Чтение онлайн

– Обращение, как я понимаю, контролируемое? – спросил он.

Ян кивнул и ничуть не удивился, когда доктор попросил продемонстрировать полноценную трансформацию. С готовностью стянул линялую футболку с надписью «ФЕЯ» и, лишь на мгновение сосредоточенно нахмурившись, легко обратился в получеловека-полуптицу.

– Но вы не можете летать? – уточнил Давид, вспоминая личное дело.

Господь всемогущий, он два года изучал листы анализов этих существ, знал об их существовании, видел трансформации, но никогда по-настоящему ими не интересовался. Сейчас его удивило собственное безразличие. Кажется, он так старался быть объективным, непредвзятым учёным, что совсем забыл, каково оставаться простым человеком, способным удивляться чуду.

Ян же зажмурил один глаз, выдавая свою досаду:

– Нет. Кати, мой зоолог, говорит, что я физически не приспособлен для полётов, могу только планировать. Слишком слабые мышцы спины. И хоть при трансформации у меня и уменьшается объём костей, отчего я становлюсь легче, крылья всё равно маленькие, – он развёл руками, синхронно с ними чуть поднимая крылья. – Кажутся большими, но с моей анатомией для полётов они должны быть гора-а-аздо больше.

Давид удивлённо поднял брови: что он вообще знал об этих полулюдях, кроме состава крови и зон повышенной активности мозга?

– Какая насмешка судьбы, – задумчиво заметил он, – подарить вам крылья, но не дать возможности летать.

– Ничего, мою печаль разделяет целая популяция пингвинов, страусов, павлинов и куриц. С их поддержкой как-то полегче.

Ян лучезарно улыбнулся, возвращая себе человеческий облик.

– Зато при трансформации моё зрение становится в два раза лучше обычного, – добавил он.

Давид вообще не был заинтересован в этом ястребе, его ждали девушки, а он ждал их. Но любопытство исследователя взяло верх.

Два года назад, попав в «Нейм», подписав кучу бумаг о секретности и неразглашении информации и узнав, наконец, о химерах, он был в экстазе. Ничто из того, что он изучал прежде, не могло сравниться с этим. Невероятная загадка природы, чудо мироздания – и он стал к нему причастен. Мог изучать! Но первый энтузиазм поутих, и Давид потонул в рутине. Даже видя метаморфозы собственными глазами, он воспринимал их лишь как некий объём информации. Химеры стали для него набором данных, цифрами в строке «лимфоциты» и «эритроциты», длинными графиками ЭЭГ, чёрно-голубыми снимками МРТ.

И вот, возможно впервые за последние два года, Давид вновь взглянул на исследуемого с желанием узнать больше.

Следующим был Урса Марич, огромный, угрюмый мужчина, способный обращаться в медведя.

Для всех химер оставался справедливым закон сохранения массы: как и любая система, закрытая для переносов материи и энергии, тело химеры трансформировало ткани, сохраняя при этом общую массу. В «Нейме» не нашлось ни одного полузверя, способного трансформироваться в насекомое или в маленькую белку. Человек-пёс обращался в крупное животное, размером с человека. Отращивающий крылья Ян терял при трансформации часть объёма спины, грудных мышц, его кости истончались.

Урса был способен полностью обратиться в медведя ростом два метра и пять сантиметров, весом двести десять килограммов. В человеческом облике он достигал двух метров и тридцати сантиметров, имел широкий размах плеча, мощную грудную клетку, огромного объёма бёдра и ягодицы. Его вес всё ещё был двести десять килограммов. Этот человек одним взмахом руки мог отправить в нокаут даже самого опытного бойца MMA.

Беседа с ним заняла куда меньше времени, так как Урса был не столь словоохотлив, как Ян. Хотя его метаморфозы оказались весьма любопытными: он мог менять внешность и в человеческом облике, перераспределять ткани усилием мысли. Без труда увеличивал щёки, уменьшив плечи, или отращивал невероятные ягодицы, пожертвовав бицепсом. Это Давид знал из записей – просить Урсу продемонстрировать навык он не решился.

– Облик, в котором пришли, вы считаете своим обычным состоянием? – уточнил Давид, силясь сохранять нейтрально-скучающий тон.

Урса молча кивнул.

– Неконтролируемые трансформации случаются?

