Чтение онлайн

Мои брови слегка приподнимаются при упоминании о моей сестре.

Несколько секунд он молчит, погрузившись в свои мысли.

— Твоя сестра... тоже ненормальная.

Я не могу удержаться от очень не женского смеха.

— С этим не поспоришь.

— А как насчет тебя, Иви? Судя по тому, что я видел и слышал, мой сын в тебя влюблен.

Мои щеки пылают от его вопроса, а его напряженный взгляд не прекращается.

— Я не знаю, что сказать.

— Ты танцовщица. Я помню ту ночь, когда вы оба встретились.

Почему ты вообще решила заглянуть в эту комнату, Иви?

— Я… эм... я не очень люблю танцевать.

— Нет, девушка с камерой.

— Блейкли и Зейден всегда были самыми важными людьми в моей жизни. Я сделаю все, чтобы поддержать их, чтобы они могли жить так, как заслуживают. И если танцы и «камера» принесут мне...

— Вау, — говорит Стефанос, ставя пустой бокал и поднимая руки в знак капитуляции. Я не могу представить, чтобы он так поступал со многими людьми. — Я не осуждал тебя, Иви.

— Правда? — спрашиваю я, мои брови почти на уровне линии роста волос. — Большинство бы так и сделали.

— Мы все делаем то, что, возможно, не является нашим первым выбором, за что другие могут нас осуждать. Но это не делает их неправильными.

Я изучаю его так же, как и он меня, с тех пор как я вошла сюда.

— Наверное. Но это не значит, что ты хочешь, чтобы твой сын был с танцовщицей и веб-моделью.

— Я хочу, чтобы мой сын был с человеком, который его любит. Кто принимает его таким, какой он есть, и тем, что он делает. Я хочу, чтобы он был с тем, кто не будет осуждать его за прошлое и за то, что неизбежно произойдет в будущем.

Его слова выглядят как испытание, а то, как его глаза сверлят меня, и невысказанные слова в его речи только подтверждают это подозрение.

Сидя прямо, я высоко держу голову и расправляю плечи.

— У меня нет никаких претензий к тому, что Алекс сделал или сделает, — честно говорю я. — Как он решит жить дальше - это его решение, как и мое собственное. Я поддержу его во всем, что он захочет сделать. — А что касается первого комментария, то я обещаю, что следующим человеком, которому я признаюсь в своих чувствах к Алексу, будет... Алекс.

Стефанос кивает.

— Понятно. — Оттолкнувшись от края дивана, он забирает свой стакан и поднимается на ноги. — А теперь, если позволишь, мне нужно принять душ. — Он идет к двери, но останавливается, когда доходит до нее.

— Я не знаю, что Алекс рассказал тебе обо мне, Иви. Но я хочу, чтобы ты знала: мои мальчики - два самых важных человека в моей жизни. Я знаю, что мои поступки не всегда заставляют людей верить в это, но тем не менее это правда, и я не успокоюсь, пока он не вернется сюда, к нам. К тебе. И я также обещаю, что все, кто был замешан в этом, все, кто причинил боль тебе, ему или тем, кого ты любишь, будут наказаны.

Прежде чем я успеваю сообразить, что, черт возьми, мне следует ответить на все это, он исчезает, как будто его и не было вовсе, а я все это вообразила.

Со вздохом я падаю обратно на диван, усталость наваливается на меня с новой силой.

***

Меня будят голоса, и, открыв глаза, я понимаю, что лежу там же, где и вчера. С той лишь разницей, что на меня накинуто одеяло.

Приподнявшись на локте, я смотрю в окно на раннее утреннее солнце.

Я понятия не имею, в котором часу я спустилась сюда и оказалась один на один с отцом Алекса, но что-то подсказывает мне, что прошло не так уж много часов.

Протирая глаза от сна, я приподнимаюсь, ориентируясь на глубокий гул голосов.

Их несколько, и звучат они не слишком радостно.

Отбросив одеяло в сторону, я поднимаюсь на ноги и иду к двери.

Знаю, что не стоит, но если они обсуждают, где находятся Алекс и Зей, то я вся во внимании.

— Это чушь собачья, — кричит знакомый сердитый голос. — Ты не можешь сидеть здесь и говорить, что на самом деле согласен с этим планом.

— Неважно, что я думаю. Босс сказал свое слово. Это то, что мы делаем.

— Он ошибается, — заявляет первый голос.

— Это твое мнение, — пробормотал Стефанос, выглядя совершенно измученным.

— Для протокола, — говорит кто-то другой с густым американским акцентом, — я с Деймоном. Мы знаем, где они находятся, и знаем, что там будут самые важные игроки. Мне надоело ждать.

У меня перехватывает дыхание. Они знают, где Алекс и Зей, и просто сидят здесь, устраивая гребаную встречу?

— Ты согласился, — сердито прорычал Стефанос.

— Я тоже искал этих ублюдков несколько месяцев. Мне надоело ждать. Надоело позволять им причинять боль людям. Нашим семьям. Ну же. Они хотят обмена, так давайте, блядь, дадим им его.

Громкий удар заставляет меня подпрыгнуть, но, как бы я ни была пуглива, ничто не может отпугнуть меня от этого прямо сейчас.

— Нет, — яростно кричит Стефанос. — Я не позволю тебе отправить Иви в это дерьмо. Этого. Не. Будет.

Я стою, ошеломленная тем, что он так яростно защищает меня, когда я могу стать ключом к возвращению его сына.

— Нам не придется отпускать ее на самом деле, просто сделаем вид, что отпустили, а потом возьмем штурмом.

— Нет, — снова рычит Стефанос. — У босса есть план. Мы выполняем его приказ. Я не знаю, как вы справляетесь со своим дерьмом за океаном, но здесь мы выполняем приказы.

— Обычно это я отдаю гребаные приказы.

Наступает тишина. Я представляю себе комнату, полную страшных мужчин, которые смотрят друг на друга. Я, может, и согласилась их подслушивать, но ни за чтобы не хотела там находиться.

— Я вызываю своих парней. Когда мы получим разрешение покончить с этим, нам понадобятся все мужчины, которых мы сможем достать.

— Я сообщу боссу.

— А Лучана? — напомнил ему Деймон.

— Конечно. Я знаю, как делать свою работу, малыш.

— Может, я и прожил на несколько десятков лет меньше тебя, старик, но не надо меня опекать. Я могу сделать эту работу как с твоей помощью, так и без нее.

— Так вот почему вы здесь, нуждаясь в нашей поддержке? — спрашивает Стефанос.

Шаги спускаются по лестнице, отвлекая мое внимание от препирающихся мужчин в пользу того, кто вот-вот поймает меня на подслушивании.

— Иви, — подозрительно говорит моя сестра. — Что ты делаешь?

— Между прочим, я считаю, что ждать - это неправильно. Мы не знаем, что они планируют. Мы...

— Иви, — шипит Блейк. — Ты подслушиваешь?

— Они пропали, Блейк. Наш брат и мой... мой... Алекс. Думаю, я имею полное право хоть немного понимать, что происходит.