Чтение онлайн

И вновь лейтенант не разозлился. Слушая Шранка, он неспешно ходил вокруг стола, глядя себе под ноги. Под тяжелыми офицерскими ботинками тихо скрипел настил.

– Недурно, унтер. Я бы даже сказал, в риторике вы превзошли самого себя. Не знал, что вы способны произносить столь пламенные речи в защиту своих подчиненных. Но мы здесь, видите ли, не в дискуссионном кружке. И спорить я с вами не стану. Рядовой Хупер будет заниматься своими обязанностями, которые все еще определяю я. Вы желаете оспорить мои полномочия?

Шранк глядел себе под ноги.

– Нет, господин лейтенант, не желаю.

– Тогда вы свободны, унтер.

Шранк молча развернулся к выходу. Он чувствовал себя уставшим и опустошенным. Как обычно в минуты сильного напряжения, раскалилась вонзившаяся в правый висок игла – след старой контузии. Он не хотел спорить. Хотел вернуться в собственный блиндаж и лечь на койку, прикрывшись одеялом. Забыть, что в мире существуют рядовые Хуперы.

Голос лейтенанта догнал его на пороге:

– Как только придете в отделение, прикажите господину штейнмейстеру встать на вахту. Время напряженное, мы не можем позволить себе расслабиться. Пусть подежурит, скажем… две смены.

* * *

– Просыпайся, Менно!

Менно не хотел просыпаться. В мире сновидений царила тяжелая глухая темнота, но он знал, что если откроет глаза, ничего не переменится. Однако кто-то упрямо и зло тряс его за плечо.

– Подъем, господин штейнмейстер!

Он едва разомкнул веки.

– Что?

– Приказ лейтенанта. Ты включен в группу подрыва.

Мысли казались земляными комьями, прилипшими изнутри к черепной коробке. Менно потребовалось полминуты, чтоб оторвать свое тело от лежанки. Ноги распухли до такой степени, что ботинки на них не налезали. Подземный холод тысячей языков проникал за пазуху и копошился там.

– Шевелись быстрее, скоро выходим. Все второе отделение, и лейтенант с нами. Да живее же! Экий ты неповоротливый тюфяк!

– Куда идти-то? – без всякого интереса спросил Менно. На самом деле, это было ему безразлично. Любой приказ лейтенанта означал для него лишь дополнительные муки. К этому он давно привык.

– На уровне «Бруно» - торопливо зашептал Коберт, точно их могли подслушать, хотя вокруг не было никого, даже мокриц, - Помнишь пленного «томми»? Он выдал расположение английских туннелей. Не всех, но некоторых, что знал. Там у них есть подземный склад. Ящики с пироксилином. Тонн двадцать, не меньше. Англичане держат их глубоко под землей, чтоб те не попали под артобстрел. Пироксилин, понял? Для контрмин, чтоб не бегать далеко в тыл. Чертова пороховая бочка на сорокаметровой глубине. Представляешь, что будет, если поднести к ней искру?

Менно не представлял, он слишком устал и, кроме того, был лишен воображения.

– Взрыв?

– Такой, что на поверхности землю вспучит! Двадцать тонн! Ну и лейтенант решил «томми» немного проучить. Мы проложили туннель почти впритык к этой британской бочке. Четыре дня лопатами работали, даже бур не включали. Сейчас там оборудуют минную галерею. Рванет она – рванут и английские запасы. Двойной взрыв! Да еще и в их расположении!

Менно не понимал ликования в голосе Коберта. Заученными движениями он проверял амуницию и затягивал ремни. Никогда прежде ему не приходилось участвовать ни в подготовке минной галереи, ни во взрывных работах. Лейтенант Цильберг считал эти задачи слишком ответственными для того, чтоб приставить к ним недотепу вроде него.

– Последнюю партию взрывчатки уже закладывают, - сказал Коберт, - Осталось затампонировать и… Наконец снова будет работа для «Железного Макса»! Развлечется старик…

– Я не взрывник, - пробормотал Менно, - Я слухач.

– Ну, видимо для того и нужен. Будешь следить, чтоб «томми» ничего не заподозрили раньше времени. Собирайся скорее.

