Чтение онлайн

Гера отдала ему сигарету и, спрыгнув со стола, хмуро склонилась над рассыпанными фотографиями.

– Почему я их не видела? – требовательно спросила она, разом выдохнув весь выпитый ею алкоголь.

– Шшш… Ччч… Что? – не поняла Татьяна Сергеевна, глядя откровенно сквозь чародейку.

Гера не стала ничего объяснять и чарами вскрыла все морозильные камеры. Две из них содержали нужные ей трупы, и она по очереди осмотрела их.

– Твою ж… мать! – выругалась она.

Спертый воздух 311-го кабинета, за окном которого было утро, вяло вращался вокруг полковника Звягинцева, теребившего свой галстук с таким видом, будто никак не мог решить – снять его или же задушиться им.

Новости, принесенные чародейкой, застали его у туалета, где он собирался уединиться со свеженькой газеткой, и по мере ее рассказа, а также страшного перегара его рыжие усы кисли буквально на глазах.

– Значит так… – наконец выдохнул полковник, заставив тем самым свои усы подпрыгнуть. – Десять… Двадцать раз все проверить и перепроверить, и пока убедительные доказательства не лягут мне на стол в красивой папочке, чтобы я не слышал про серийного убийцу. Всем ясно?

– А если он убьет снова? – из-под низко опущенной шляпы спросила чародейка.

Пальцы полковника особенно сильно впились в узел галстука, а глаза выдавились из орбит, давая понять, что Гере лучше было держать свой перегар при себе.

Так и не ответив, полковник кинул взгляд на Литвинова, эффектно стоявшего возле окна, и поспешил удалиться из кабинета, не забыв при этом хлопнуть дверью, ознаменовав таким образом начало еще одного х*евого дня.

Гера, в голове которой и так гремело и бахало, причем, за двоих (за себя и за Антона), поморщилась из-под шляпы.

– Ну, что? – Литвинов вытащил руки из карманов и с мрачным видом закурил. – Довольны, что накаркали? – Он выпустил дым через нос, по очереди одарив тяжелым взглядом чародеев.

– Каркают вороны, Олежа, – с некой строгостью в голосе возразил Вик, – а у нас теперь есть факты.

В отличие от Геры, мучившейся мигренью со вчерашнего дня, старый чародей был в норме, хотя и просидел с ней и Антоном практически до рассвета, разбирая так неожиданно всплывшие детали двух убийств.

– Ну и где эти факты были раньше? – поинтересовался Литвинов, саркастично изогнув брови.

– Спроси в морге, – хмуро ответил ему Антон. – Это их вина, что мы не получили вовремя…

– А я спрошу! – повысив голос, перебил его Литвинов. – Я…

– Олег! Ну, хватит! – Чародейка помассировала висок. Литвинов на удивление серьезно воспринял новости про возможного серийного убийцу-чародея, в смысле, без матов и прочего, но его пренеприятнейший тембр голоса просто изводил Геру. – Есть – как есть! Чего уже теперь стонать?!

Тут Литвинов снова удивил чародейку и, отвернувшись к окну, не стал ни стал спорить, ни снова стонать, хотя, откровенно говоря, стонать было из-за чего.

Во-первых, в городе по ходу нарисовался серийник, а во-вторых, отдел мог даже и не узнать об этом до совершения еще одного убийства – предположительно третьего по счету. А все почему? Да все потому, что некая особа, имя которой было Эля, которой было поручено внести все результаты в базу данных, не только не сделала этого, но и не передала их лично в отдел, расследовавший на тот момент два убийства.

Что послужило причиной или же причинами столь безобразной халатности Гера не стала разбираться и еще ночью в достаточно грубой форме попросила Элю, пытавшуюся что-то объяснить сквозь слезы, заткнуть рот, что та и сделала, еще больше заливаясь слезами. Однако факт оставался фактом: три последних убийства явно были связанны. И если первое могло быть случайным или же совершенным в состоянии аффекта, второе – возможным совпадением, то третье… Третье убийство было уже закономерностью, причем спланированной. И все, может, ничего было, если бы не присутствие чар.

– О, Вик! – Гера с чувством обхватила теплую руку старого чародей, заботливо приложенную к ее щеке. – Я говорила, что люблю тебя? – Чары, так мягко проникавшие в чародейку, делали свое дело на "ура", и Гера ощущала, как буквально рождалась заново.

Вообще-то, она и сама уже собиралась сразиться со своим упрямством и самостоятельно прогнать мигрень, заодно поставив мозги на правильную волну, но то как это сделал Вик… Ммм… Красотааа…

Антон, сидевший на подлокотнике дивана, засмеялся. Его Гера еще в морге более менее вправила в рабочее состояние, как и Татьяну Сергеевну. А вот Литвинов, судя по всему, снова ночевавший в кабинете участка, счастливые стоны чародейки вовсе не нашел милыми и, пнув свое дышавшее на ладан кресло, вышел из кабинета.

– Ну и какая муха его на этот раз укусила? – заметил Антон, в принципе не так уж и удивившись поведению майора.

– Кто ж его знает… – пробормотал Вик, встревожено посмотрев на дверь, которой Литвинов хлопнул не хуже полковника.

Гера, из-за мигрени откровенно и постыдно прогавкавшая ауру Литвинова, озадаченно пробежала взглядом стол майора, над которым угасали остатки его непримиримой позиции против всего и всех. Муха, не муха, но все же отчасти недополучение отчетов из морга было и на совести чародейки, слишком положившейся на работу системы.

Благодарно похлопав Вика по руке, Гера отправилась за Литвиновым. Долго искать ей не пришлось: отчаянные звуки, доносившиеся со второго этажа, выдали его местоположение раньше, чем она закрыла за собой дверь кабинета.

Спустившись по лестнице, Гера остановилась у перил и с присущим ей непроницаемым видом стала наблюдать за неравным боем между автоматом с кофе, вооруженным нервоубивающим отверстием для банкнот, и Литвиновым, вооруженным убивающим всех и вся пистолетом.

Последний, к счастью для автомата с кофе, находился в кобуре на плечах, но, к несчастью все для того же автомата, упрямство майора не сдавало свои позиции и при помощи ног пинало устройство.

– Может, тебе помочь? – выбрав удачный момент между пинками, любезно справилась чародейка. В конце концов, ее предложение было обусловлено не только помощью майору, но также и помощью автомату, в котором она сама частенько брала кофе, и, соответственно, который она хотела сохранить.

Литвинов шумно выдохнул и, мотнув блондинистой гривой на кшталт льва, повернулся к чародейке. Мда… В ауре его явно было что-то, кроме злости, вызванной резкой сменой курса расследования, да еще и умноженного на три.

Конечно, по поводу значения некоторых оттенков ауры можно было спорить и спорить, но для Геры, достаточно обтершейся с Литвиновым, чтобы не соблазняться софистикой, было очевидно, что майора выедала не только перспектива охоты на серийного убийцу-чародея.

Литвинов грубо заправил волосы, судя по всему, не имея никакого желания отвечать чародейке и, пнув на последок автомат, молча пошел обратно в кабинет, пиная еще и перила лестницы.

С минуту Гера постояла и, поколдовав над автоматом, тоже вернулась в кабинет с четырьмя стаканчиками кофе. Было бы еще не плохо поесть что-нибудь, но этим уже занимался Антон, оформляя онлайн-заказ доставки еды, в то время как Литвинов в пух и прах разносил по телефону ухо какого-то криминалиста.