Чтение онлайн

— Что у вас там на Большой земле слышно-то?

— Ничего не слышно. Что везде, то и у нас. Вопрос у меня к тебе: есть тут у вас проповедник один, Сашкой кличут. Не знаешь, как его найти?

— Сашка-проповедник? — Хозяин почесал лоб ладонью. — Не знаю такого. Но ты в храм зайди, там точно знают.

— А где этот храм?

— Недалеко отсюда. Со двора выйдешь, иди направо, мимо большого дома, у которого на крыше буквы: "СЛАВА ТРУДУ!". Дойдешь до конца улицы, сверни направо и топай вдоль трамвайной линии. Выйдешь к рынку, а там и храм рядом — его купол с рынка хорошо видно.

Зих кивнул благодарно, снова запустил пальцы в миску. Уже давно ему не приходилось так вкусно и сытно есть. Покончив с мясом, он допил остатки спирта, вытер жирные пальцы о комбинезон и полез за патронами. Хозяин с довольной улыбкой сгреб патроны со стойки и сунул в карман.

— Спасибо, — сказал Зих. — Если не найду места получше для ночлега, к тебе вернусь.

— За твои деньги хоть Луну с неба, папаша. Милости прошу к нашему шалашу.

На улице было холодно и ветрено, с серого неба летела мелкая снежная крупа. Зих вдохнул холодный воздух, полез за сигаретами. Давешний сивый алкаш уже был тут как тут.

— Слышь, браток, не угостишь сигаретой? — зашептал он.

— А не пошел бы ты, родной? — Зих одарил сивого тяжелым взглядом. — На выпивку у тебя нет, курева у тебя нет. Не кури и не пей, коли нечего.

— Да я понимаю… ты извини, конечно… но все-таки…

— Отвали, нет у меня курева, — Зих зажег сигарету и пошел искать храм Наследников.

Дома вдоль улицы, которой шел Зих, неплохо перенесли эпоху запустения. Лишь один или два были частично разрушенные, остальные сохранили почти довоенный вид — только почерневшие стены с отвалившейся штукатуркой да лишенные рам черные провалы окон и входов в подъезды делали их похожими на облезлые, закопченные черепа, глядящие на Зиха пустыми глазницами. Охотник быстро нашел дом с буквами "СЛАВА ТРУДУ!" на крыше — правда, часть букв отвалилась, и патетическая надпись читалась теперь, как"..ЛАВ… ТРУ..У!" Если бы Зих знал английский язык, он мог бы посмеяться над забавной и неожиданной игрой слов, но охотник английского не знал, поэтому пошел дальше, стараясь держаться расчищенной от мусора стороны улицы. На стенах он видел расклеенные листовки, частью отпечатанные в типографии, частью написанные от руки — это были правила поведения для жителей Каменного Леса, наглядная агитация, что-то типа "Пользуйся дозиметром, выходя из дома!" или предупреждения вроде "Мародеров и людоедов убиваем на месте!" Зих читал их, шел дальше. Особенно много листовок было расклеено на фасаде бывшего кинотеатра "Луна" — тут Зих снова увидел плакат с солдатом и ребенком, а еще прочитал напечатанный огромными заметными издали буквами слоган следующего содержания:

"КОМИТЕТ ВОЗРОЖДЕНИЯ ЗНАЕТ, КАК СДЕЛАТЬ МИР ЛУЧШЕ!"

Час был ранний, поэтому людей на улице почти не было. У кинотеатра Зих увидел молодую женщину, закутанную в огромный вязанный из шерсти мутапса платок с ведром в руке — женщина, по всей видимости, вышла за водой. Зих заговорил с ней, спросил, как пройти к рынку, и женщина подтвердила, что охотник идет правильно. Лицо у нее было спокойное, темные глаза смотрели на Зиха без настороженности и враждебности. Видимо, люди тут чувствовали себя достаточно защищенными. Закурив, охотник пошел дальше и вскоре вышел к трамвайной линии. Здесь людей было больше, и все они шли в одну сторону — Зих решил, что на рынок, и не ошибся.

Звуки бодрого мужского голоса он услышал задолго до того, как подошел к площади. Голос разносился из репродуктора, установленного на деревянном столбе посреди утопающей в жидкой грязи площади. Несколько человек стояли и слушали, что говорит бодрый голос.

