Грешница
Шрифт:
— А Шарлотта? — удивилась Сара.
— Господи, ты что? Да я не подходил и не прикасался к Диане чуть ли не с момента зачатия! Она боялась, что можно навредить ребенку. Все девять месяцев были сплошным кошмаром.
Неудивительно, что он так настроен против детей! — подумала Сара. Опыт у него, прямо скажем, печальный.
— Сейчас все по-другому, Ник, потому что я другая, — сказала она. — Я здорова, и с нашим ребенком все в порядке. Могу даже показать тебе его снимки!
— Ребенка? — переспросил Ник. — Надо же, какая неожиданность!..
— Слушай, Николас, можешь с нами не связываться, если не хочешь быть отцом, — сказала Сара. — Я никогда не собиралась привязать тебя к себе ребенком!
— Единственное, чего я хочу в жизни, это быть с тобой! Как ты могла подумать, что я вас оставлю, тем более сейчас? Говорят, когда лежал без сознания, я твердил лишь одно слово — Сара! Мысль о тебе заставляла меня бороться!
Тут Ник не выдержал — поцеловал ее в губы, вкладывая в этот долгожданный поцелуй всю силу своего чувства, всю нежность и страсть, на которую способен. Сара обвила руками его шею, прижалась к нему и жарко ответила на поцелуй. А потом он говорил ей все слова любви, которые вынужден был хранить в себе эти долгие месяцы разлуки, и Сара, слушая его, плакала. Ник ласкал ее волосы, целовал.
— Не плачь, любимая! Я не могу видеть твоих слез, — шептал он. — Все будет хорошо, я с тобой… Мы вместе, что бы ни было…
— Я счастлива, Ник! Просто счастлива. — И она улыбнулась ему сквозь слезы. — Но скажи мне вот что… После того как ты так ловко меня похитил, что собираешься со мной делать? Я не могу лететь в Штаты.
— Понимаю. — И он тоже улыбнулся. — Но есть самолет Сета. Стоит мне попросить, и все будет нормально, так как мы с ним теперь партнеры. Но в данный момент мы с тобой поедем в Кап-Фера и там все хорошенько обдумаем. Должен признаться, я помышлял умыкнуть тебя и потом несколько недель провести в любовных, так сказать, утехах. Но при нынешних обстоятельствах…
И он рассмеялся.
— Ник, ты будешь со мной? — забеспокоилась вдруг Сара. — Я имею в виду во время родов?
— А не боишься, что со мной может случиться обморок? — смеясь спросил он. — Ладно, детка, не волнуйся! Если хочешь, я буду там с тобой.
— Хочу! Ой, Ник, я думала, вдруг я останусь одна в этот момент!
— Только вот что — никаких занятий по подготовке! Не хватало мне только этого!
— Как тебе не стыдно, Николас! Откуда же ты будешь знать, что делать? У меня есть прекрасная преподавательница…
— Через мой труп! Я все прочту в книге!
— Этого добра у меня полно! Чарльз без конца покупал…
Но Ник закрыл ей рот рукой.
— Больше не хочу о нем слышать! С этой минуты он для нас не существует!
В его голосе была такая решимость — сказал как отрезал! — что Сара содрогнулась. Жаль, что их долгой дружбе пришел конец!
— Дело в том, что в Хастингсе остались мои вещи, — сказала она тихо. — Нужно же будет все забрать, многие дороги мне, как память о родителях.
— Вот тут поможет твой брат. Разве он не сделает это для тебя? — подсказал Ник спокойно, зная, как дороги ей воспоминания о семье.
— Ты прав. Я ему сегодня позвоню. И потом, что бы ты ни говорил, Ник, я должна буду позвонить Чарльзу, — заявила она. — Он так обо мне заботился, нельзя быть неблагодарной.
— Так и думал, что ты это скажешь. Уж я-то тебя знаю, добрая душа, — улыбнулся Ник. — Это я страшный эгоист — хочу, чтобы ты принадлежала только мне, особенно сейчас, когда я снова тебя обрел. Конечно, позвони ему. — Он обнял ее за талию и повел к машине. — Мы с тобой проведем столько времени вместе! Делай все, что вздумается. А мне, кстати, приказано отдыхать.
— Я займусь тобой, Ник, — озабоченно проговорила Сара. — Ты так похудел после болезни! Надо поправить твое здоровье.
— Представляю, как вы вдвоем с Мириам начнете меня закармливать, — притворно заворчал он и рассмеялся. — Ладно, отдаю себя в ваши руки!
— Так Мириам в Кап-Фера?
— Да, и ждет меня там. Я обещал приехать через несколько дней. Как только они с Сетом поняли, что меня не удержать от поездки в Англию, оба настояли на том, чтобы я поехал в Монте-Карло отдохнуть. Мириам даже полетела со мной, но я должен был сперва все выяснить с тобой. Слава Богу, теперь мы можем вместе поехать в Кап-Фера, правда? Как ты думаешь, в Монте-Карло тоже можно родить ребенка? Прекрасное место, ничем не хуже Лондона, да и пресса до нас не скоро доберется.
— Очень дорого…
— Пусть тебя это меньше всего волнует, радость моя! Главное, даже я знаю: во Франции очень хорошие родильные дома.
— Я об этом читала. Но давай не сейчас, Ник. Впереди еще почти месяц.
— Месяц волнений, — вздохнул он. — Правда, лучше помечтаем, как будем проводить время.
— Ты будешь носить надо мной зонтик и натирать меня маслом от загара! — расхохоталась Сара.
— С удовольствием!
Ник усадил ее в машину с такой осторожностью, что Сара прыснула:
— Я не хрустальная ваза!
Ник чмокнул ее в щечку и сел за руль.
— Мы будем на месте часа через три, — сказал он и позвонил Мириам.
Ник поехал не торопясь, аккуратно придерживая легкую на разгон машину. Время от времени он ласково поглядывал на Сару и дотрагивался до ее руки, словно желая еще раз удостовериться — это реальность и любимая снова с ним. А она улыбалась и дивилась тому, как он неожиданно преобразился — таким предупредительным, заботливым и немного смущенным Сара его не знала.
Спустя полчаса ей вдруг стало как-то не по себе — сидеть неудобно, все давит, мешает, болит поясница, что-то тянет в животе. Странно, подумала она, я столько ездила с Чарльзом в машине, но никогда не чувствовала себя так плохо! Она крутилась на сиденье, стараясь принять более удобную позу.
— Что такое? — спросил Ник.
— Да все нормально. Наверное, съела что-нибудь не то. Побаливает живот.
— Ты почти не ела ничего, разве только маслинами полакомилась, но ты ими всегда увлекаешься. Здесь дорога плохая, подожди, скоро мы выедем на главное шоссе.
— Знаю, называется Солнечная Трасса. Так экзотично! А помнишь, как мы поехали в Больи?
— Конечно! — Ник счастливо улыбнулся воспоминаниям. — Кажется, именно там я наконец уверился в том, что люблю тебя. Помню, как сидел ночью, смотрел на тебя спящую и мысленно признавался в своих чувствах… Кстати, вот что… Ну-ка, дотянись до моего пиджака, и там во внутреннем кармане есть одна вещь…
Сара обернулась назад и только протянула руку, как вдруг ее пронзила такая острая боль, что она вскрикнула. Ник притормозил машину, стал сворачивать на обочину, и тут услышал новый крик: