Чтение онлайн

Сначала это казалось ему слабостью, с которой он не мог справиться. Но затем ему пришла в голову утешительная мысль о том, что эти импульсы – тоже свидетельство его божественного предназначения. Ведь, как и каждому воплощённому божеству, и ему должны были приноситься жертвы.

В такие моменты он вызывал к себе Гиммлера и своих астрологов и после «математического совещания», как он это называл, назначал количество внеплановых ликвидаций в концлагерях.

–Вы отметились очередной бестактностью, Гальдер! – сказал Гитлер, чуть повышая голос. – Вы должны брать пример с генерала Хота! Никакой пощады врагу! Никогда! Больше жестокости, генерал! Мы, избранный народ, исполняющий божественное предназначенье. Уничтожая непокорных Германии, мы выполняем волю высшей силы!

Гитлер окинул собравшихся быстрым взглядом. Лица присутствующих выражали полное согласие с его словами. Фюреру этого было достаточно, так как на искреннее единомыслие с ним большинства генералов Генштаба он давно уже не рассчитывал. Так, Гитлеру были известны от Гимлера некоторые их частные разговоры, в которых осуждалась чрезмерная жестокость солдат Вермахта к населению завоёванных территорий. Кое-кто даже допустил презрительные высказывания в адрес бывшего командующего 17-й армии Хота, который в 1941 году подписал приказ для своих офицеров, согласно которому, «здравое чувство мести и отвращения ко всему русскому должно не подавляться у солдат, а напротив, всячески поощряться». Узнав об этом, фюрер воскликнул тогда: «Молодец Хот!» и приказал министру пропаганды Геббельсу сообщить об этом всему народу.

Несмотря на выволочку Гальдеру, Гитлер, считавший его высоким профессионалом в деле военного планирования, дал ему возможность сделать доклад.

Открыв папку, полную бумаг, генерал своим обычным скучным тоном принялся излагать пункты плана «Блау». Как всегда его доклад был чётким и логичным.

«Блау-1» – первый этап операции «Блау», который должен был начаться 27 июля, заключался в наступлении войск левого фланга группы армий «ЮГ» генерал-фельдмаршала фон Бока с целью захвата Воронежа и взятия под контроль средней части реки Дон. Задачи этапа «Блау-1» поручались наступавшим из района Курска немецким 4-й танковой и 2-й полевой армиям и 2-й венгерской армии. Эта часть группы «Юг» получила наименование группа «Вехйс», так как её было поручено возглавить командующему 2-й полевой армией генерал-полковнику фон Вейхсу. Авангардом и главной ударной силой операции «Блау-1» являлась 4-я танковая армия генерал-полковника Гота.

Город Воронеж, в рамках общей операции «Блау», должен был стать опорным пунктом фронтового прикрытия войск правого крыла группы «Юг», которым предстояло осуществить следующий этап наступления – операцию «Блау-2». Основой этой группы была 6-я полевая армия генерала Паулюса, которую поддерживали 8-я итальянская и 3-я румынская армии. Группа выдвигалась из района Харькова в направлении Острогожска, а затем – Сталинграда.

Что касается этапа «Блау 3», целью которого является захват Кавказа, его проведёт группа генерал-фельдмаршала Листа, состоящая из немецких 1-й танковой и 17-й полевой армий. После взятия Сталинграда и установления контроля над перевозками по реке Волга, в подкрепление группы Листа должны быть отправлены танковые части, подчинённые генералу Паулюсу.

Подготовка к началу операции «Блау» завершена. В район Курска, уже выдвинуты шесть немецких дивизий, переброшенных на советско–германский фронт с запада: 323-я, 377-я, 383-я и 387-я пехотные дивизии, 24-я танковая дивизия, моторизованная дивизия «Великая Германия», а также 2-я венгерская армия. Сюда в ближайшие дни будут переведены из группы армий «Центр» 11-я и 9-я танковые дивизии и 3-я моторизованная дивизия.

В район же Харькова переброшены с запада 23-я танковая и шесть пехотных дивизий – 305-я, 336-я, 370-я, 376-я, 384-я и 389-я, а из группы армий «Центр» – 29-я моторизованная дивизия.

Динамика начала операций «Блау-1» и «Блау-2» заключалась в нанесении двух ударов по частично сходящимся направлениям, в результате чего должны были быть в течение трёх недель окружены и разгромлены советские войска на воронежском направлении, взят город Воронеж, и к югу от него, на протяжённом участке Дона – до Новой Калитвы захвачены плацдармы. Это обеспечит поворот танковых дивизий группы «Вейх» на юг и присоединение их к войскам генерала Паулюса.

