Чтение онлайн

Тут мне все стало ясно. Пока Эрика, под предлогом показать значок хранителя и свои способности, вывела младшего Хоука из гостиной, я, взяв Магнолию за руку, накрыла ее барьером.

– Похоже, именно в этом все дело. Вы слишком долго были рядом с Соулривером.

– Каким еще Соулривером? Почему вы его так…

Женщина снова внезапно замолчала, когда эфирная завеса начала действовать и выветривать из ее головы навязанные адептом Тьмы образы и видения. В какой-то момент Магнолия безмолвно прикрыла рот рукой, вспоминая, как на ее кухне, гостиной, по всему дому ходило обезображенное существо с горящими красным огнем глазами.

– Этого не может быть… Почему он не приходил ко мне в моих видениях?

– От его влияния обезумел весь город. Затуманить голову одного человека ему не стоит никакого труда. Даже если это кто-то с даром предвидения…

– Я не могу в это поверить, - слезы наворачивались на глазах Магнолии. – Он столько дней провел с моими детьми…

– Миссис Хоук, пожалуйста, соберитесь. Ваши сыновья живы, в порядке и полном здравии. Теперь вы знаете правду. Но нам нужна любая информация, которая помогла бы нам найти вашего деверя.

– Но я ничего не знаю. Я даже не понимаю, зачем ему нужен был наш дом, когда у него такая власть. И не понимаю, почему я не предвидела все это…

Она обреченно обхватила голову руками, а я отпрянула назад, чувствуя, как по спине бежали мурашки.

– Еще как предвидели…

По лестнице послышался топот, а потом в гостиной появилась Эрика.

– Ну и сорванцы, - присвистнула она. – И как вы с ними справляетесь…

– Он все предвидел! – воскликнула я, повернувшись к напарнице. – Поэтому мы и не можем ничего найти. Соулривер предвидел все возможные зацепки.

От осознания масштабов бедствия становилось тошно. Но надо было держать себя в руках и попытаться выяснить хоть что-то.

– Вы знаете, куда отправился ваш деверь после того, как внезапно покинул вас?

– Нет. Но я думала, что он вернулся в Амхельн. Он всегда хвастался перед мальчиками, что в центре Лонде-Бри у него роскошные апартаменты. И я ведь чуть не отправила их с ним на каникулы…

– Если бы он захотел, вы бы отправили - и даже не вспомнили потом о существовании своих детей, - тихо произнесла Эрика. – Нужно радоваться, что он оставил вас в покое. Видимо, вы ему еще нужны…

– О нет, - охнула Магнолия. – Что же теперь будет? Он может узнать о том, что я вам все рассказала.

– Мы вас защитим, - уверенно отозвалась я и повернулась к напарнице. – Ведь так? Им теперь нельзя оставаться без охраны.

– За вашим домом уже наблюдает с десяток хранителей. Можете не сомневаться, - кивнула она.
– Теперь этот мерзавец и близко не подберется к вам.

– И все равно в голове не укладывается, - продолжала причитать миссис Хоук, когда я отошла вместе с Эрикой в сторону. – Квентин, Грегори, где вы?

Женщину охватила паника, и она бросилась проверять сыновей.

– Надо срочно рассказать обо всем Абрамсу, - сказала я, как только миссис Хоук скрылась из виду.
– Нам нельзя дать их в обиду.

– Само собой. Вот только Соулривер мог предвидеть и то, что мы рано или поздно придем сюда.

– Если бы это было так, - тяжело вздохнула я в ответ. – Мы бы здесь не нашли никого живого.

Солнечный круг за окном начал плавный спуск к горизонту. Я плелась по длинному коридору Штаба Хранителей в свою комнату. Позади осталось очередное жаркое собрание, в этот раз спор правителей достиг такого накала, что в итоге Энтони Рид попросил удалиться всех остальных участников.

– Эти ублюдки предусмотрели каждый наш шаг и загнали в угол, заставив пойти на условия этого треклятого перемирия, - негодовал Правитель.

– Как ты не понимаешь, - не соглашался с ним Джошуа Абрамс. – Теперь, когда мы знаем, что все наши решения были как на ладони, это перемирие дает нам возможность продумать такие варианты, которые от нас темные не ожидают.

– И какие же? – скрестил руки Энтони. – По-твоему, они не ждут от нас отправки новых шпионов?

– Я считаю, что нет, - не сдавался Верховный Хранитель. – Соулривер постарался предусмотреть все, чтобы зацепки не привели к нему. И, тем не менее, мы знаем и про Амхельн, и про Равена.

– А что нам мешает поступить так же, как и они? – недоумевал Советник Тейт. – Наймем эту гадалку, и она предостережет нас от ошибок в этом деле.

К счастью, прежде, чем правители потеряли взаимопонимание, они успели отдать распоряжение о том, чтобы назначить вокруг дома Хоуков круглосуточное дежурство. А в остальном, я понимала чувства Правителя. Адепты Тьмы могут быть впереди нас на один, два или даже три шага, и меня не покидало ощущение, что даже без голоса на улицах города мы все продолжаем быть марионетками Соулривера.

Раз за разом вспоминались слова мадам Хоук о том, что он проник во все уголки моей жизни. Это действительно было так. От моей прошлой жизни ничего не осталось. Ни друзей, ни любимого, ни родителей. Мысли о Соулривере выместили все остальное, оставляя лишь пустоту.

Тяжело вздохнув, я вставила ключ в замочную скважину своей каморки и с удивлением обнаружила, что дверь была открыта. По привычке окружив себя барьером, я насторожено заглянула внутрь и оторопела от удивления.

– Мама?

Я не верила своим глазам, но на краю сложенного дивана действительно сидела моя мама.

– Леди! – радостно подскочила она и бросилась мне навстречу. – Наконец-то!

Все треволнения мира в этот момент перестали иметь значение. Крепко захватив ее в объятия, я уткнулась носом в ее плечо.

– Ой, пожалуйста, не так сильно, - попросила она, издав болезненный стон.

Я испуганно отпустила ее и увидела, как из-под рукава бежевой кофты выглядывала повязка.

– Что... – слова комом встали в горле.
– Что с твоей рукой?

– Уже все в порядке, милая, можешь не беспокоиться.

Не было смысла спрашивать, что произошло. Но чем дольше я смотрела на нее, тем больше замечала. На щеке возле уха и на шее еще виднелись следы от недавних ссадин и царапин. Левую руку она боязливо прижимала к себе. А еще мама почему-то состригла волосы, оставив слегка удлиненное каре. Последний раз, когда она меняла стрижку, прошло всего двулуние со дня смерти ее матери. Похоже, ту ночь они тоже с трудом пережили.

– Неужели это правда ты?
– я все еще не могла поверить, что несмотря ни на что, видела маму живой.