Чтение онлайн

– Хорошо. У меня есть номер генерала. До связи…

– До связи…

Едва Давид Вениаминович успел убрать мобильник, как в дверь постучали. Не спрашивая, кто там, Кольчугин, так и не успевший подойти к столу, за которым сидел Сичкарь, сам открыл дверь. Вернулся капитан Молочаев.

– Заходи, – Кольчугину роль швейцара, кажется, понравилась, и он, запустив капитана, плотно прикрыл за ним дверь, не забыв посмотреть в коридор. И увидел там охранника профессора Скипидарова, того самого, что был в баре. Охранник шел к двери профессорского номера, обернулся и увидел Кольчугина, но заводить разговор не стал. Значит, все в порядке, и отдых профессора контролируется, хотя уже в том, что Скипидаров несколько минут оставался без присмотра, есть существенный прокол.

– Докладывай, – потребовал Давид Вениаминович у капитана.

– Мы присмотрели за Мартинесом, товарищ подполковник.

– И что?

– Мартинес с дистанции наблюдал за профессором Скипидаровым и его крупнокалиберной подругой…

– Рабочий псевдоним подруги – «боевой экскаватор». Это так выразился полковник Мартинес. Точно заметил, надо сказать. Бьет, как экскаватор ковшом, только с дополнительной скоростью.

– Так вот, «боевой экскаватор» отвела или отнесла, не знаю уж, что точнее, профессора в его номер. Мартинес наблюдал за ними, сидя на скамейке. И видел, как «боевой экскаватор» покинула профессора и ушла в свой номер. Живет она в соседнем корпусе на втором этаже, окна с торца здания. Не знаю, насколько полковника обидел несостоявшийся акт прелюбодеяния, своей реакции публично он никак не продемонстрировал, хотя как американца это его могло смутить, поскольку американцы слегка помешаны на сексе. Но его отвлек телефонный звонок, видимо, очень важный. Старший лейтенант Старобубнов, пользуясь тем, что полковник еще не успел познакомиться с его кулаком и даже не представился, прогулялся рядом со скамейкой как раз в момент, когда Мартинес разговаривал. Серафим Иванович говорит, что выглядел Мартинес очень обеспокоенно. Однако единственное, что удалось услышать явственно: «Сейчас буду у вас. Поищите ноутбук. Может, лежит где-то. Это очень важно».

– Хороший слух у Серафима Ивановича. И память хорошая. Слово в слово запомнил, – сказал старший лейтенант Сичкарь. – Единственная претензия, не переданы интонации беспокойства. А они в словах звучали отчетливо.

– Слышали? – спросил Молочаев.

– Записывали, чтобы не забыть.

– Дальше, – потребовал Кольчугин.

– Дальше все было проще. Полковник Мартинес взял такси и поехал в сторону верхней поляны.

– Старший лейтенант Старобубнов…

– У него приятель здесь есть. Из местных. На базе в столовой работает. Серафим Иванович попросил у него машину и поехал следом. Я побежал с докладом. Старобубнов ждет моего звонка с приказом о дальнейших действиях.

– Звони. Пусть проедет мимо, рассмотрит, за городком развернется и возвратится сюда. Расскажет нам, что увидел.

Капитан Молочаев вытащил мобильник…

Старший лейтенант Старобубнов вернулся через час с небольшим. Когда Серафим Иванович вошел в номер Сичкаря, Кольчугин плотно закрыл за ним дверь.

– Рассказывай, – поторопил Молочаев.

Кольчугин молча ждал доклада.

– Сам я практически ничего не видел. Но по дороге мне таксист встретился, который отвозил полковника Мартинеса. Я фарами посигналил, остановился, и он остановился. Поговорили. Короче говоря, дело обстоит так. Повез он Мартинеса. За последним поворотом дороги стоят двое, третий лежит на дороге. Мартинес велел остановиться возле них и вышел из машины. Вышел посмотреть и таксист, но было темно, и что-то рассмотреть было трудно. Таксист поинтересовался, не машиной ли сбило человека. Ему ответили, что танком. Сказали с таким недовольством, что таксист не решился на дальнейшие вопросы и отправился назад, в Сочи. Я записал номер, данные и телефонный номер таксиста. Если возникнет необходимость, он может выступить свидетелем. Он сам подозревает, что те двое, что стояли на дороге, убили третьего. Следы от побоев были на всех трех лицах. Но его предположения меня интересовали мало, и я сам поехал туда. Полковника Мартинеса с двумя побитыми парнями догнал уже у поворота к туристическому городку. Проехал мимо, дал им дойти до городка, а потом уже развернулся и в обратную сторону отправился. У меня все. Машина нам может понадобиться или отдать хозяину? У меня ведь даже доверенности нет. Только документы на машину.

– Отдавай, – решил Кольчугин. – У нас пока все равно тихо.

