Чтение онлайн

До вылета оставалось 10 минут. Пилоты проверяли показания приборов, стюардессы ходили по салону, проверяя последние штрихи и проведя нам стандартный инструктаж.

Командир экипажа по внутреннему радио коротко озвучил цифры предстоящего полета, после чего самолет стал набирать скорость по взлетной полосе. И вот, я сидел, уставившись в иллюминатор и предвкушал предстоящую встречу, улыбнувшись своим мыслям.

Алексия.

Музыка стучит по ушам так, что хочется взять две оливки из моего коктейля и запихнуть их в ушные раковины, чтобы не оглохнуть окончательно. Откладываю эту идею на критический момент и вместо этого вежливо улыбаюсь парням, которые подсели за наш с Наташей столик и не удосужились представиться по именам. Блондину явно пришлась по душе моя лучшая подруга, он от нее глаз не сводит и руку под столом с ее коленки не убирает, а она ему это позволяет и даже кокетничает. А вот его друг брюнет не смеет и пальцем ко мне прикоснуться, потому что уже получил от меня за это хлестким шлепком по руке, когда потянулся поправить спавшую с плеча лямку моего платья.

Так и не поняла, что именно из этого девичника Наташа подготавливала целый месяц. Бронировала столик заранее? Бегала по магазинам в поисках платьев? Или готовила наш побег? Если последнее, то не зря потратила так много времени, потому что сбежать нам удалось красиво и незаметно. В такси, по пути в клуб, мы сняли с себя мужскую одежду и распихали ее по рюкзакам, предварительно достав оттуда туфли и сумочки. Сказать, что водитель был в шоке — ничего не сказать. Мне даже показалось, что он врежется куда-нибудь, потому что не сводил с нас взгляда, рассматривая через зеркало заднего вида. Сегодня, в придачу к щедрым чаевым, один московский таксист получил за аккуратное вождение два комплекта спортивной одежды. Звучит, как неплохой заголовок в газете.

— Улыбайся! — Наташа направляет фронтальную камеру на нас, сев ко мне спиной, и снимает видео, кривляясь и посылая воздушные поцелуйчики. Неловко выдавливаю из себя улыбку и по-идиотски машу рукой.

— Не выкладывай только никуда, ладно? — прошу я, склонившись к ее уху и перекрикивая музыку. Не хватало еще чтобы кто-нибудь увидел и сдал меня отцу с потрохами.

— Конечно, — улыбается Наташа, обнимая меня за плечи и целуя в щеку. От нее пахнет стойкими арабскими духами и алкоголем, отчего мои обонятельные рецепторы сводит судорогой.

— Нам завтра на маникюр к девяти, ты помнишь? — спрашиваю я, надеясь воззвать к ее совести и отправиться домой.

На часах уже два часа ночи и я начинаю всерьез беспокоиться о завтрашнем (точнее уже сегодняшнем) дне, потому что он предстоит долгим. Салон красоты, чтобы привести ногти на всех конечностях в идеальный порядок, и самое главное финальная примерка моего свадебного платья, а вечером нужно еще раз согласовать макияж с визажистом и прическу со стилистом. Все должно быть идеальным, и чтобы принять верные решения мне нужно выспаться, иначе мой мозг не будет соображать.

— Малыш! — растягивает Наташа, — конечно я помню, о таком нельзя забыть! Не беспокойся, мы все успеем!

Раздраженно вздыхаю, услышав не то, что ожидала и решаю переходить в наступление.

— Наташ, давай поедем домой? Нам нужно выспаться, — говорю строго, чтобы вразумить подругу и мои слова хоть как-то на нее повлияли.

— Лекс, — закатывает глаза Наташа, — не бубни, а? Это твои последние дни свободы, давай веселиться? Неужели ты хочешь быть такой же скучной, как твои родители? И так в девках до сих пор ходишь, не познаешь самого прекрасного в мире наслаждения, так еще и одной единственной незаконченной вечеринкой хочешь себя ограничить? Влад вот себя как-то не особо ограничивает.

