Чтение онлайн

Однажды вечером Иван Комаров, который очень любил поговорить о девушках, с аппетитом проглотив пачку печенья "Пушкин", принялся в который раз разыгрывать Женю Богаченко.

– Молодой человек! А скажите-ка, пожалуйста, кем вам приходится та черненькая гражданка?

– Какая еще гражданка?

– Да вот та, с которой вы разговаривали через ворота дня три назад.

– А-а... Я ведь тебе сто раз говорил - знакомая! Учились вместе в школе...
– несмотря на то что беседа с Иваном ничего хорошего не сулила. Жене все же очень хотелось поговорить о знакомой, видно была ему дорога.

– Та-ак!.. А какие у вас взаимные отношения? Ну-ка покажи еще раз фотокарточку!

– Ага, так я и разбежался.

Карточку Ивану доверять было нельзя. В первый раз, когда Женя показал заветную фотографию, Иван Комаров преспокойно положил ее в карман и получить ее обратно удалось только ценой унизительных просьб и домашних лакомств, пошедших в утробу ненасытному Ивану.

– Дашь фотокарточку или нет?!
– мучитель с веселой угрозой потянулся к Жене. Сейчас схватит за руки, начнет трясти.

– Товарищ помкомвзвода, что этот жеребец привязался!
– закричал доведенный до точки Богаченко.

Тоже нашел к кому обращаться за помощью. Мишка Будкин сделал вид, что не слышит. Неожиданная помощь пришла со стороны старшины Шустрова, который хотя и совсем не благоволил к Богаченко, но справедливость ценил.

– Комаров, прекратите! Батарея, приготовиться к построению!

К выходу в поле на тактические занятия Шикунов и Шустров начали готовиться заблаговременно.

Стереотрубы, буссоли, теодолиты, рации, телефонные аппараты, лопаты, карабины - словом, все личное оружие, приборы и аппараты, шанцевый инструмент ждали курсантов. Старшина показал, как надо свертывать шинель в скатку, и все, кто внимательно следил за старшиной, скатали свои шинели быстро и надежно. А вот у Богаченко скатка не получалась. Мягкая, неровная, стоило немного потрясти и она рассыпалась. Развалясь на табуретке и вытянув ноги, Комаров с интересом наблюдал за муками соседа.

– Что?.. Старших всегда надо слушать... Это тебе не конфетки глотать! наконец удостоил он своим замечанием Богаченко, и тот жалобными глазами взглянул на Ивана.

– Ладно уж. Давай сюда.

Комаров, став на одно колено рядом с Богаченко, быстро и ловко скатал шинель.

Вот она... Готова. Твердая и ровная, овальная, как хомут. Действительно, не курсанта, а лошадь в нее запрягай!

Счастливый Женя достал пакетик с конфетами.

– На, пожалуйста, сколько хочешь!

– Нужны они мне, - сказал Иван, но передумал и протянул мне и Будкину. Угощайтесь. Заработано честным трудом...

Вскоре взвод вышел на тактические занятия. ...Берег, на котором мы находились, высился над уровнем реки, противоположный берег был совсем низким, и хотя оттуда нас все равно не было видно, мы, напрягаясь из последних сил, поползли. Нелепо качались на спинах огромные футляры с приборами. Задыхаясь, один за другим сваливались на дно траншеи, вырытой для обороны столицы.

– Прямо перед собой на берегу перевернутая лодка, - показал командир, и мы навели на нее стереотрубы и бинокли.
– Ориентир No 1. Курсант Комаров, продолжайте.

– Ориентир No 1, - сразу же начал Комаров, - вправо 0-35, дальше двести. Отдельное дерево. Ориентир No 2.

– Сержант Будкин.

– Ориентир No 2, вправо 0-40.

– Курсант Богаченко.

– Ориентир No 3, - сказал отчетливо Женя, - вправо 0-30, дальше сто. Отдельно стоящий автомобиль "пикап". Ориентир No 4.

– Отставить!
– произнес Шикунов.
– Ориентир должен быть надежным, а этот...
– Договорить он не успел. "Пикап" быстро поехал по дороге к ориентиру No 3. Все засмеялись.

Я хотел подсказать выход растерявшемуся Женьке, но Будкин опередил меня.

– Никаких подсказок. Вы где находитесь, товарищ курсант?

Между тем Женя взволнованно закрутил стереотрубой и, еще дважды сбившись, все-таки быстро выбрал подходящий ориентир - трубу котельной.

Так наметили и зарисовали схему ориентиров. Во время перекура ко мне как-то боком подошел Мишка.

– Что губы надул? Служба есть служба.

– Иди ты...

– Разговорчики!.. Забываетесь, товарищ курсант, - кажется, он не шутил.

– Виноват, забылся, - сказал я не без иронии.
– Учить человека надо, а не задергивать вконец.

Намотав в пешем строю не один десяток километров, возвращались в казарму. Песен не пели. Иван Комаров едва передвигал ноги. А Богаченко, тот и вовсе не мог идти, двигался машинально. Дня два назад Женю приглашали на заседание комсомольского бюро батареи. Члены бюро долго разбирались, почему комсомолец Богаченко имеет взыскания и отстает по многим видам боевой подготовки. Женя дал слово подтянуться.

Сейчас ему было тяжело. Он крепился изо всех сил, и все равно отставал, то и дело выходил из строя на обочину.

Будкин уже долго держался с ним рядом, а потом окликнул и нас. Мы взяли у Жени стереотрубу и карабин, и ему стало полегче. А вскоре показалась и знакомая надпись над воротами: "Тяжело в ученьи - легко в бою".

Москва родная!.. Красная площадь, Пятницкая, парк имени Горького, Москва-река... Но за училищным забором, кроме колеи железной дороги и верхушек деревьев кладбища, ничего не видно.

Все приглушено, замаскировано. Ни искры света. В небе сеть аэростатов. Суровая и озабоченная, тревожная военная Москва.

Враг у ворот!..

– Танки справа!..

– Танки слева!..

Гремят тяжелые станины пушек, со звонким гулом ударяются о землю. Длинный мощный ствол бороздит пространство, отыскивая эти невидимые танки врага, стучит тяжелый снаряд о казенник, громко лязгает замок.

– Новые системы, наверно, еще не так покрутить придется, - говорит на перекуре лейтенант Шикунов и, прикончив окурок, командует:

– Расчеты, к бою!.. Танки сзади!..

В полдень в широко распахнувшиеся училищные ворота быстро въехали и понеслись по асфальту плаца в дальний угол артпарка странные военные машины. Казалось, они нагружены понтонными средствами.

– Они!..
– пронеслось по училищу.

Новое оружие прибыло!

В этот день наша батарея заступала в наряд по училищу.

Поспав после обеда, принялись начищать сапоги, подшивать подворотнички, драить на фанерках пуговицы.

– Ты знаешь, что заступаешь не на восьмой, а на четырнадцатый пост? неожиданно спросил меня Будкин, который шел в наряд помощником начальника караула.