Серафим Иванович развернулся, как в строю по команде «кругом», и вышел.

А Давиду Вениаминовичу опять пришлось идти в свой номер, потому что Валдай снова лаял. И этот лай начинал уже всерьез беспокоить. Не тот пес Валдай, что будет лаять без причины. Заодно остановился под дверью профессора и прислушался. За дверью было тихо, даже храпа и сопения пьяного Скипидарова слышно не было.

Когда Кольчугин, успокоив собаку, вернулся в комнату к Сичкарю, тот сразу сообщил:

– Какое-то действие пошло, товарищ подполковник. Нам только две их sim-карты известны. Оба их обладателя покинули пределы туристического городка. Уходят в сторону гор. Но я не думаю, что Мартинес пошел погулять вдвоем с Бексолтаном. Предполагаю, они выходят всей группой.

– В сторону гор? – переспросил Давид Вениаминович.

– Точнее, в сторону трассы для начинающих.

– Понятно. Ночное катание – романтично, что ни говори, особенно если каким-то невероятным образом не все шеи себе сломают. Будет о чем в Мексике порассказать. В Мексике снега, наверное, не видят. Работаем! Молочаев, как вернется Серафим Иванович, переодевайтесь и вооружайтесь. Будьте готовы к выходу в горы. Лыжи, естественно, с собой. Старший лейтенант Сичкарь, ты в состоянии работать в походном режиме? Техника твоя это позволяет?

– В течение десяти часов на основном аккумуляторе, еще столько же на запасном. Но работать лучше на привалах, а не на ходу. Это продлит время работы и сделает связь устойчивой.

– Тоже готовься. Оружие не забудь. Думаю, сгодится. Но наблюдение пока не прекращай…

Полковник Мартинес умел, когда требовалось, становиться вдруг бодрым и легким, независимо от того, насколько он выспался или насколько устал. Это была не врожденная черта характера, как у некоторых людей, а воспитанный и закаленный навык профессионала. В данной ситуации подать группе пример своим бодрым духом мог только он один, и он взял на себя эту миссию. И даже шаг свой старался делать таким, словно он вообще не понимает, о чем идет речь, если кто-то рядом заговорит об усталости.

Группа вышла из корпуса под удивленным взглядом дежурного администратора. Время было такое, что в горах, на лыжной трассе делать было нечего, если нет великого желания упасть и сломать себе шею. Но курсанты шли целенаправленно к выходу и на администратора не обращали внимания. Последним выходил Мартинес, и дежурная сделала ему знак рукой, словно просила задержаться. Полковник остановился.

– Извините, господин Мартинес, – сказала дежурная, – я бы на вашем месте не стала иметь дело с этими парнями, – она кивнула на уже закрывшуюся дверь.

– Почему? – не понял Мартинес. – Они хорошие ребята.

– Вы иностранец и наших дел не знаете, – серьезным шепотом сказала немолодая женщина. – Они же все кавказцы. Осторожнее с ними.

– Спасибо, – улыбнулся Мартинес.

– А куда это вы в такую рань все собрались? – все же задала дежурная вопрос, который ее волновал.

– Сейчас за нами приедет автобус. Повезут на другую трассу покататься. Вчера договорились.

– Осторожнее… – еще раз предупредила дежурная.

Мартинес ответил самодовольной и глупой улыбкой, хорошо зная, что такая мина людей не обижает и только вызывает у собеседника сожаление и даже какое-то ощущение собственного превосходства. Пусть женщина чувствует свое превосходство. Это уже само по себе значит, что она не станет сразу «стучать», что ночью куда-то отправилась компания подозрительных людей. Если спросят после, пусть отвечает, это уже не будет волновать Мартинеса.

Группа дожидалась полковника перед входом. Но повел ее Мартинес не в сторону склона, а в сторону дороги. Уверен был, что дежурная стоит за темным стеклом и провожает их взглядом. Пусть думает, что и правда они куда-то уезжают и вышли встречать автобус. Впрочем, обход был совершен небольшой, к тому же обходили не по сугробам, а по асфальтированной дорожке. А потом пошли по хорошо утоптанной тропе в сторону трассы для начинающих. Добравшись в темноте почти до верхней точки, Мартинес, всегда прекрасно ориентирующийся даже в темноте, отдал приказ:

– На лыжи…

До тайника в скале предстоял простой спуск, хотя в той густой темноте, что стояла в горах из-за туч, даже простой спуск мог доставить сложности. И потому полковник не намеревался спускаться на высокой скорости.

– Сколько их там человек, интересно? – спросил Давид Вениаминович, всматриваясь в монитор, где по-прежнему накладывались на спутниковую карту только две светящиеся точки – sim-карты полковника Мартинеса и Бексолтана. – Можно проверить? Я пусть и говорю, что мне интересно, но, думаю, нам предстоит вступать с ними в бой. И потому мое любопытство практического характера. Как узнать?