Чтение онлайн

— «Красивое тело».

Я была в замешательстве — не могло же это быть новой профессией? Неужели кто-то платил ему за то, что он был красивым мужчиной?

— «Красивое тело» — это центр досуга и тренажерный зал. Я им руковожу. И руковожу успешно, — добавил он робко, словно стеснялся в этом признаться. На его месте Эндрю написал бы эти слова на облаке или вырезал бы на своем лбу.

— О, я знаю. У нас есть такой новый клуб возле церкви.

— У меня не особенно крупный бизнес. Расскажи мне о своей работе. Есть предложения по Хонан Террас?

Я была рада блеснуть своим профессионализмом.

— У меня уже три предложения. Я получила их сегодня одно за другим. Я собиралась вам позвонить узнать, не хотите ли вы тоже предложить свою цену. Вы еще интересуетесь им?

Официант принес капуччино в красивых розовых чашках.

— В данный момент я не знаю. В следующие несколько недель мне предстоят большие расходы — отель, центр досуга, ремонтные работы. Ты понимаешь. Так что мне надо пока подсчитать средства и подождать, — сказал он улыбаясь. И в сотый раз мои внутренности растаяли.

— А Даниэль Хэррис по-прежнему такая же заноза в заду как тогда, когда он был ребенком? — спросил Тони, и я расплескала вино на скатерть.

— Вы его знаете? — выпалила я. — Откуда?

— Я провел большую часть детства в доме Джерома. А он провел свое детство, все время хныкая.

— Он все такой же. Я чуть было не убила его, когда мы осматривали дом.

— А что он сделал со всеми вещами? Его мать собирала антиквариат, насколько я знаю. Странно, что он не устроил аукцион.

— Возможно, он еще устроит. А какие предметы она собирала?

Тони пожал плечами.

— Точно не знаю. Помню только высоких фарфоровых кошек, которые повсюду стояли. Жуткие штуки.

— Shit! — выругалась я.

— Что такое?

— Кошка! Я так и не отдала ее на склад «Шемрок». Shit, shit, shit.

Тони рассмеялся.

— О чем ты?

— Эта проклятая кошка была под лестницей, а глупый Эндрю позвонил мне, и грузчики уехали без нее, так что я положила ее… Кто этот человек, который идет к тебе, Тони? Он выглядит так, словно только что вышел из фильма «Крестный отец».

К нам подошел брюнет небольшого роста. Руфи бы он понравился — прямо-таки двойник Роберто де Ниро.

— Тони! И красивая женщина! Тони, я не видел тебя много недель, а теперь ты приходишь с красивой женщиной. Ты скоро женишься, Тони, да, да, ты женишься, и у тебя будет много хорошеньких бамбино с именами святых. С хорошими ирландско-итальянскими именами, — приговаривал Роберт де Ниро, целуя и тиская Тони.

— Фрэнки Фьорентини! Это Эллен Грейс, она мой друг. Я пока еще не думаю о женитьбе, — рассмеялся Тони, бросив на меня взгляд. Взгляд, который сказал мне, что, возможно, в будущем женитьба на мне по крайней мере не исключается.

Я улыбнулась и позволила Роберту де Ниро поцеловать и обнять себя и быть осыпанной комплиментами.

После ужина Тони отвез меня домой, и я снова еле сдерживалась, чтобы не наброситься на него по дороге. Остановившись возле моего дома, он наклонился и поцеловал меня в щеку. Я держала себя в руках.

— Спокойной ночи, Эллен, я получил большое удовольствие, — проговорил он. В полумраке его глаза сверкали, а ресницы отбрасывали тень на лицо. Любая девушка готова была бы умереть ради таких ресниц.

— Может быть, зайдешь… на чашечку кофе? — пробормотала я.

Он улыбнулся.

— Только на одну, — прошептал он, затем наклонился и поцеловал меня в губы. Долгим, умелым поцелуем, от которого я чуть не потеряла сознание. Он припарковался и вышел.

Я готовила кофе на кухне, пока Тони вытянулся на кушетке. Я ущипнула себя, чтобы убедиться в том, что это не сон и этот потрясающий мужчина действительно находится в моей квартире. Я принесла на подносе две чашки кофе. Он зажег настольную лампу и поставил музыку по стереоприемнику. Марвин Гей пел о любви. Я села рядом с ним на диван, но старалась не дотрагиваться до него. Теперь я знала, насколько опасно было находиться с ним в непосредственной близости.

Джой прыгнул на кушетку и встал между нами, решая, на ком будет удобнее посидеть. Он выбрал Тони, маленький ренегат. Я должна была признать, что у него хороший вкус. Правда, на его месте девять из десяти котов тоже выбрали бы Тони.

— Красивый кот, — сказал Тони, гладя полосатую шерстку Джоя. — Мне нравится его гладить: он такой мягкий и шелковистый.

Гладя кота своими длинными пальцами, он не сводил с меня глаз. Я думала, что закричу от страсти, поэтому нашла пульт и включила телевизор. Джерри Спрингер. Мой Бог, этот человек должен владеть небесами.

Тони рассмеялся и потянулся к пульту, выключив Джерри посреди пения. Он взял кружку из моих рук и поставил на столик позади кушетки. Я сидела, боясь пошевелиться. Я знала, что, если дотронусь до него, я пропала. Что могу опозорив себя, сорвать с него прекрасно скроенный костюм и наброситься на него прямо на полу в моей гостиной.

— Иди сюда, — прошептал он, притягивая меня к себе.

Джой спрыгнул с софы, возмущенный таким поворотом событий. Я позволила Тони заключить себя в объятия и, окутанная запахом его красивого тела, обвила руками его шею и поцеловала. Я была на седьмом небе. Мне все в нем нравилось, и я хотела его — немедленно, на этой кушетке. Я отстранилась и, выпрямившись, сняла платье. Прямо перед ним, можете называть меня бесстыжей. Постояла минутку в моем лучшем черном бюстгалтере и трусиках, чувствуя себя богиней.

— Господи Иисусе, — пробормотал он, начиная скидывать с себя одежду. Я разделась, радуясь тому, что надела лучшее белье от «Брауна Томаса». Он стоял передо мной совершенно нагим, похожий на рекламу собственного клуба: ни капли жира — одни мышцы, и загорелая кожа, и прекрасные пропорции. Мы снова поцеловались, и он провел рукой вверх и вниз по моему позвоночнику. Я схватила его за талию и повалила на кушетку. Встав на колени перед ней, я поцеловала его в губы долгим, страстным поцелуем. Он продолжал водить рукой по моему телу, притягивая к себе.

— Ты уверена… уверена, что хочешь этого? — бормотал он мне в ухо. Я практически сидела на нем голая — как еще я могла подтвердить это? Может быть, он хотел от меня письменного заявления? Но я ничего не сказала, только своим телом просила его поторопиться.

И тут мы услышали невероятно громкий звук, что-то среднее между полицейской сиреной и «скорой помощью».

— Что такое? Что это за шум? — крикнул он, отскакивая от меня.

— Ничего страшного, просто чей-то дверной колокольчик, не обращай внимания, — бормотала я, целуя его в шею. У него была такая сексуальная шея. Мои уши возражали против присутствия этого шума, но мое тело возражало против отсутствия Тони. Он встал и начал искать источник шума. Его тело проявило первые признаки потери интереса к нашей возне на кушетке.