Чтение онлайн

Набросив пальто на плечи, она скрылась за дверью.

Страж не двинулся с места. Адреналин пульсировал у меня в висках и разливался по венам. Мною завладела безграничная нежность, прикосновения рефаита сломили броню, вопреки моей воле сковывавшую сердце. Мы остались вдвоем – в безлюдном, защищенном от посторонних глаз пространстве.

– Я и забыла, чем чреваты наши посиделки, – раздался в тишине мой преувеличенно веселый голос.

– Хм.

На долю секунды наши взгляды встретились. Мне до боли хотелось поверить в его искренность, но всякий раз перед внутренним взором вставал Джексон с этой своей издевательской ухмылкой: «Арктур Мезартим – не более чем приманка, на которую Тирабелл ловит наивных дурочек. Покорный инструмент ее воли… А ты, милочка, клюнула».

– Пора по домам… Нужно выспаться, – пробормотала я, вставая. – Завтра суд над Иви.

Иви обвиняли в пособничестве Старьевщику, продававшему ясновидцев на сером рынке.

– Не сомневаюсь, ты примешь верное решение. – Каким-то чутьем Страж уловил мою неуверенность.

– Тирабелл планирует прислать своего наблюдателя на процесс?

– Да, Цефея.

Отлично. Цефей парень дружелюбный, прямо как Цербер.

– Не смотри на меня с таким возмущением, – ласково укорил Страж.

– Даже не думала. Цефей просто душка. – Моя улыбка вспыхнула и сразу померкла. – Страж, мне… Ладно, забудь. Доброй ночи.

– Доброй ночи, юная странница.

Никто из троицы не удивился моему длительному отсутствию. Ник знал про Стража, Элиза явно догадывалась и время от времени косилась на нас с нескрываемым любопытством.

Снаружи завывала вьюга. Заслонив лицо от ветра, я старалась выбросить случившееся из головы. Надо же, чуть не попались! Конечно, Мария не побежит докладывать Тирабелл, но обязательно проболтается кому-нибудь из командующих. Нельзя допустить, чтобы правда выплыла наружу. Какое бы умиротворение я ни ощущала рядом со Стражем, риск разоблачения слишком велик.

Но мне очень недоставало наших бесед. Его близости. Я жаждала Арктура всей душой, а может, просто тешила себя напрасными иллюзиями. Ситуация осложнялась моим статусом темной владычицы, раньше было не в пример проще.

Поравнявшись с аптекой на углу, Элиза застыла как вкопанная. Мы с Ником разом обернулись.

– Все хорошо, – ласково увещевал Ник. – Идем. Просто надо держаться подальше от…

– От всего?

– Не бойся, никто не даст тебя в обиду.

Уговоры возымели действие. Мы снова тронулись в путь: Элиза в центре, я и Ник по бокам, пытаясь заслонить ее ауру своими.

Мы никогда подолгу не задерживались на явках, однако к сегодняшнему пристанищу – заброшенному дому на Лаймхаус-Козуэй с видом на гавань – я питала особую слабость. Заперев двери, мы разбрелись кто куда: Даника отправилась к себе, Элиза поднялась на чердак, а я решила приготовить бульон.

В виске нарастала боль. Страшно представить, что будет, не сумей мы избавиться от «Экстрасенса». Ядро наверняка берегут как зеницу ока, сведениями о нем располагают только высшие эшелоны, а отдел Даники едва ли относится к их числу. Повод опасаться есть, и серьезный.

Я машинально проглотила бульон. Недоверие ко всем и вся выматывало, отнимало последние силы. Нельзя принимать взвешенные решения, не выяснив отношения со Стражем. Три мучительные недели меня преследовали слова Джексона, отравляя кровь ядом сомнения. Я утратила веру в Арктура. Гадала, не манипулирует ли он мною по наводке Рантанов. Я возглавила восстание по их инициативе, но одной инициативы мало, требовалось мое желание. И полная покорность. Могли Рантаны воспользоваться моей влюбленностью в корыстных целях? Да, вполне. Могли они специально подослать ко мне Стража и с его помощью дергать за ниточки? Разумеется.

Теперь каждая встреча с Арктуром сопровождалась приступом паранойи. Видимо, именно этого и добивался Джексон. Очевидно, таким образом я играла на руку своим врагам.

Есть лишь один способ прекратить кошмар. Надо набраться смелости и рассказать Стражу об обвинениях, выдвинутых Джексоном. Дать ему шанс оправдаться и вновь завоевать мое расположение.

Ник сидел у огня в гостиной и рассеянно перебирал депеши. От него сильно разило спиртным. А ведь прежде доктор Найгард даже не притрагивался к алкоголю.

– Скучаешь по Зику? – шепнула я, устраиваясь рядом на кушетке.

– Каждую минуту, – хрипло отозвался Ник. – Все мечтаю: вот открою глаза, а он здесь, со мной.

Совесть не позволяла мне вышвырнуть Зика и Надин из Севен-Дайлс. Несмотря на наш конфликт, я не собиралась отказывать им в убежище, даже отправила письмо, но ответа не получила.

– Страж в курсе россказней Джексона? – спросил Ник.

– Откуда ты знаешь? – насторожилась я.

– Оттуда же, откуда и ты про Зика. Знаю, и все.

Мы обменялись вымученными улыбками.

– Жаль, рефаитов не так легко прочесть, – ухмыльнулась я, поудобнее откидываясь на спинку. – Нет, Арктур пока не в курсе.

– Не тяни, – посоветовал Ник. – А то можно и опоздать…

За окном сгустились сумерки. Ник всматривался в огонь, словно силился проникнуть в его суть. Я думала, что знаю лицо Никласа Найгарда как свои пять пальцев, вплоть до ямочки на подбородке и чуть вздернутого кончика носа. Помню, как прежде его белесые брови складывались домиком в гримасе неусыпной тревоги. Однако сейчас в отблесках пламени передо мной сидел совершенно чужой человек.

– Все представляю, какую участь готовил Зику Джексон, – мрачно обронил он. – Взгляни, как он изувечил тебя в поединке.

– Зик не претендовал на его место.

Ник выругался: вполне естественная реакция, когда переживаешь за возлюбленного.

– Тирабелл не чает от них обоих избавиться, верно? – Не дождавшись ответа, он покачал головой. – Почему ты до сих пор не приняла меры?

– Потому что у меня сердце, а не камень.

– Проявляя сострадание к банде Джексона, ты здорово рискуешь, – еле слышно пробормотал Ник. – Делай должное, s"otnos [1] . Не взваливай чужой груз себе на плечи.

– Для тебя на моих плечах всегда найдется местечко.

Ник улыбнулся и привлек меня к себе. В дрожь бросало от мысли, как бы все обернулось, сделай он выбор в пользу Джексона, который был его закадычным другом на протяжении без малого одиннадцати лет.

Заночевать решили в гостиной: никто из нас не хотел оставаться наедине со своими страхами. Ночь – опасное время. Всякий раз с наступлением темноты я принималась размышлять о том, что можно и нужно было предпринять. Следовало пристрелить Джексона в архонте. Перерезать ему глотку на «Арене розы». Набраться храбрости и сказать Стражу правду. Сколько всего сделано неправильно, сколько ошибок не исправлено, сколько шансов упущено.