– Да… – проговорил он, чуть нахмурившись.

Давиду пришлось многозначительно поднять бровь, чтобы тот продолжил:

– Если больно, или если на эмоциях.

Серьёзно кивнув, Давид подумал, что не хотел бы встретиться с Урсой, когда тот «на эмоциях».

Третьей химерой, наконец, оказалась женщина. Её особенности были самыми скромными: лишь жабры на шее, благодаря которым она могла дышать под водой, а на руках и ногах у Лоры – так её звали – сформировались тонкие, почти прозрачные перепонки. Она не трансформировалась, поэтому, по её словам, была рада попасть в «Нейм» – это дало возможность спокойно общаться с людьми, не скрывая постоянно «проблемные участки тела».

Лора была высокой, крепкой, с густыми каштановыми волосами. Вероятность, что Давид видит перед собой Лотти, казалась ничтожной. Четвёртая дама, лисица, усилием воли отращивающая рыжий мех и пушистый хвост, тоже ни капли не походила на девушку, которую он искал.

Однако, несмотря на отсутствие результата, Давид остался доволен. Вернувшись в кабинет, он вычеркнул два имени из списка.

Позже приходили другие химеры. С одними он общался, на других просто смотрел со стороны. Среди них были и те, кого Давид замечал раньше, и те, с кем повстречался впервые. Несколько человек пришли, когда рабочий день уже давно подошёл к концу. Многие сотрудники лаборатории А-18 к тому времени ушли домой, но Марта, София и Ирма, а также Кито и Фантэ, остались. Давид окинул взглядом людей, что ожидали взятия крови, и разочарованно скривил губы. Никто из них не был похож на Лотти.

Но уходить он пока не собирался. Она могла явиться в любой момент.

Ближе к одиннадцати вечера пришли ещё две молодые женщины. Давид предполагал, что они окажутся последними.

Он прошёл в процедурный кабинет и внимательно посмотрел им в глаза. Вполне обычные на вид, не похожие на Лотти ни лицом, ни телосложением, обе глядели на Давида скучающе.

Устало потирая переносицу под очками, он вознамерился вернуться в свой кабинет. В этот момент сработала пожарная сигнализация. Работников оставалось немного, и начавшаяся паника оказалась не слишком разрушительной. Найти возгорание не удалось, и, по счастью, вода не брызнула непроизвольно – система пожарной безопасности в лаборатории отличалась от обычной. Капля воды здесь могла создать серьёзные проблемы, поэтому включалась только вручную либо при критических показателях температуры воздуха. Проверив на тепловизоре все ближайшие помещения, Давид спокойно вернулся к своему рабочему месту. Он начал собирать вещи, когда понял: ключ Лотти пропал.

Давид так и замер, сгорбившись над собственной тумбочкой, в которую переложил ключ накануне. Его там не было. Давид прикрыл глаза в попытке совладать с собой, затем распрямился и все же громко зарычал. В следующее мгновение заметил за стеклом многозначительный взгляд Марты. Двери кабинета оставались открытыми из-за системы безопасности, и она наверняка слышала его отчаянный рык. Но, вероятно, дьявольское пламя в глазах доктора Сезара удержало её от остроумных комментариев.

Он с силой захлопнул шкафчик, затем стянул белый халат, схватил с вешалки чёрное пальто и вылетел на улицу. Нужно было остыть. Сделав несколько кругов вокруг трёх корпусов «Нейма», он вернулся в лабораторный. На посту охраны попросил у дежурного показать видео с камер наблюдения.

– Вы должны были слышать, сработала система противопожарной сигнализации. А что стало причиной – неизвестно, – пояснил он свою просьбу.

Но охранник лишь развёл руками:

– Записей нет, доктор Сезар.

– Как – нет?!

– Что-то засбоило, с вашего этажа записей нет. Техники уже разбираются.

Давид возвёл глаза к потолку, терпеливо дождался, пока кровь перестанет наливать глазные яблоки, и сдержанно произнёс:

– Как только что-то прояснится, сообщите мне.

Давид ехал в лифте, сжимая кулаки. Его руки слегка дрожали. Не сумев совладать с собой, он ударил по блестящей металлической стене. В этот момент двери открылись. Перед ним стояла Марта, которую он окинул сердитым взглядом.