Холодное блюдо
Шрифт:
– Можешь остановить кровотечение?
– Может быть, – вздохнул я, – но идти он не сможет.
Я взял свою перчатку, вывернул ее наизнанку, прижал кусок кожи, покрытой флисом, к обеим ранам и осмотрелся в поисках того, чем можно закрепить перчатку. Вокруг моего живота все еще была поясная сумка, поэтому я вытащил из нее бутылки с водой и обернул вокруг его ноги. Я задрал его голову и приподнял веко. Оттуда показалась только белизна – Джордж явно не приходил в себя. Я видел, как поднималась и опускалась его грудь, но все равно нащупал запястье и убедился, что не убил Эспера. Пульс был стабильным, но Джордж оставался неподвижным. Я снова проверил его ногу, а затем взял маленький револьвер «Смит и Вессон» 38-го калибра. Я открыл цилиндр большим пальцем и посмотрел на две использованные гильзы и на две оставшиеся. Затем вынул два пустых патрона, перенастроил колесо на пустую камеру и защелкнул цилиндр. Потом сунул его в карман, взял воду и поднялся на холм к своему другу, который все еще сидел на тропе.
Когда я добрался до тропинки, то мог разглядеть Генри четче и увидел, что на его вытянутых ногах начали скапливаться комья снега. Руки Медведя обхватывали талию, а капюшон куртки был опущен так низко, словно тот пытался заснуть. «Ремингтон» лежал у него на коленях. Я опустился на корточки и заглянул в глаза Генри; они были зажмурены.
– Дай мне посмотреть.
Он медленно опустил руки к краям куртки, и только тогда я заметил темно-красные пятна, которые пропитали его шерстяные перчатки. Куртка медленно распахнулась, обнажив кровавое месиво на животе, чуть выше и немного правее пупка. Кровь пропитала нижнюю часть его рубашки и термобелья и теперь стекала на колени. Я сглотнул и не успел сдержать в себе слово:
– Черт.
Генри рассмеялся, но сразу же замолчал, потому что это наверняка причиняло ему невыразимую боль.
– Боже, какой оголтелый оптимизм.
Мы не знали, где пуля и сколько вреда она нанесла на своем пути. При травмах брюшной полости всегда существует вероятность разрыва одного из сосудистых органов, а это легко может привести к серьезному внутреннему кровоизлиянию. В моем сознании сразу же вспыхнули проценты смертности от огнестрельных ранений: печень – 30 %, почки – 22 %, желудок – 18 %, кишечник – 12 %. Эти цифры увеличивались в геометрической прогрессии по мере того, как я концентрировался на том, что в ближайшее время ему не светит лапароцентез, или просто промывание брюшной полости, и компьютерная томография, или просто КТ. Еще я подумал о том, как часто стоял в отделениях скорой помощи, невольно изучая что-то новое, и как сильно мне хотелось оказаться с моим другом как раз в таком отделении.
– Надо остановить кровотечение.
– Да, точно, – он продолжал улыбаться.
Я вывернул вторую перчатку и прижал к ране.
– Что чувствуешь?
Он захрипел, когда я сжал перчатку.
– В смысле, в каком месте или насколько сильно?
– Где болит? – встретился я с ним взглядом.
Генри тихо хмыкнул.
– Не выше раны.
– Справа или слева?
Он ненадолго задумался.
– Кажется, боль отдает вправо.
Я вздохнул и посмотрел на его разорванную сумку. Тогда я начал расстегивать свой ремень, пытаясь вспомнить, остался ли у Генри аппендикс.
– Боже, вот бы в этом деле хоть что-то пошло как надо…
Я обмотал его ремнем, но, разумеется, на нужном месте не было дырок.
– У тебя есть нож? – Он начал проверять карманы, но я аккуратно взял его за руки и прижал их к перчатке. – Зажми.
Я выудил нож из его кармана и вытащил стилет с костяной рукояткой и двенадцатисантиметровым складным лезвием. Я покачал головой, вытащил лезвие и оценил, в каком месте надо сделать дырку. Генри снова закряхтел, когда я наконец застегнул ремень поверх перчатки.
– Слишком туго?
– Нет.
Я вытащил рацию на пояснице, удивившись, что она не выпала после всех этих акробатических трюков. Затем повернул маленький циферблат сбоку, прислушался к помехам и настроил прием.
– Отдел шерифа округа Абсарока, это первая линия, как слышите? Вторая линия, прием. – Я отпустил кнопку и еще немного послушал помехи. – Прием. Кто-нибудь слышит?
Ничего. Я оглядел окружающие нас горы, которые явно мешали сигналу. Мне показалось, что я услышал отголоски голоса среди помех.
– Кто-нибудь слышит? У нас чрезвычайная ситуация. Прием. – Я прислушался, но голос так и не ответил. – Два человека ранены между Лост-Твин, сразу за озером Миррор.
Тишина. Тогда я повернулся и посмотрел на Генри.
– Что случилось? Только коротко.
Генри прокашлялся.
– Я увидел, как он стоит на тропе, остановился, и он выстрелил.
– Он что-то сказал?
– Нет.
– А ты?
– Кажется, я выдохнул, пока сжимал живот и падал на землю, но это все.
Я снова нажал на кнопку на рации.
– Прием, это первая линия, отдел шерифа округа Абсарока, кто-нибудь слышит? – Я снова ждал. – Если меня кто-то слышит, на тропе к Лост-Твин двое раненых, им нужна помощь. Необходимо подкрепление и медики. Если вы меня слышите, нам очень нужна ваша помощь.
– Это еще мягко сказано.
Я вздохнул.
– Думаешь, он просто удивился?
– Да, но, учитывая все случившееся, я удивился сильнее. – Генри заглянул мне за плечо в сторону Джорджа, на котором тоже начал скапливаться снег. – Он отключился?
– Да, – я тоже обернулся.
– Вам надо уходить, – положил он свою окровавленную руку мне на предплечье.
Я повернулся и наклонился над Джорджем, чтобы проверить его зрачки на предмет расширения или сужения, но они казались нормальными. Я был сосредоточен, поэтому не сразу понял, что он сказал.
– Что?
Генри показал на лежащего Джорджа Эспера.
– Надо его отсюда вывести.
И тут смысл его слов будто ударил меня по голове.
– Я тебя не оставлю.
Генри продолжал медленно качать головой.
– У тебя нет выбора. Он меньше, и с ним ты сможешь уйти.
– Я тебя не оставлю.
– Не обольщайся, – улыбнулся он, – я не собираюсь умирать. Подожду тебя здесь.
– Тогда уже стемнеет, а буря не закончится. Мы тебя не найдем.
– Значит, мне придется найти вас.
Я чуть сгорбил плечи, но не отвел взгляд.
– Только не неси эту мистическую чушь. Тебя подстрелили в живот, шансы на выживание малы и без того, чтобы ты отсюда выползал. – Его улыбка стала грустнее. – Что?
– Именно мистическая чушь и спасет мне жизнь.
– Прости, – вздохнул я и отвернулся.
– Сделаешь мне одолжение?
Я вздернул бровь.
– Я не стану убивать тебя, чтобы ты не мучился.
– У меня в переднем кармане есть маленький мешочек. Можешь достать, пожалуйста?
Я потянулся к переднему карману его куртки, расстегнул клапан и вытащил зеленый бархатный мешочек с вышитым спереди изображением лошади и воина. Сверху крепились бусины и перья, а под мягкой тканью было несколько предметов, некоторые из которых были узнаваемы, а другие оставались загадкой. Я передал ему волшебный мешок, и больше мы об этом не говорили.