Чтение онлайн

– Ты должен положить его в середину круга.

– Я знаю, - ответил он спокойным голосом. Ровным. Грета немного успокоилась от его компетентности и нежности, с которой он опустил Люка на землю.

Не дожидаясь ее указаний, Айзек протянул руку и быстро начал копать скрюченными пальцами траншею в траве вокруг всего тела. Когда это было сделано, он запрокинул голову к небу. Её губы шевелились вместе с его, когда он произнес заветные слова, молясь земле, чтобы та открылась и окутала древесного эльфа своим исцелением, богатой минералами землей.

Ничего не произошло.

– Почему это не работает?
– ее пальцы впились в кору деревьев, стоящих, как молчаливые стражники круга. Она встретилась взглядом с Айзеком, не в состоянии скрыть свое отчаяние и страх.
– Сделай что-нибудь, - попросила она.
– Айзек, пожалуйста. Ты должен сделать что-то еще.

Он только покачал головой, его глаза были торжественными и темные.

– Мне жаль. Больше ничего нельзя сделать. Великая Мать...

Вдруг Грета почувствовала хлопок. Давление прекратилось. Она двинулась вперед, сделав шаг внутрь круга. Невидимый щит исчез. Магия померкла.

– Нет! О, Боже, нет.

Она нырнула под стоящими деревьями, и протиснувшись мимо Айзека, опустилась на колени на траву.

– Нет, нет, нет. Люк, не смей!
– она обхватила ладонями его лицо и притянула к себе, потом резко затрясла.
– Просыпайся.

Накатили слезы. Она не могла удержать их.

– Проснись. Ты должен проснуться!

Он был неподвижен.

– Нет, ты не можешь так поступить, - рыдала она.
– Не уходи. Не уходи, не оставляй меня здесь, - взяв его уже остывающую руку в свою, она прижала ее к груди, прислоняясь к нему лбом.
– Мне так жаль.

Сперва она не заметила, как руки Айзека обхватили ее, и он погладил ей плечо, его большая рука сильным рывком встряхнула ее от горя. Она затихла, прижавшись к его рукам, пока он не отпустил ее.

Он взял ее за руки, отрывая их от запятнанной кровью ткани рубашки Люка. Она закрылась в себе, но король остался с ней, говоря что-то низким голосом. Грета не знала что. Это даже не имело значения. Его гипнотический, успокаивающий голос слегка притуплял боль.

Через долгое время, он поднял ее и начал выводить из круга. Тяжесть горя сдавила ей грудь, затрудняя дыхание.

– Нет, я не могу уйти. Я не могу оставить его там совсем одного.

– Я думаю, что твой патер больше всего хотел бы успокоиться здесь, в лесах. Он теперь наедине с Великой Матерью и никогда больше не будет один, - Айзек сделал паузу и сжал ее руку.
– Я могу позаботиться о нем за тебя, но, может, тебе стоит подождать в карете.

Она покачала головой и приложила усилия, чтобы снова сосредоточиться, вернуть контроль над собой.

– Нет, я справлюсь с этим. Остаться с ним до конца - меньшее, что я могу сделать.

Он мгновенье смотрел на нее, прежде чем кивнуть:

– Хорошо. Я пойду в дом и возьму лопату. Никуда не уходи.

Куда я могла пойти?

Когда Айзек ушел, Грета снова вернулась к Люку. Увидев темные пятна, пачкающие его лицо, она схватила чистый край простыни и вытерла кровь настолько тщательно, как только могла, но та уже высохла, затвердела и походила на темные родимые пятна.

Вернулся Айзек и настоял на том, чтобы копать самому. Он остановился только единожды, чтобы снять свой тяжелый плащ и закатить рукава белой батистовой рубашки. Когда яма была достаточно глубока, он взял Люка на руки и опустил в свежую могилу.

Грета поднялась на дрожащих ногах и прошлась по траве, которая стала коричневой и хрустящей теперь, когда магии поддерживающей в ней жизнь среди вечной зимы Милены не стало. Когда последняя лопата грязи упала на могилу ее наставника, она отшатнулась к краю круга и метнулась к деревьям.

Грета преодолела может сотню ярдов, прежде чем упасть на колени и устремить взор в ночное небо, большими глотками втягивая воздух в легкие. Линия горизонта была темной тенью, не отмеченной бесконечными линиями электропередач или остроконечными верхушками тысячи небоскребов. Флора, также легко убивающая, как и питающая. Горы, которые отказывались сгибаться под любой силой, кроме пришедшей от Великой Матери. Все в этом месте было трудным. Беспощадным.

Она вытерла рукавом глаза и сделала глубокий вдох. Люк пытался ей что-то сказать, прежде чем умер.

Аграмон.

Аграмон.

Что это значит? Человек, место или предмет? Люк пытался назвать своего убийцу или передать какую-то из последний отеческих мудростей, которую она не восприняла, потому что она была не в своем уме, пока он истекал кровью?

Сзади к ней подошел Айзек:

– Ты в порядке?

Грета покачала головой, зная, что если произнесет хоть слово, то снова потеряет контроль, и заставила себя вернуться в дом.

Смотри на это, как на любую другую работу. Ты охотишься на монстра. Именно этому обучил тебя Люк.

– Здесь ничего для тебя нет.

– Я еще не могу уехать. Должно быть что-то, что подскажет, кто сделал это с ним.

Он стоял за ее спиной, пахнущий теплом и жизнью, свежей землей и потом.

– Любой мог войти сюда, - сказал он, касаясь её плеча.
– Один из Потерянных. Или, возможно, бродяги.

– Я так не думаю, - кровь на полу засохла круглыми темными каплями, это оставляло яркие пятна на натуральной древесине.

Ни одно существо из Потерянных не могло бы сделать этого. Все выглядело слишком расчетливым.

– Я думаю, Люциус знал, кто это был. Он пытался сказать мне, когда я нашла его. Он назвал - Аграмон, - она обернулась, чтобы хмуро взглянуть на Айзека.
– Ты знаешь, что это значит?

Глаза Айзека расширились. Прежде чем она успела спросить, что он знает, он схватил ее за руку и начал тянуть к двери, его брови сошлись в одну линию.

– Что это?

– Здесь небезопасно. Если он найдет тебя...

Значит, Аграмон был человеком. Она вырвалась из его хватки.

– Что ты знаешь о нем?

– Я знаю, что он придет за тобой.

Она напряглась:

– За мной? Почему я? Этот парень убил Люциуса из-за меня? Откуда ты знаешь?

Он потер шею и уставился на нее, словно пытаясь решить, сможет ли он перебросить девушку через плечо.

– Он послал своих гномов, чтобы сделать это за него. И, в основном, они действуют своим способом.