От ее последних слов во мне что-то неожиданно перещелкивает, словно переключили старый рубильник, а мозг отключает волна смелости, которая сносит на своем пути все разумные мысли. Хватаю бокал с мартини и выпиваю напиток одним глотком до дна, а затем закусываю теми самыми оливками, которые еще несколько минут назад хотела использовать вместо беруши.

— Повторите! — кричу официанту, который очень вовремя проходит мимо нашего столика.

— Да! Так-то! Моя девочка! — визжит подруга и крепко обнимает меня.

Спустя час нахожу себя извивающуюся на танцполе. То ли музыка такая заводная, то ли это три последних коктейля говорят во мне, но я подстраиваюсь под темп очередного трека и радостно улыбаюсь в камеру, когда Наташа снимает как мы зажигаем. Рядом с нами поблизости пританцовывают те самые парни. Брюнет явно осмелел, поняв, что поддатая я гораздо приятнее, чем трезвая и успешно этим пользуется, то и дело пристраиваясь во время танца.

В какой-то момент Наташа пропадает из поля моего зрения, а когда не появляется через полчаса, то я всерьез начинаю за нее переживать, прогоняя в своей голове ужасные картинки с маньяками и извращенцами. Хотя, уверена, что моя подруга могла бы дать им фору.

Стараясь держать равновесие, которое меня подводит из-за высоких каблуков, плетусь к нашему столику, расталкивая людей. Вместо подруги нахожу там брюнета, который, кажется, решил прилечь и немного отдохнуть прямо щекой в луже разлитого коктейля. Хихикаю в ладошку при виде него и сажусь рядом, решая подождать Наташу здесь еще пару минут.

Она появляется почти сразу, аккурат после того, как официант приносит мне бутылку воды, и я жадно впиваюсь прямо в ее горлышко. Наташа приглаживает растрепанные волосы, а помада на ее губах смазана. Перевожу взгляд на блондина, который появился вслед за ней и все понимаю, увидев с кем подруга решила поделиться косметикой.

— Где ты была? — интересуюсь просто ради приличия, а не из-за пьяной зависти раскрепощенности моей соседки.

— В туалете, — отвечает Наташа, играя бровями.

— Фу! Не хочу даже знать, чем вы там занимались, — кривлюсь я.

— Маленькая еще, чтобы знать такие вещи, — показывает язык подруга и мы вместе смеемся над ее словами, — а твой кажется заснул, поддавшись чарам твоей невинности.

— Слабак! — выкрикиваю я.

Ровно в пять утра мы усаживаемся в такси и все время по пути к Наташе домой я разглядываю свое отражение в окне на фоне светлеющего города. Тушь размазалась, волосы прилипли, кожа бледная, а похмелье уже начинает нагонять меня. Вот она цена веселья до утра. Закрываю глаза, чтобы не смотреть на себя и открываю только когда машина тормозит. По моим ощущениям мы проехали гораздо меньше, чем должны. К моему удивлению, водитель останавливается не у парадной моей подруги, а у крыльца пятизвездочного отеля. Ну и что Наташа на этот раз выдумала?

— Что мы тут делаем? — спрашиваю я, поворачиваясь к Лукьяновой, которая уже собиралась выходить.

— Собираемся хоть немного поспать перед маникюром, — пожимает плечами подруга, прикрывая рукой зевающий рот и выходит из машины. Мне ничего не остается, кроме как последовать за ней.

— Мы могли бы это сделать и дома, — ворчу я, когда мужчина на ресепшене отдает нам ключ-карту от номера.

— От моего дома до салона ехать час по утренним пробкам, а здесь две минуты пешком и завтраки вкусные, — парирует Наташа, используя аргументы, которые бьют точно в цель, — ты же хотела выспаться?