежайшей, сейчас свежесть потеряла: видимо денек выдался не из легких. Старк, прищурившись, смотрел на закутанную в простыню Калли, по-прежнему сидевшую на краешке кровати.

— Не скучали? — осведомился Лукас, проходя к окну.

— Что это? — вместо ответа Каллиста указала рукой на гору коробок.

— Это ваш гардероб, мисс Саймон.

— Гардероб? — Калли изумленно посмотрела на многочисленные коробки. — Зачем так много? Я ведь здесь всего на две недели.

— Я не уверен… — на губах Старка обрисовалась выразительная усмешка, приоткрывшая зубы хищника, — …в вашей сестре.

Калли тоже была не уверена… в своей сестре.

Их взгляды скрестились, вонзившись в противника с одинаковой убийственной силой. Каллиста ощутила желание запустить в Старка вазу с ирисами. Но передумала. В конце концов, цветы не виноваты в том, что мистер Старк такой мерзавец. С красивыми светлыми глазами…

— Я ужасно голоден, поэтому попрошу, мисс Саймон, поторопиться с выбором наряда для ужина, — произнес после затянувшейся паузы Лукас. — Оденьтесь по-вечернему. И спускайтесь в столовую. Туфли я вам не приобрел, потому что нет ничего соблазнительнее, чем босая женщина в роскошном платье…

Калли не успела ему ответить. Оставшись одна, девушка некоторое время смотрела на коробки, не решаясь приблизиться к ним, а после, вздохнув, решительно взялась за первую. Там оказалась одно из вечерних платьев, изумрудно-зеленое, шелковое, тон в тон к ее глазам.