План был прекрасен. Гитлер едва удержался от радостного восклицания. Но остальные участники совещания, увидел довольную гримасу на его лице, дружно зааплодировали.

–Вот видите, Гальдер, теперь вы и сами понимаете, что ошибались, когда ранее предлагали мне немедленно повторить наступление на Москву! Захват средней части Дона, а затем Сталинграда и Кавказа являются гарантией успеха последующего наступления на Москву. После их захвата, мы именно из района Воронежа нанесём сокрушительный удар в северном направлении. А те войска, которые сейчас находятся у Смоленска, эффективно поддержат этот удар. Стратегическая инициатива есть и будет в наших руках!

–Мои данные свидетельствуют, что русские не смогут быстро создать против 4-я танковой армии концентрированный кулак, – доложил Канарис. – К тому же большая часть их авиации сосредоточена на аэродромах в отдалении от линии Курск – Воронеж. Все сообщения наших резидентов в тылу противника однозначно свидетельствуют, что русские не смогут противостоять удару на Воронеж.

–План «Блау» несомненен, мой фюрер! – вставил Кейтель. – Советский Союз будет, фактически, обескровлен и сломлен, когда мы возьмём под контроль Волгу и Дон и захватим Кавказ.

Насчёт возможности полностью обескровить Красную Армию в результате операции «Блау» Кейтель солгал, и Гитлер это знал. Он был прекрасно осведомлен о конфликте в разведывательном отделе Генерального штаба. Часть генералов даже приняли решение подать фюреру докладную записку, в которой утверждалось, что без взятия Москвы и всех городов на северо-западе России немецкие войска не смогут ослабить Красную Армию до такой степени, чтобы наступил её военный крах. Гальдер лично остановил эту фронду, порвав докладную записку, однако, разделяя мнение сторонников нового наступления на Москву, он не раз отстаивал эту идею в разговорах с фюрером.

–Мне нужна нефть Кавказа и Волги! – бросил Гитлер, внимательно наблюдая за спокойным лицом Гальдера. – Я неоднократно говорил об этом и повторил её первого июня на совещании в штабе группы армий «Юг» в Полтаве. Районы добычи и транспортировки нефти жизненно необходимы русским. Лишившись их, они лишаться и своей промышленности. Она попросту встанет, и нам не потребуются затем слишком большие усилия, чтобы истребить их армии, оставшиеся без танков и транспорта. Операция «Блау» – смертельный удар по Советскому Союзу. Когда мы её завершим, Сталина некому будет защищать. Мы посадим его в клетку и выставим на всеобщее обозрение в Берлинском зоопарке! Что скажете, Гелен?

–Русские не готовы к нашему удару на Воронеж, – ответил полковник Гелен, стараясь придать живость своему взгляду. – Они как раз и ожидают нашего удара на Москву.

В этот момент Гелен искоса посмотрел на Гальдера. Игра взглядов продолжалась. Гитлеру показалось, что на лице полковника мелькнуло остерегающее выражение.

–Мы пытаемся точно определить вражескую группировку перед Москвой, – продолжил Гелен. – В обеспечение операции «Блау» Генеральный штаб выполняет большую работу по дезинформации русских о предстоящем наступлении на Москву. В том направлении отправляется много порожних воинских эшелонов, в немецких радиосетях допускается ведение в открытую разговоров о планах этой мнимой операции. Есть, правда, сведения о том, что русские намереваются и сами атаковать нас на центральном участке фронта. Но это не может произойти ранее 27 июня.

–Генерал Йодль 10 мая высказывал опасения, что русские могут нанести удар на севере, сразу же после того, как узнают, что немецкие танковые части будут отправлены на юг.

Эти слова Гальдера вмиг обрушили настроение фюрера. В зале совещания установилась тишина. Все ждали, гневной реакции фюрера, которая могла выразиться и в немедленной отставке начальника Генерального штаба сухопутных войск.

–Извините, мой фюрер, но вы должны знать, – хладнокровно продолжил Гальдер. – Задержка с захватом Москвы, то есть с разрушением единого управления Россией, может быть очень опасна для Германии, даже если будут захвачены нефтяные месторождения юга. Генеральный штаб располагает множеством свидетельств с фронтов о том, что эти гунны готовы воевать с нами даже голыми руками. А в наших войсках после потерь в зимних боях уже слишком много слабо обученных новобранцев. Не хватает и техники, в том числе танков. По расчёту Генерального штаба, чтобы окончательно разгромить все оставшиеся у русских войска, мы должны довести количество наших танков на русском фронте хотя бы до уровня 1941 года – то есть до трёх тысяч единиц. И, главное, необходимо быстрее восполнять недостаток танковых и иных снарядов, расходуемых в боях.