— Народная память донесла до нас сложенную в глубокой древности мудрую притчу о старом отце и его сыновьях, — вещал голос. — Ибо отец, желая показать своим детям пример единения, велел принести ему по ветке от дерева. Сложив ветки в пучок, отец предложил сыновьям переломить этот пучок, и никто из сыновей не сумел этого сделать. После отец роздал каждому по ветке и велел попробовать сломать свою ветку, и сыновья с легкостью это сделали. "Видите, — сказал отец после этого, — одинокую ветку переломить легко, но если сложить тонкие хрупкие ветки в пучок, никакая сила не переломит его. Лишь в единстве залог силы, лишь в согласии путь к спасению!" Лучше не скажешь — только вместе со всеми людьми нашей планеты мы можем выстоять и преодолеть последствия невиданной катастрофы, поразившей весь мир. Мы всегда стремились к единству и никогда не отступим от наших принципов, от трех великих ценностей, на которых держится вся наша политика. Вот они, эти принципы — Единство, Созидание, Милосердие. Только через соблюдение этих принципов мы можем возродить этот мир. Только через единение всех людей, через созидательный упорный труд и милосердие мы придем к нормальной, достойной нас жизни. В единении мы обязательно сумеем возродить нашу несчастную Мать- землю, обожженную Армагеддоном, мы сумеем дать каждому надежду и показать путь к счастью и созиданию. И очень горько, что есть те, кто не понимает этих простых и понятных всем истин. Те, кто прикрываясь псевдопатриотическими лозунгами, преследует свои корыстные властолюбивые интересы, восстанавливает друг против друга народы, и так настрадавшиеся в последние десятилетия. Эти люди не думают о других, им все равно, как живут ваши дети, что сегодня у вас на столе, и ложитесь ли вы каждую ночь спать с чувством уверенности в завтрашнем дне. Они сидят в безопасных бункерах, куда нет доступа хищным мутантам и выродкам из кланов Диких, где много продуктов, лекарств, чистой воды, где тепло и безопасно, и вспоминают о вас только в своих корыстных интересах. Их эгоизм, бездеятельность и цинизм возмутительны, но при всем этом они смеют обвинять нас в узурпации власти, в том, что мы продаем эту землю чужеземцам. Какой цинизм, какая слепота!

Голос надрывался дальше, но Зиху было уже не до громких речей — к нему подошли патрульные в одинаковых стелс-комбинезонах и шлемах, точные копии солдат, упокоенных им у силосной башни.

— Кто таков? — спросил один из них.

— Охотник я, — Зих попытался разглядеть глаза солдата за черным зеркальным забралом шлема, но увидел в нем только свое отражение. — Пришел в город по делу.

— По какому делу?

— Ищу проповедника Наследников по имени Александр. У меня весточка для него от близких.

— У тебя есть разрешение на ношение оружия?

— Нет.

— Следуй за нами в комендатуру, там оформим тебе нужные бумаги.

Зих решил не спорить. Солдат было двое, оба с автоматическими винтовками, и они здесь хозяева. Комендатура находилась прямо на рынке, в двухэтажном здании с заколоченными досками окнами. На табличке у входа было написано: "Особый отдел охраны порядка". Внутри Зих увидел еще трех солдат — они сидели за дощатым столом и играли в карты. На втором этаже был кабинет коменданта. Сам комендант, лысый коренастый крепыш со стриженной бородкой, сидел у печки разутый и штопал шерстяной носок.

— Проповедника, значит, ищешь? — сказал он, выслушав Зиха. — Это в церковь тебе надо. Туточки рядом. Сам-то откуда?

— Городок Љ13.

— А, знаю. Гласкомовская вотчина. И часто вас наши доблестные армейцы навещают?

— Они нас не навещают. И мы их тоже.

— Еще бы! Им ведь не до вас, — комендант обкусил суровую нитку, натянул готовый носок на ногу и потянулся за стоявшими у печки берцами. — Надолго в город?

— Как получится. Может, насовсем захочу остаться.

— А сам чем промышляешь?

— Охочусь.

— Винтовка у тебя отличная. Где взял?

— Купил, — Зих начал терять терпение. — Я закон не нарушаю, знаю, как себя вести. Так что если нет ко мне вопросов, я бы хотел пропуск получить и по своим делам отправляться.

— Э, да ты не спеши так! Оно всегда интересно с новыми людьми поговорить. Ты как сюда добрался, без приключений?

— Почти. В Роднике на Диких натолкнулся, они там взяли группу сектантов. Хорошо, спецназовцы из Гласкома повстречались, так мы совместно Диких упокоили и святых освободили.

— Спецназовцы из Гласкома? — Глаза коменданта вспыхнули интересом. — Точно они?

— Точно. Шли на свою базу на Дальних озерах, вот и забрели на Родник, воды набрать, а тут такое дело.

— Интересно. И что дальше было?

— Ничего. Положили мы Диких, и военные на юго-восток ушли, а я в Каменный Лес подался.

— Тебе чего-нибудь военные говорили — куда идут, зачем?

— Они скажут, как же! Я только понял, они откуда-то с севера шли.

— Ну и что дальше было?

— А ничего. Нашел я по дороге на Родник два трупа, мужчины и пацана малого. При них вот эта книжка была, — Зих протянул коменданту сектантскую "Книгу Завета". — Вот и решил я весточку о покойниках родственнику доставить.

— А тебе-то корысть какая?

— А я верующий, — сказал Зих с самым невозмутимым видом. — И по моей вере принято последнюю волю усопшего выполнить, за то мне Бог в следующей жизни поблажку даст.