Чтение онлайн

– Нет-нет, пожалуйста, - подошла очередь парня, склонившегося над двумя телами. – Дайте еще немного времени…

Даже на расстоянии его мольба показалась мне очень знакомой. Я непроизвольно сделала шаг вперед, когда стражи снова обратились к нему.

– Мистер Берч, прошу вас, отойдите, - они вопреки его воле подняли тела и понесли к постаменту черного камня.

– Еще минуту! Ведь я никогда их больше не увижу…

Джоан стояла рядом и крепко держала его за плечо, и, кажется, плакала.

– Клаус… - еле слышно вымолвила я, прикрыв рот рукой.

Он держался все эти месяцы, бодрился, и иногда казалось, что он никого и не терял вовсе. Неужели, надеялся на чудо? Или предпочитал думать, что родители просто куда-то уехали? Но все наши иллюзии разбились в момент прощания…

Советник Тейт спустился с пьедестала и обнял своего преемника, пока тела его родителей исчезали в бездонном мраке монолита.

– Да примет Смерть в свое царство тело и душу этих достойных людей, - слышался голос Ноэла, усиленный аудиграфами. – Теперь они – часть Нижнего мира. Часть Эфира. А значит, навсегда будут частью нас самих.

Тех, кто не стал ужином для вурдалаков, предавали Смерти у камня Забвения. Только так у нас была надежда стать частью бесконечности Нижнего мира. Если Смерть будет благосклонен, однажды он укажет душам путь наверх.

– Шестнадцатая группа покидает периметр, - раздался сигнал стража чуть меньше. – Последняя группа готова зайти. Тали? Тали, вы слышите?

Я не сразу опомнилась и быстрым движением руки попыталась стереть слезы.

– Барьер снят, - выдохнула я, наблюдая за тем, как на площадь снова ринулась толпа.

– Актриса, - проходя мимо, Джейсон заметил, каких усилий мне стоило восстановить завесу.

После каждой группы людей он спускался с трибуны, чтобы проверить территорию.

– Что, прости?

До этого Милтон лишь молча ухмылялся, но сейчас не смог сдержаться.

– Говорю, отлично справляешься. Спектакль на высоте. Выше всяких похвал!

Я растерянно посмотрела на площадь. Где-то там в скорбящий толпе шел Клаус, и он был не только моим приятелем. С Милтоном они дружили с первых курсов Академии. Неужели он способен изливаться желчью даже в такой момент?

– Да что с тобой такое, Джей? Весь город в трауре, твоему другу плохо, а ты даже сегодня не можешь промолчать?

– В том-то и дело, - Милтон подался вперед, чтобы его голос не был слышен на площади.
– Город в трауре, почти семь сотен жертв. И это только сейчас здесь. А скольких похоронили сразу после безумия? Но ты не могла не воспользоваться случаем. Даже церемония Прощания не может теперь обойтись без знаменитой Леди Тали и ее чудесного барьера.

– Джей, прекрати. Абрамс настоял на том, чтобы я охраняла периметр.

– А кто заикнулся о безопасности такого массового мероприятия? Вы же заключили перемирие. Никто бы не решился напасть во время Прощания. Но нет, тебе нужно было снова показать свою незаменимость.

Я смотрела на Джейсона, на его лицо, искаженное злостью, и не могла поверить в то, что не так давно почти что полюбила этого человека. Но до того, как меня сделали вторым кандидатом на пост Верховного Хранителя, он был совсем другим. Не могла же я так сильно обмануться?

– Или что, ты хочешь сказать, что я не прав? Что ты не пытаешься специально перейти мне дорогу?

– Конечно же нет, Джей! Была бы моя воля, я…

– Не стала кандидатом? – Милтон снова скривился в ехидной ухмылке. – Кажется, я уже слышал это, и не раз. Но ты всегда оказываешься там, где что-то происходит.

– А ты не оказываешься? – я старалась держать себя в руках и призвать Милтона здраво рассуждать.
– Ты тоже многих спас за последние месяцы. Джей, пойми же, это никакое не соревнование. После всего, что случилось, важен каждый из нас. Одной меня, или одного тебя, недостаточно. Только вместе нам удалось выбраться из этого хаоса…

– Не прикрывайся высокими идеалами, Леди, я отлично знаю твою лживую натуру.

– Ведешь себя как маленький ребенок, - мне было сложно скрыть презрение к нему. – Оглянись! Люди плачут, страдают, а ты даже не пытаешься услышать ни их, ни меня. Все это неважно. Ни ты, ни я, ни наше с тобой ребячество. Все, что мы делаем, это ради города…

– А с Дином ты спишь тоже ради города?

Свободная рука по инерции дернулась вперед, и от моей пощечины прозвучало стыдливое эхо. Страж, стоявший внизу, удивленно оглянулся. Возможно, кто-то в толпе на площади тоже посмотрел в нашу сторону. Но я видела перед собой только ошалелое лицо Джейсона, схватившегося за покрасневшую щеку.

– Какого Всадника, Джей? Ты сам все испортил. И ты это знаешь!

Обида душила изнутри. Он прекрасно знал какой ценой дается мне кандидатство, через что пришлось пройти. И как он смеет сейчас хоть в чем-то меня обвинять? Неужели он до сих пор думает, что это все мой коварный план?

– Если бы не твоя глупая гордость, все могло бы быть по-другому.

– Нет, Леди, - Милтон снова усмехнулся, но не смог скрыть горечи в голосе. – Не могло.

Он не стал больше спорить. Я тоскливо проводила его взглядом, пока он не вернулся на свой пост. Какие демоны терзали его изнутри? Как далеко зайдет эта ненависть?

Тряхнув головой, я постаралась избавиться от дурных мыслей. Ведь не так давно я уже подозревала, что Джейсон мог переметнуться на темную сторону, и ни к чему хорошему это не привело. Только еще больше укоренило его злобу ко мне.

– Ничего себе, - иронично присвистнул Джерри внизу. – Похоже, вообще все, что говорят о вас – правда…

– Последняя группа выходит, - послышался голос из рации. – Можно снимать барьер.

Услышав сигнал, страж подался вперед к перилам и уже не нуждался в моем ответе. Хотя сейчас я уже не хотела знать, что именно он имел в виду.

Люди внизу с поникшими головами покидали печальную площадь, я облегченно выдохнула и захлопнула эфирный купол. К счастью, Джейсон оказался прав, и хотя бы в такой тяжелый момент для жителей Эстера темные не стали соваться. Но не подстраховаться и подвергать людей опасности в часы скорби мы не могли.

Отложив пульсирующий кристалл в небольшой чемоданчик, я захлопнула его, щелкнул замок, можно было спускаться. Мне хотелось найти Клауса, обнять, хоть как-то поддержать, но он скорей всего уже покинул площадь. Оба моих охранника спустились с трибуны, а внизу уже появилась фигура напарницы.