Чтение онлайн

Как бы там ни было, сегодня Диана весьма ласково отзывалась на любые знаки внимания моего братца и даже не смотрела в мою сторону.

Нет, конечно, было бы странно и навело на определенные мысли у окружающих, если бы она глаз с меня не сводила, но все же…

Я кидаю еще один взгляд на нее, спящую, и удаляюсь прочь. Гордей любит Диану, она его будущая жена, а я так и не понял, что чувствую по отношению к ней.

Вряд ли я способен на любовь, ведь, как подметила Бэлла несколько лет назад, у меня атрофирована функция любить.

И я не могу с ней не согласиться. Никогда не верил в эту брехню насчет высоких чувств. Просто невинность и юность Дианы пробудили во мне древние инстинкты хищников: я захотел ее и получил.

Единственное, что не дает мне покоя, так это то, что я все еще хочу этого ангела. До скрипа в зубах, до стиснутых кулаков. Хочу так сильно, что самому становится страшно от той власти, которой обладает надо мной Диана: одно ее слово или взгляд, и я пойду на все, только чтобы быть с ней.

С горькой усмешкой качаю головой. Подумать только, Кирилл Тигунов в три часа ночи сам для себя проводит сеанс психотерапии. Докатился!

Со мной такого не было давно, и это, честно говоря, мне не нравится.

Уже давно я понял, что любая зависимость делает нас слабее. Особенно зависимость от другого человека.

Глава 25. Диана

Зависимость делает нас слабее. Взять хотя бы курение, к которому я всегда была равнодушна. Человек порой не способен продержаться и часа, чтобы не затянуться сигаретой. В этом же ряду зависимость от алкоголя, наркотиков, еды…

Но, как оказалось, есть зависимость пострашнее. Нет сил врать самой себе. Всем привет! Меня зовут Диана, мне двадцать два года, и я не могу перестать думать… о своем боссе, Кирилл Андреевиче. Который по злой иронии судьбы оказался еще и сводным братом моего парня.

Всю ночь я пытаюсь прогнать мысли о Кирилле, пытаюсь поспать, но тщетно. В итоге наутро я просыпаюсь в совершенно разбитом состоянии. Когда я спускаюсь на завтрак, там уже все в сборе, не хватает только Гордея.

— Доброе утро! — приветствую я сидящих за столом.

— Доброе, Диана, — отвечает Эдетта без тени улыбки на лице и кидает недовольный взгляд на мои короткие шортики и белую футболку.

Вот ведь чопорная мымра! Интересно, что бы ее устроило? Паранджа до самых пят?

Краснов-старший ограничивается небольшим кивком.

— Привет, — здоровается Кирилл непринужденно, не отрываясь от чтения свежей прессы.

Его тактика «игнора» сейчас очень кстати, хоть я и до конца не уверена в том, что он решил так просто оставить меня в покое. Неужели Кирилл ничего не станет говорить Гордею?

Семейка просто атас! Воздух насквозь пропитан официозом и важностью, но я и не строила иллюзий насчет теплого приема, поэтому пожимаю плечами и сажусь за стол — уж больно аппетитно выглядит яичница с беконом. А какой аромат источают свежеиспеченные круассаны, м-м-м… Мой желудок делает голодное сальто.

Весь остаток завтрака проходит в полном молчании. И я уже собираюсь идти к Гордею, расправившись с шедеврами местной кухни, когда Эдетта внезапно обращается ко мне:

— Диана, отнеси пару тостов и кофе Гордюше. Мой мальчик так устал с дороги, что даже не спустился к завтраку.

Ее беспокойство выглядит таким надуманным, словно она пытается себя чем-то занять, что я едва сдерживаю смешок. В отличие от Кирилла, который фыркает нарочито громко, вызывая негодование у матери, а потом я перехватываю его насмешливый взгляд. От этого сиюминутного понимания становится как-то легче на душе, и я, схватив поднос с завтраком, иду к Гордею.

Когда я захожу к нему в комнату, то первое, что обнаруживаю — это пустую кровать.

— Гордей?! — зову я его громко, пристраивая на низком столике поднос с едой.

— Ди, идем сюда! — кричит он мне, и я без задней мысли иду к нему.

В ванной стоит пар, как в бане. Я не сразу замечаю Гордея, а когда замечаю, рефлекторно закрываю глаза ладонями и отворачиваюсь с возмущенным возгласом:

— Ты, что, голый?!

Гордей звонко смеется над моей реакцией, а потом подходит ко мне и обнимает сзади. От него приятно пахнет мужским гелем для бритья, а от тела идет жар.

— Ди, давай пошалим? — его горячее дыхание обжигает ухо, а руки уже берут в плен, из которого так просто не выбраться.

Он осторожно ведет меня в сторону душевой кабинки, и мы останавливаемся прямо в центре — автоматически включается тропический душ, и я становлюсь мокрой с головы до пят.

— Шалость удалась, — посмеиваюсь я над Гордеем, но, кажется, он настроен более чем решительно.

Я даже не успеваю понять, в какой момент оказываюсь прижатой к прохладному кафелю. Гордей целует меня так неистово, что в голове становится пусто.

— Сюда может зайти кто угодно, — шепчу я в панике, когда он расстегивает ширинку моих джинсовых шортиков.

— Меня это заводит еще больше, — Гордей опускается на колени и целует внутреннюю сторону моего бедра, посылая мурашки по всему телу.

Я не понимаю саму себя. Почему мое тело так охотно отзывается на ласки Гордея, если я влюблена в Кирилла? Во всем виновата гребаная физиология? Или это я такая потаскуха, которая не может устоять перед мужским вниманием?

Пока мысли вихрем проносятся в моей голове, Гордей осыпает мою кожу поцелуями, поднимаясь все выше и выше.

— Не закрывайся от меня, — говорит он, глядя на меня снизу вверх, пресекая мою попытку прикрыться руками.

В этот момент Гордей выглядит таким чертовски сексуальным, таким взрослым, что у меня перехватывает дыхание. Этого мне и не хватало с ним! Может быть поэтому я переключилась на Кирилла…

— Ох! — выдыхаю я громко, когда Гордей очень чувственно прикусывает кожу на внутренней стороне бедра.

Нет, нет, нет! Тело, умоляю, не заводись! Я напоминаю себе ужа на раскаленной сковородке, который пытается оттянуть неизбежное.

— Гордюш, нас может увидеть твоя мама, — шепчу я и, слегка сжав его за плечи, тяну его к себе.

Гордей не сопротивляется, однако не спешит меня отпускать. Вместо этого он вновь возвращается к моему рту и врывается в него своим горячим языком. Тут уже я отступаю, не в силах сопротивляться под таким страстным натиском: мы целуемся прямо под душем.

Гордей слегка сжимает мою талию, затем его ладонь ныряет под футболку и ползет вверх, к лопаткам. Его влажные губы в это время уже исследуют мою шею, оставляя на ней легкие поцелуи-укусы. Его движения такие чувственные, такие смелые, что я теряюсь и едва не забываю обо всем на свете, даже о том, что нас могут услышать. Где мой парень всему этому научился, черт возьми?!