Чтение онлайн

— Скажи мне, Энни. Я же знаю, тебе известно все, что происходит в Конуэе, — попросила Фиби. Ее сестра, действительно, располагала всегда самой важной информацией и умела использовать ее для своих целей.

— Ты сейчас не в том настроении. Я буду дома, если ты захочешь поговорить позже. — Фиби показалось, что на нее брызнули водой.

— Не дожидайся звонка, Энни. Я уже большая девочка. Я могу держать себя в руках. И Бретт Кроуз тоже.

— Ну и беги к нему. Я думаю, в нем есть что-то от дьявола.

— В тебе тоже, — сказала Фиби прежде, чем бросить трубку.

Она медленно поднялась на второй этаж. Ее спальня была застлана вишневого цвета ковром, а стены отливали светло-розовыми тенями. Но сейчас комната не улучшила настроение, как это обычно бывало прежде.

Она направилась к одному из инкрустированных кедром шкафов, рывком отворила дверцу — взору открылся ворох одежды и гора коробок с обувью. Хотя Фиби была образцовой хозяйкой и содержала магазин в восхитительном порядке, у нее не находилось времени для мелочей. Содержимое ее шкафа являлось отражением ее личного дискомфорта.

Взгляд Фиби упал на верхнюю полку. Достав оттуда одну из тяжелых коробок, она, едва не уронив, поставила ее на пол.

Минутой позже Фиби уже сидела на поистине королевских размеров кровати и с легким трепетом перебирала страницы старого школьного альбома. Наконец она дошла до фотографий выпускного класса. Водя пальцем по списку фамилий, она остановилась у надписи «Кроуз Бретт».

Над именем помещалась фотография симпатичного парня с озорным огоньком в глазах и покоряющей улыбкой. Удивительно, что его фотография все-таки была в этом альбоме, потому что Бретт не закончил школы. Сначала он хотел пересечь всю страну на мотоцикле, а затем устроился работать на судно, выходящее в море.

Фиби легла на кровать и положила альбом перед собой. Она могла бы и не смотреть на фотографию Кроуза, так как его образ всегда оставался у нее перед глазами. Он был дерзким, отчаянным парнем, способным на безрассудный поступок, и ничуть не изменился за эти годы. Она чувствовала в себе то же желание и тот же страх, какие испытывала, покидая свой дом и убегая с ним в ночь.

Конечно, Фиби знала, что он за человек. В любом маленьком городе, подобно Конуэю, всем известно все или почти все про каждого. Она знала, что, когда ему было двенадцать лет, он приехал в этот город со своей матерью, назвавшейся вдовой. Позже некоторые из одноклассников называли Бретта незаконнорожденным. Но Синтия никогда не подтверждала и не отрицала этих сплетен и со временем заставила принять свое одиночество как факт.

В таком городе, как Конуэй, происхождение имело первостепенное значение, оно было важнее, чем богатство и успех. Один из предков Фиби основал небольшое селение неподалеку от Чарлстона в 1670 году. Таким образом, ее родословная была, без сомнения, самой почитаемой. Это угнетало ее и не столько из-за Бретта, сколько из-за того, что она была вынуждена жить в таком старомодном обществе.

Бретт был на три года старше ее. Почти все ученики местной школы объединялись в разные компании. Фиби и Бретт редко посещали эти сборища, им хватало друг друга. И даже когда они присутствовали на каких-либо мероприятиях, всем был заметен теплый взгляд Бретта и волшебный блеск в глазах Фиби.

Кроуз, не похожий на других ребят в городе, просто пленил ее. Его волосы и цвет лица были слишком темными, что явно говорило о наличии в его родословной индейской крови. Она знала, что он и школа так же несовместимы, как жара штата Южная Каролина и влажность морского ветра. Все это говорило о том, что он чужой в этом городе.

Синтия не всегда могла влиять на его поведение, ведь когда хотел, он был очень мил, приятен и чертовски остроумен. Он даже упросил свою мать купить мотоцикл, когда ему исполнилось только шестнадцать, а четырьмя годами позже очаровал Фиби.

