Чтение онлайн

Я улыбнулась ей.

— Была там, сделала это, купила несколько футболок.

— Неужели? — Она выглядела удивленной.

— Эй, меня называли всеми именами под солнцем. Старшая школа — это сука, даже в лучшие времена. Еще хуже, когда ты один из нас, и я имею в виду не только магию. Приемным детям вроде нас с тобой приходится тяжелее, чем остальным. Кошачья мята для хулиганов.

Намек на усмешку приподнял уголки ее губ.

— Расскажи мне об этом.

Я жестом показала ей, чтобы она шла дальше, а остальные члены команды Отбросов повели детей в тюремный коридор.

— Я имею в виду, что они могли бы дать нам руководство или что-то еще, чтобы сделать это проще. Добавление магических способностей в приемную смесь — это чертов кошмар. Как-то раз я своим телекинезом бросала по классу возлюбленного, он неделю не ходил в школу с сотрясением мозга. Как ты можешь себе представить, в тот год меня не пригласили на выпускной вечер для младших.

Она усмехнулась.

— А как тебя зовут?

— Харли Мерлин, рада с тобой познакомиться. — Я протянула ей руку и пожала ее, и мы обе рассмеялись над этой формальностью. Перерыв в напряжении был приятным, хотя я знала, что должна была испортить его еще большим количеством вопросов. — Ну и как же тебя поймали, если ты сумела убежать от Райдеров?

— У Кэтрин повсюду свои приспешники. — Выражение ее лица омрачилось. — Мне удалось спрятаться на пару дней, но один из ее людей поймал меня, когда я шла за едой. Было уже поздно, около трех часов ночи, и я была достаточно глупа, чтобы думать, что ночь даст мне какое-то прикрытие. Он ждал, когда я выйду. Он схватил меня прежде, чем я успела убежать, связав все мое тело этой светящейся веревкой, чтобы я не могла сбросить ее и убежать от него. Он бросил меня в багажник своей машины и отвез на это старое ранчо в горах. Именно там нас держала Кэтрин, прежде чем отвезти в старый паромный порт.

— Ты знаешь, кто был этот парень?

Она кивнула.

— Кеннет Уиллоу. Чертов предатель. У этого подонка чертовски сильный комплекс превосходства, он расхаживает по дому, как надутый павлин, думая, что он самый большой «я». Он хочет быть правой рукой Кэтрин, но он просто идиот. Он все время пытался что-то сделать со мной, но эта штука с регеном очень пригодилась, когда ты не хочешь, чтобы тебя трогали. В конце концов, я достаточно напугала его, чтобы он остановился. Кроме того, Кэтрин сказала, что опалит ему яйца раскаленной ложкой, если он снова подойдет ко мне слишком близко. Оказывается, она вообще не большая поклонница парней, хотя это не помешало ему попробовать.

Я нахмурилась.

— Неужели?

— Да, судя по тому, что я видела, большинство ее помощников — женщины. Во всяком случае, те, кто входил в ее ближайшее окружение.

— Эй, подожди меня! — крикнул один из охранников, заставив нас остановиться у входа в Кид-Сити. — Сейчас подъедет еще одна машина.

К дому подъехал еще один внедорожник. Я оглянулась через плечо Луэллы, мое сердце бешено колотилось в предвкушении. Пожалуйста, пусть это будут Эндрю и Дензел… Ну же, пусть они все будут в безопасности. С пассажирского сиденья вышел офицер и направился к задней двери. Еще один вышел из-за машины, держа в руках что-то похожее на электрошокер. Сбитая с толку, я ждала, когда они откроют дверь. Зачем им понадобилась ударная палка для детей?

Мое замешательство усилилось, когда они вытащили фигуру с заднего сиденья. Теперь я поняла. Это был не ребенок, а сам Кеннет Уиллоу. Два офицера потащили его к парадным дверям Научного Центра, его лицо исказилось в гневной маске, когда он набросился на них. С парой атомных наручников на запястьях он ничего не мог поделать.

Каково это, чувствовать себя беспомощным, Кеннет? Каково это, когда у тебя отнимают свободу? Он сделал то же самое с этими детьми, и я никогда не прощу ему этого. Его приемные родители чуть не погибли из-за его действий.

Он нахмурился еще сильнее, когда наши взгляды встретились.

— Это ты! — он сплюнул.

— Я, — ответила я.

— Кэтрин увидит, как ты сгоришь за это!

И что, никакой «Кэти»? Вы слишком низко стоите в ее рядах для этого?

— Ты не в том положении, чтобы угрожать, — спокойно сказала я.

— Культ Эрис придет за всеми вами, и наша всемогущая богиня уничтожит вас и все подобные места до основания. Она заставит вас молить о пощаде, и она все равно заберет ваши жизни. Она — богиня раздора. Она принесет новый мировой порядок, и ни один из вас не будет достоин места в нем.

Я улыбнулась ему.

— Культ Эрис? Звучит как плохой фильм.

— Мы всемогущи! — он взвыл, тряся плечом так, что рубашка съехала набок. В центре его груди красовалась золотая татуировка. Плоть вокруг нее была покрыта шрамами и побагровела, вызвав внезапное, ужасное осознание: Кэтрин вылила расплавленное золото на его кожу, чтобы сформировать эту отметину. Я пригляделась внимательнее, отмечая замысловатые узоры, которые складывались в форму яблока, напоминая мне рисунки аборигенов — точки, линии и кривые, создающие общую картину. Металл и плоть объединились, чтобы создать этот ужасающе красивый образ.

— Яблоко? — Это был какой-то райский сад, что-то вроде начала света? Это никак не вязалось с греческой эстетикой Кэтрин.

— Яблоко раздора, — сказала Астрид, появляясь рядом со мной. — Он уже давно связан с богиней Эрис. Я читала об этом некоторое время назад, когда изучала Детей Хаоса. Существует давнее убеждение, что, хотя мы знаем только о Гее и ее четырех детях, на самом деле их гораздо больше. Эрис часто упоминалась как одна из них. Греческие боги особенно часто пользовались большим влиянием этих детей. Тогда я не думала, что это будет иметь какое-то значение, но теперь… я думаю, она использует его как свою эмблему.

— Она и с тобой так поступила? — Я взглянула на Луэллу.

Она покачала головой.

— Мы еще не были посвящены.

— Слава Богу, — пробормотала я, представляя, как эти дети будут страдать из-за этого.

— Тебя бы никогда не посвятили, — прошипел Кеннет. — Ты же отброс! Ты заслуживаешь всего, что тебе причитается. Как только наша богиня достигнет вершины своего могущества, вам всем конец. Она будет смотреть, как вы все горите, и будет смеяться, когда свет погаснет в ваших глазах!

— Довольно! — крикнула я, оказавшись, нос к носу с Кеннетом. — Ты не должен больше ничего говорить, пока мы не позволим! Ты меня понял?

— Только попробуй заставить меня замолчать, — ухмыльнулся он.

Я холодно улыбнулась ему.

— О, я последний человек, с которым ты хотел бы попытать счастья, Кеннет. — Я посмотрела на охранников, которые его держали. — Отведите его к Элтону. Проследи, чтобы его поместили в безопасное место, подальше от остальных. Я не хочу, чтобы он увидел дневной свет, пока не будет готов рассказать нам все, что он знает о Кэтрин и ее культе, — сказала я, затем снова переключила свое внимание на Кеннета. — Никто не придет тебя спасать. Кэтрин бросила собственного сына гнить в тюремной камере, неужели ты думаешь, что она хоть пальцем пошевелит, чтобы помочь тебе?