Чтение онлайн

Работавший за своим столом Кашелотов заметил, как дверь в кабинет приоткрылась, кто-то осторожно заглянул и снова притворил дверь. Потом снова заглянул. Это уже мешало.

– Да кто там?

Нерешительно вошел лейтенант, только что прибывший с боевыми машинами.

– Я искал, товарищ полковник...
– начал он и запнулся.
– Я прибыл с пятью боевыми машинами на ремонт...

– Ну!..
– сказал сурово Кашелотов. Ему не понравилось, что лейтенант чего-то не договаривает. Завод перегружен. Пусть устраиваются, как все, и ждут своей очереди.

– Нам очень они необходимы. Ожидаются тяжелые бои, а батареи в полку не имеют полной огневой мощи, - волнуясь, сказал лейтенант.

И это все Кашелотов уже сотни раз слышал.

– С какого фронта?
– Антон Иванович привычно повернулся назад к карте.

– С Северо-Западного...
– негромко проговорил лейтенант.

– Э-э... У вас там и делать нечего. Все без перемен. Вот на юго-западе и юге - там наступают!
– голос полковника зазвучал бодро.
– Значит, вот туда-то и надо в первую очередь.

Он взглянул на лейтенанта, улыбнулся и опустил голову, явно показывая этим, что разговор окончен.

Приезжий, отдав честь, направился к двери.

– Товарищ полковник, у вас лейтенант служит. Не скажете, где его найти?

– Где-то здесь. Кажется, в цехе.

Но я уже обнимал гостя - Женю Богаченко.

– Как я рад! Пойдем...
– я потянул его к двери.

– Зачем? Куда?
– вдруг проговорил Антон Иванович.
– Какие там у вас могут быть секреты? Садитесь вот на диван и беседуйте. Мне тоже интересно послушать о фронтовых делах.

Радостно улыбаясь, мы сели.

– Ой! Да ты с палкой!
– Богаченко жалостливо смотрел на меня.
– Хромаешь?

Как раз в эти дни рана моя совсем затянулась, на душе было легко.

– Скоро брошу! Я сейчас хожу с палкой, потому что ногу оберегаю. Через недельку переломлю палку и закину.

– И к нам обратно?

Я глазами показал на Кашелотова, давая понять, что при нем на эту тему говорить не стоит.

– Ну, давай, выкладывай новости... Оказалось, что в полку теперь командир новый - гвардии подполковник Кузьменко.

– Неплохой мужик!

– Ну и Виниченко был отличный!
– горячо вставил я.

– И этот неплохой. Васильев и Баранов теперь командуют дивизионами.

– И правильно!

– Бурундуков о тебе часто вспоминает.

Мы оба залились смехом, усмехнулся и Кашелотов, который о многом уже был наслышан.

А Женя между тем рассказывал.

Сразу же после ликвидации Демьянского плацдарма полк переместился под Старую Руссу и до сих пор действует там. Только что закончились очень тяжелые и безрезультатные бои, оккупантов из Старой Руссы выбить не удалось. Укрыты несколькими накатами бревен и земли, да и бронеколпаков у них немало, огневые точки выдерживают даже тяжелые снаряды. Снова в воздухе много "юнкерсов". Эти пять установок, которые привез Богаченко, пострадали в последних боях от фашистских бомб.

– Как же их побыстрее восстановить?
– задал Женя вопрос, который я уже ждал.

Наступило молчание. Желание во что бы то ни стало помочь полку заполнило меня всего. Поскорее вернуть батарейцам, которые сидят сейчас сложа руки, их боевые машины; Женя, конечно, расскажет всем, что я здесь не просто сижу балластом. И если не могу быть сейчас с ними, то хоть такое нужное дело сделаю. Но понимает ли Богаченко, как это трудно? Ведь завод еле тянет спущенный громадный план. Да еще кругом кричат: "Все для наступающих фронтов!" Вот если бы Кашелотов захотел!

– Не знаю, - первым заговорил я и взглянул на Антона Ивановича.
– Как, товарищ полковник?

Рассказ Богаченко явно поколебал Кашелотова. Он очень живо слушал и теперь задумался.

– Если бы вы хоть успешно наступали, - протянул он, - тогда было б основание отремонтировать их вне очереди, а так... Впрочем, сходите в цех, поговорите с Юдиным, что он скажет. Может быть, по одной машине как-нибудь пропускать?

Мы вскочили и направились к дверям.

– Если ни о чем не договоритесь, то позвоните, - крикнул нам вслед полковник.

Весть о том, что прибыли на ремонт машины из полка, в котором я воевал, уже облетела цех. В кабинет Юдина набилось немало народу. Кое-кто из рабочих, мастера, служащие нашей военной приемки. Все оживленно расспрашивали Богаченко, какие узлы наиболее пострадали, рассуждали о том, что можно отремонтировать, а что необходимо менять. Один Юдин молчал. Сидя за своим столом, наклонив голову, о чем-то думал.

А у меня кровь прилила к лицу: так волновался. Как уговорить Юдина побыстрее начать ремонт? Его право просто отрезать: не могу и так цех перегружен. И все! Мне пришла мысль сыграть на его самолюбии, как начальника цеха. Если наши установки делали здесь, на заводе, то он может и клюнуть. За честь своей марки он горой стоит. Я спросил об этом Богаченко.

– Кажется, здесь получали, - неуверенно ответил Женя, - или в Москве. Васильев тогда за ними ездил.

– Надо узнать. Если нашего завода, то с ним тогда будет легче разговаривать, - я показал взглядом на Юдина.

– Наши, наши, - неожиданно подсказала сидевшая сзади нас Таня.
– Я смотрела. Это было уже легче.

– Машины нашего цеха, Алексей Иванович, - закинул я удочку.

– Нашего? Да? Сам понимаешь, какая у нас перегрузка, - медленно и как бы нехотя ответил Юдин.
– Да и многих деталей и узлов, наверное, не наберем. Понадобятся и такие, что только-только на план имеем.

Теперь все замолчали и внимательно слушали.

– Это мы быстро разберемся и составим дефектную ведомость, - заговорила Хавлова.
– Главное, сейчас решить - беремся их сразу ремонтировать или нет?

– То-то и оно, что решить...
– Юдин все тянул. Вот взглянул на Богаченко.
– Да вам ведь и не к спеху. На Северо-Западном без перемен.

И он, как Кашелотов! Я хотел было вскочить и рассказать, какой это трудный фронт, но меня опередил Богаченко.

– Эти машины пострадали в очень тяжелых боях!
– взволнованно сказал Женя.
– А в ближайшие дни активные боевые действия снова возобновятся.

– Надо бы сходить самим и посмотреть машины, - опять уклончиво проговорил Юдин.

– Я уже все осмотрела и записала, - неожиданно вставила Таня.
– У двух машин - заменить направляющие, сменить подъемный механизм у одной...
– она перечислила основные дефекты.

А я слушал ее, преисполненный чувством благодарности.

Присутствующие оживились, а Юдин все больше хмурился.

– Ну вот видите, - сказал он сразу после Тани.
– Где уж тут быстро сделать.

– А сделать надо!
– выкрикнул от дверей кто-то из рабочих.