Второе отделение оказалось уже построено в казарме. Все были собраны и при полной экипировке, что обычно случалось нечасто – во время работы «крысы» обыкновенно снимали с себя лишнюю одежду и инструмент, зачастую работая в полуобнаженном виде.

Лейтенант Цильберг сейчас был неотличим от рядового, он сам облачился в простой рабочий китель и держал в руках заступ.

– Быстрее, - торопил он отстающих, - Занимайте места. О, смотрю, и господин штейнмейстер соизволил явиться! Надеюсь, не помешал ему смотреть сны. Отделение, внимание. Унтер Шранк, доведите обстановку до тех, кто еще не знаком с диспозицией.

Унтер-офицер Шранк кашлянул в беспалую ладонь.

– Взрыв запланирован на три сорок. Судя по всему, мы почти вплотную приблизились к английской камере со взрывчаткой. Щупы не использовали из соображений безопасности, но судя по расчетам, нас разделяет не более трех метров. Там они держат весь пироксилин, что припасен для нас.

– Скормим его хозяевам, - улыбнулся Якоб. В руках он держал Железного Макса, их взрывную машинку. Простое устройство, предназначенное лишь для того, чтоб замыкать контакт электроцепи, вызывая взрыв детонатора, оно выглядело большим и опасным. Да и было таковым по своей природе. Железного Макса во взводе любили, с ним обращались бережно и предупредительно. Обыкновенно он являлся лишь в последний момент, как палач на помост, быстро делал свою работу и отправлялся обратно на склад, ждать следующего раза.

– Тишина, ефрейтор Якоб, - унтер Шранк сделал несколько коротких бесшумных шагов вдоль шеренги, - Работа небольшая, хватит и десяти человек. Инициирующий заряд подготовлен, сто шестьдесят килограмм аммиачной селитры.

Якоб потер затылок под засаленной кепкой.

– Хватит ли ста шестидесяти?

– Хватит, - отрезал лейтенант Цильберг, - Этого будет достаточно, чтоб взорвались их собственные запасы. Мы обвалим приличный кусок их туннелей и, полагаю, надолго лишим их инициативы на этом направлении. Уже не говоря о том, какой ущерб это причинит их собственным «крысам». Ситуации на фронте это, конечно, не переменит, но мы сможем записать на свой счет одну выигранную битву. А вы, господин штейнмейстер, будете заниматься единственно тем, что у вас получается – слушать землю. Унтер, займитесь приготовлениями!

Шранк принялся распоряжаться. Он делал это множество раз и привык обходиться без лишних слов. Слушая его, «крысы» переминались с ноги на ногу. Здесь никто не стоял по стойке «смирно», да и странно выглядела бы такая шеренга, состоящая из грязных, потрепанных людей с блестящими, как антрацит, глазами.

– Движемся в полной тишине. У англичан хватает своих слухачей и, насколько мне известно, не все они глухи как ваши бабушки. Личному составу проверить дыхательные маски. Метана в этом районе мы не встречали, но когда имеешь дело с такой почвой и глубиной, никогда нельзя сказать наверняка. Проверить запасные фонари. Только электрические, никаких карбидных. Оружие на боевой взвод пока не выставлять. По три ручных гранаты на каждого. Ольферс – на вас запальный кабель. Один стометровый и один на сто двадцать. Будьте любезны проверить.

Менно слушал его, повесив голову и почти не разбирая сказанного. Он никогда прежде не ходил с группой подрыва. Страх прицепился к его сердцу скользкой холодной мокрицей.

Он знал, как работают подобные группы и не раз ощущал это на расстоянии. Он знал, как ревет от боли земля, чьи недра разрывает на части взрывной заряд титанической силы,

– Проверить оружие. Рядовой Хупер! Почему вы держите карабин как метлу? Возьмите его как полагается!

Менно торопливо поправил навеки прикованную к нему тяжелую железяку. Прочие «крысы» встряхивались, хлопали себя по карманам, щелкали затворами, проверяли фонари. Они редко собирались большими группами, чаще всего действуя по двое или по трое, но как только стали частью большой стаи, мгновенно изменили своим привычкам. Никто не переругивался шепотом, не издавал смешков, не паясничал. Они стали молчаливыми и очень спокойными, только тревожным пугающим светом заблестели глаза. Как у хищников, почуявших добычу.