Чтение онлайн

И не все было благополучно, иногда безоружные и беззащитные составы с людьми и техникой подвергались ударам с воздуха, были человеческие жертвы. Порой приходилось сталкиваться с вооруженной до зубов мотопехотой противника и танками. Выходили из строя подвижные составы, нередко вне населенных пунктов, в степи и в безлюдных местах. И эвакуируемые, не имея ни корки хлеба, ни глотка воды, вместе с детьми были беспомощны перед воздушными пиратами.

Однако и в этих сложных условиях соблюдался определенный порядок.

Постановлением ГКО № 99сс4 от 11 июля 1941 г. при Совете по эвакуации была создана группа инспекторов во главе с А. Н. Косыгиным, контролирующих проведение эвакуации предприятий. Этим же постановлением были определены первоочередники эвакуации на восток и в частности Наркомат вооружения.

Из Ленинграда завод № 7 — в Куйбышев, № 349 — в Казань, № 350 — в Новосибирск, № 354 — на ст. Ночка Пензенской области, № 357 — в Омск.

Из Москвы завод № 46 — в Свердловскую область, завод № 4 — в Красноярск, завод № 232 — в Сталинград, завод № 5 (боеприпасов) — в Муром, завод № 77 — (боеприпасов) в Новосибирск, завод № 6 — в Молотов, завод № 522 — из Ленинграда в Нижний Тагил и так далее. В постановлении обычно указывался срок погрузки — не более 5—7 суток.

Постановлением № 717с5 «Об эвакуации заводов Наркомата боеприпасов» от 27.09.41 г. были эвакуированы: завод № 64 — в Кемерово, завод № 73 — в Копейск, завод № 73 — в Верхнюю Туру, завод № 20 — в Кемерово, завод № 65 — в Новосибирск, завод № 59 — в Молотов, а заводы из восточной части Украины — в Нижний Тагил, Копейск, Красноуральск, Челябинск и так далее.

Важным было Постановление № 734сс6 от 04.10.41 г. «О Кировском, Ижорском заводах и заводе № 174», которым потребовалось немедленно приступить к эвакуации Кировского завода на базу ЧТЗ, а Ижорского — на базу Уралмаша. Причем заводам на месте эвакуации было присвоено наименование Кировский и Ижорский заводы. Характерно, что при эвакуации этих предприятий 5000 рабочих и служащих перебрасывались самолетами, другие — железнодорожным, речным и морским транспортом (через Ладогу).

Оборудование завода перебрасывалось в две очереди:

1-я очередь — основные уникальные станки, кузнечные прессы, литейное и кузнечное оборудование и кадры, их обеспечивающие.

2-я очередь — станки и остальное оборудование, прессы, кадры рабочих и инженеров.

Эвакуацию требовалось начать 4 октября и закончить к 1 ноября 1941 г., но уже в октябре начать выпуск первых танков с производительностью 1—2 танка в сутки, а в декабре выпустить 210 танков КВ.

8 октября принято важное Постановление ГКО № 741с7 от 08.10.41 г. «Об эвакуации заводов Народного комиссариата авиационной промышленности Московской, Ростовской и Воронежской области». Этим постановлением предлагалось завод № 1 им. Сталина перебазировать на площади завода № 122 в Куйбышев, завод № 22 — в Казань, на площадь 124-го завода, объединив их в один завод.

Завод № 24 эвакуировался в Куйбышев на площадь 337-го завода, завод № 16 — в Казань на площадь 27-го завода, завод № 37 — в Тбилиси, завод № 20 — в Омск, завод № 95 — в г. Верхняя Салда и комбинат № 150 — в Каменск.

Особенность эвакуации предприятий авиапромышленности заключалась в том, что заводы эвакуировались в три очереди.

Срок первой очереди — 10 суток, второй — месяц и срок третьей очереди — полтора месяца. В целом срок готовности устанавливался к 1 декабря 1941 г.

В подвижной состав очередей по мере значимости укладывалось следующе:

1-я очередь — техническая документация, уникальные станки, запасной инструмент, кузнечные прессы.

2-я очередь — металлорежущие станки, электрооборудование, компрессоры, электромонтажное имущество.

3-я очередь — сборочные цеха, остальные станки, инвентарь.

На восток перебазировались не только предприятия оборонной промышленности, но и другие крупные заводы и предприятия, в частности, оборудование Днепропетровской, Волховской, Свирской ГЭС, Донэнерго, Шатурской, Сталиногорской, Каширской ГРЭС, наркоматов черной и цветной металлургии, майкопских и грозненских нефтяных предприятий.

Эвакуировались сотни научно-исследовательских институтов, высших учебных заведений, а также целый ряд культурных заведений, в том числе Большой академический театр — в Куйбышев, Малый академический — в Челябинск, МХАТ — в Саратов и Театр им. Вахтангова — в Омск (постановление № 788 от 13 октября 1941 г.). Постановлением № 7888 от 15 октября «О размещении Комитета кинематографии» предусматривалось размещение «Мосфильма» и «Ленфильма» в Алма-Ате, Союзмультфильма — в Сталинабаде, Киевской студии — в Ашхабаде. В Алма-Ату эвакуированы режиссеры Александров, Пудовкин, Пырьев, Эйзенштейн, Трауберг, Эрмлер, актеры Чирков, Крючков, Орлова, Ладынина, Жаров и Богомолов.

Постановлением ГКО № 165сс9 от 16 июля предусматривалась эвакуация из прифронтовых районов Молдавии, Украины, Белоруссии, Ленинградской, Смоленской и Калининской областей нескольких сотен тысяч лошадей и миллионов крупного рогатого скота, овец и коз, свиней, тысячи единиц сельскохозяйственной техники.

Эвакуации подлежал, прежде всего, племенной скот, лошади, коровы до 13 лет, быки и волы. Было определено количество скота малоценных пород, которое должно быть передано тылам фронтов, а часть — местному населению. В целом это было сложное дело, нужно было все просчитать до мелочей: места кормления и поения, дойки и сдачи молока, организацию переправ через водные преграды. На высоком уровне должно быть организовано ветеринарное обеспечение, чтобы не допустить массового заболевания скота и распространения инфекционной заразы на восточные районы.

Постановлениями ГКО № 20641 от 19.07.42 г. и № 206911 от 20.07.42 г. из районов Кубани и сельской группы регионов Ростовской области вывозилось зерно в Азербайджан (Баку) — 450 вагонов в сутки, Грузинскую ССР — 30 вагонов в сутки, Армянскую ССР — 6 вагонов в сутки, Дагестанскую АССР — 120 вагонов в сутки. Из Сталинградской области требовалось вывезти в Ярославль 25 тыс., Горький 100 тыс., Казань 20 тыс., Куйбышев 50 тыс. тонн зерна.

Особо тяжелым мероприятием не только с точки зрения материальной, но и моральной была эвакуация столицы СССР — Москвы, согласно Постановлению ГКО № 801сс12 от 15.10.41 г. Это нашло отражение в художественных произведениях, в мемуарной литературе и исторических трудах.

Но, на наш взгляд, в них ничего не сказано о возможности нарушения управления государством и вооруженными силами. Даже временная или частичная потеря связи с объектами управления могла быть катастрофой для всей страны. Можно представить положение, когда около 70 наркоматов и им равных комитетов, банков и главков в течение суток выехали в 28 городов, где средства связи, мягко говоря, не удовлетворяли потребностям непрерывного управления. Наступал паралич системы, который пришлось преодолевать использованием обходных линий связи, созданием оперативных групп наркоматов, оставшихся в Москве. Между правительством, убывшим в Куйбышев, и ГКО в лице Сталина и нескольких членов ГКО не было организованной «ВЧ» и шифросвязи.

Пришлось увеличивать недостающее количество направлений связи за счет авиапочты: Москва — Куйбышев и обратно.

Верховный Главнокомандующий потребовал от начальника войск связи НКО генерал-полковника Пересыпкина немедленного наведения спецсвязи на этом направлении силами Наркомата обороны.

Сталин, имея под рукой небольшую оперативную группу Генштаба во главе с А. М. Василевским, наиболее остро испытывал дефицит управления. Но уже через полмесяца связь устойчиво обеспечивала управление народным хозяйством и в первую очередь войсками действующей армии.