Она закрыла альбом, перевернулась на спину и, глядя в потолок, задумалась о прошлом.

Семнадцатилетняя Фиби не избежала участи молоденьких девушек. Она комплексовала по поводу своей внешности, пыталась изменить свою походку, неуверенно гримировала свое лицо. В конце концов она проиграла эту борьбу и решила оставаться естественной. Она была легкой и стремительной. Ею всегда владело нестерпимое желание движения. Ее ноги были не слишком длинными, но, стройными и сильными, они как нельзя лучше подходили для бега. Вот и тогда, когда все началось, она бежала за летевшим, как бы дразнящим ее, листком из тетради и наконец схватила его. Внезапно с дороги послышался нарастающий рев мотоцикла. Фиби обернулась и увидела Бретта Кроуза. Даже если бы он изменил своему обычаю и надел шлем, она все равно узнала бы его, потому что он единственный в городе водил мотоцикл.

Он остановил свою ревущую машину в нескольких футах от нее, и она удивленно вскинула глаза. Ее волосы развевались по ветру, щеки горели от бега. Одета она была в белую водолазку и короткую юбку из «шотландки». Фиби и мечтать не могла, чтобы Бретт Кроуз вот так остановился около нее. На всякий случай она огляделась вокруг; но никого поблизости не было.

— Фиби Стефансен, не правда ли? — спросил он церемонно и добавил: — Я Бретт Кроуз.

Не было нужды представляться таким образом, ведь она знала Бретта с того самого момента, как они с матерью приехали в город. Конуэй был настолько маленьким городом, что все друг про друга все знали. Например, что очень многие девушки в городе были без ума от Бретта, хотя и не афишировали своих чувств. Бретт был отпетым плутом; он не стремился подчиняться законам добропорядочного общества, и его никак нельзя было назвать «прекрасным молодым человеком». Конечно, он не был подходящей компанией для дочери достопочтенного мэра Конуэя, которая к тому же была очень серьезной девушкой.

Они долго смотрели друг на друга. Она отметила, что на нем черная кожаная куртка, не совсем подходившая для теплого октябрьского дня. Внешность Бретта показалась Фиби несколько устрашающей, и сердце ее забилось часто-часто.

— Не хочешь ли прокатиться, Фиби?

Вполне логично с ее стороны было бы сказать ему, что ей надо в школу; но она уже опоздала туда, а в руке держала смятые и испачканные листы из тетради для домашних работ. Она с сожалением взглянула на свою ношу и подошла к этому черноволосому парню охваченная трепетом. Что-то в душе подсказывало ей — не страхом наполнено ее сердце.

— Конечно, Бретт Кроуз, — произнесла Фиби не свойственным ей тоном. Она закинула стройную ногу на сиденье мотоцикла. Он взял ее книги и уложил их на багажник.

Фиби обняла Бретта за талию, там, где заканчивалась его короткая кожаная куртка, и вдруг почувствовала тепло, исходящее от его тела, отделенного от ее рук лишь тонкой тканью рубашки. Она никогда прежде не дотрагивалась до разгоряченного тела мужчины и теперь призналась себе в том, что не только по необходимости держится за его крепкий торс. Бретт тем временем завел мотоцикл, и они тронулись в противоположном от Конуэя направлении.

Бретт поворачивал до упора ручку газа, пока они не понеслись по пустынному шоссе с угрожающей скоростью. У этого молодого человека была репутация дьявола, но мотоцикл был послушен ему, и Фиби не испытывала страха, ей хотелось лишь еще крепче прижаться к Бретту. Странно, но в ней неожиданно проснулось доверие к нему.

Наконец Бретт свернул с главной дороги на неровную, грязную тропинку. Он сразу же сбросил скорость. И тут тропинка закончилась так внезапно, что Фиби подумала, им придется пробираться через кусты и деревья. Но Бретт плавно затормозил. Теперь она уже точно знала, что он бывал здесь прежде.