Чтение онлайн

Он прекрасно планирует время, всегда у него заготовлен бесконечный список дел. Повышенное чувство ответственности не дает ему покоя, и часто он впадает в состояние паники по поводу несделанных дел. Циклотимик посоветует ему плюнуть на все, эпилептоид расскажет, как переложить обязанности на плечи других, шизоид пожмет плечами и предложит сыграть в шахматы.

Астеник необычайно пунктуален, ненавидит опаздывать и приходит немного раньше назначенного времени.

В доме у него идеальный порядок, все лежит на своих местах, каждую мелочь он может найти с закрытыми глазами. Все спланировано, предусмотрено, лишь чувство непонятной, внезапно приходящей тревоги отравляет его, в общем–то, благополучную жизнь.

К невысокой сексуальности астеника приводит не только слабость нервной системы. Повышенная любовь к родителям, доходящая до психологической зависимости, направление либидо на родителей также препятствуют нормальному развитию сексуальности.

Особенностью сексуальной жизни астеника является нежелание вести дискуссии по поводу интимной жизни. Если он испытывает какое–либо неудобство или дискомфорт, он не решится высказать это вслух.

Кроме того, сексуальная жизнь астеника необычайно зависит от стрессов и психологического климата в семье. Если циклотимик, эпилептоид и шизоид проявляют свою сексуальность вне зависимости от того, уплачено по счетам или нет, хорошее настроение у начальника или нет, пришел ли сын–подросток в 10 часов или в 2 часа ночи, то у астеника все не так. Для проявления его сексуальности он должен быть отдохнувшим, в хорошем настроении (что бывает нечасто), его ничего не должно огорчать (что почти невозможно).

Если же происходит реальный стресс, интимные отношения супругов могут быть прерваны на несколько месяцев. Столь непростая сексуальная жизнь приводит к не–вротизации супругов и создает условия для возникновения фригидности у женщин и импотенции у мужчин.

Лишь на первый взгляд поведение астеника кажется однозначным. Оно амбивалентно, двойственно. Личность астеника представляет собой сложную структуру из хрупкого, почти неуловимого стержня, на который нанизаны оси.

Их полюсами являются признаки противоположные, казалось бы, исключающие друг друга. На полюсах оси находятся свойства, составляющие плюс и минус, сильную сторону личности и ее слабость.

Служение людям — тенденция к занятию низких рангов. Как только у астеника складывается иерархия ценностей и определяются жизненные цели, самой важной становится идея служения, увеличение потенциала добра в мире. Астеники стремятся служить другим, оставаясь незаметными. Возможность приносить добро другим доставляет им радость и успокоение.

Однако прекрасная идея служения другим часто оборачивается против ее обладателя. Она трансформируется в слабость, в тенденцию признавать права других людей на фоне умаления своих прав и подавления своих желаний.

Любое сообщество, любая социальная группа напоминают лестницу, где каждый занимает свою ступеньку, свой ранг. Оказываясь в дружеской компании, офисе, семье, человек делает заявку на занятие определенного ранга.

Эпилептоид стремится к власти, к занятию самых высоких рангов. Циклотимик гораздо спокойнее относится к идее доминирования, но его сильная нервная система, яркость и многогранность талантов, соединенные с высокой самооценкой, выносят его на верхние ступеньки иерархической лестницы.

Астеник отказывается от заявки на достойное место в любой иерархии. Он пропускает вперед в дверь, ведущую к власти, благам и самореализации, представителей всех других характеров. Ему кажется, что они умнее, достойнее его, лучше справятся с задачей.

Однако высокий интеллектуальный потенциал, обязательность, чувство долга, преданность идее могут вынести его на высокую позицию. Но она тягостна для астеника. Ведь занятие ранга не означает окончательного решения сложнейших социальных игр, разворачивающихся вокруг вопроса о власти. Ранг нужно удержать.

Для эпилептоида борьба за ранг составляет смысл его существования. Циклотимик расценивает ее как преодоление препятствий и возможность совершенствовать коммуникативные навыки.

Мысль о том, что нужно бороться за свое положение, за удержание ранга, демонстрировать силу, выдерживать давление со стороны других приводит астеника в ужас. Лишь подталкивание семьи и друзей удерживают его на высоких позициях, да и то он совершает этот подвиг не для себя, а для других.

Тенденция астеника к занятию низших рангов в любой иерархии проявляется на работе, где он, как правило, несмотря на свои выдающиеся интеллектуальные способности, оказывается в приниженном положении.

«Им приходится терпеть невнимание, обиды, даже унижение от лиц, выше их стоящих, в результате чего у них образуется громадный запас неизжитых мелких психических травм, создающий общий напряженный и окрашенный недовольством тон настроения»(2).

Даже в случае значительного интеллектуального потенциала астеник редко занимает кресло руководителя. Власть над людьми совсем не привлекает его, он страшится ответственности, ему трудно подчинять себе людей, нелегко поддерживать дисциплину.

Астенику сложно создать нормальные иерархические отношения в семье, среди друзей, родственников и людей малознакомых. Его душевная мягкость может восприниматься окружающими как ущербность, а его слабость провоцирует выплески агрессивности со стороны окружающих.

Любовь к людям — жертвенность, ощущение себя жертвой. Глубокий интерес к людям, сопереживание, умение увидеть мир глазами другого существа, войти в мозг, в кожу другого человека, понять его боль, одиночество и тотчас откликнуться желанием помогать, утешать, поддерживать — эти удивительные свойства пронизывают существование астеника.

Однако, соединенные с низкой самооценкой, постоянной готовностью к самоумалению, они легко переходят в жертвоприношение. И собственные интересы, собственные желания и часто сама жизнь легко приносятся в жертву другим.

Астеник не видит в этом подвига, его заниженная самооценка нормализует это самоуничижение. Астеник — человек удобный для окружающих. Он легко идет на самоумаление, доходящее до жертвенности. «Мы любим людей за то добро, которое мы для них делаем», — говорила княжна Марья Болконская.