Чтение онлайн

А. Ну да. Ведь уже вечер.

Я втянула голову в шею, прежде чем поворачиваться на до боли знакомый голос, в котором ворчащими нотами перекатывалось недовольство. Судя по всему, ледяная вода помогла не очень.

– Зачем ты меня звала, Воробушек?.. Хм.

Мягким местом чуть пониже спины я почувствовала, что влетит сейчас далеко не Мэгги.

Мягкое место, как всегда, не обмануло.

Я едва успела вскочить и сделать шаг назад, подальше от разъярённого сероглазого урагана, как он меня настиг. Жёсткие пальцы сжали мою руку чуть ниже плеча. Я уткнулась взглядом в кожаную кирасу поверх кольчуги – такую я ещё не видела у него, в неё инкрустированы были крупные стальные бляхи по кругу и в центре, образуя тот самый герб рода Роверт, что и на медальоне.

Над головой пророкотало – как первые раскаты грома перед грозой:

– Мэган! Ещё раз используешь медальон, чтобы звать меня по пустякам, отберу. А теперь ты…

Я беспомощно глянула в сторону Мэгги – наверное, чтобы оттянуть момент, когда придётся посмотреть лорду в лицо. На груди малышки поверх ночной рубахи поблескивал медальон. Синие камни переливались особенно ярко в вечернем сумраке. Самоцветы так сами собой не светят. Понятно теперь – эта штука явно магическая, связывает сестру и брата. Мэгги только что каким-то образом активировала камни и позвала Дункана – чтобы свести нас двоих вместе.

Девочка, к слову, не казалась виноватой ни капли – напротив, смотрела на дело рук своих с довольной ухмылкой от уха до уха, от которой на щеках её играли ямочки. Совёнок, зараза, переступал с ноги на ногу слегка обеспокоенно, но тоже не делал никаких попыток прийти мне на помощь. Предатели.

Я подавила позорное желание бежать куда глаза глядят, вернулась к созерцанию главного объекта угрозы… подозрительно замолчавшего объекта… повела взгляд выше.

Кольчужный ворот, цепочка на крепкой шее. Вижу, как бьётся пульс под загорелой кожей, как ходят желваки на скулах… спотыкаюсь о губы. Пол плывёт под ногами. Хорошо, что меня держат. Крепко держат, надёжно так, и тянут зачем-то ближе. Я почти прижата к доспеху, уже чувствую холод, что излучает его остывшая на осеннем воздухе дублёная поверхность.

– И что – я? – сиплю, напоминая о себе.

– А ты, Тэм… Не смей использовать мою сестру в очередных своих планах!

Когда до меня, наконец, доходит смысл слов, отчеканенных таким суровым тоном, будто я преступница в руках правосудия, внутри вскипает самый настоящий гнев. Опять я кругом виновата?!

Решительно поднимаю взгляд, путаюсь в пристально-грозовом ответном, как птица в силках.

– Я никого не использовала! Меня тоже позвали. И нету у меня никаких планов!

Тёмная бровь недоверчиво приподнимается. Серый взгляд разжимает тиски, и я использую эту передышку, чтобы вдохнуть немного воздуха – но потом дыхание снова перехватывает, потому что он опускается ниже, пытливо осматривает моё лицо сверху вниз. Как будто изучает заново. Как будто видит впервые. И на этом маршруте, будто вычерченном по нежной коже, остаются огненные следы. Мне хочется коснуться лица, стереть их ладонью – но руки лорда Полуночного крыла, закалённые тяжестью чёрного клинка, держат слишком крепко, не дёрнуться.

– Почему ты покинула свою комнату? Я приказывал оставаться там.

– Мне надо было помереть с голоду?

– Я велел экономке приносить тебе еду. Когда она пришла, там уже никого не было. Спрошу ещё раз – почему ты нарушила приказ?

– А ты мне больше не господин, чтоб приказывать. Насколько я успела понять прошлой ночью – должности оруженосца меня позорно лишили!

Грозовой взгляд темнеет ещё больше. По спине бегут мурашки страха… но он какой-то странный, этот страх. Сладкий. Будто предвкушение. Кажется, мне до чёртиков хочется вывести из себя Его Невозмутимость Лорда. Снова.

– Оруженосцем ты была не такой дерзкой. Может, взять тебя обратно? Ты неплохо справлялась с обязанностями. Особенно… м-м-м… в раздевании.

Помнит, зараза! А я так надеялась, что он не станет пересматривать дни моей службы под новым, так сказать, углом. С учётом внезапно открывшихся обстоятельств. Снова прячу смущение под напускной бравадой.

– Кто сказал, что я пойду обратно? Здешний лорд слишком суров с подчинёнными. Обвиняет не пойми в чём, хватает… за что не следует… - добавляю севшим голосом, уже не уверенная, что это такая уж хорошая идея, злить лорда. Потому что его взгляд спустился ниже, продолжая исследования. Зря я напомнила.

Где-то сбоку зашуршало. Я оглянулась, одновременно пытаясь вырваться из захвата. С тем же успехом можно было пытаться сдвинуть скалу.

Мэгги, оказывается, вытащила откуда-то мешочек лесных орехов и теперь с увлечённым видом их грызла, сплёвывая скорлупки в руку. Совёнок с энтузиазмом ей помогал. Оба пялились на нас, не скрываясь. Как на сельскую ярмарку со скоморохами, ей-богу! Нашли себе развлечение, тоже мне. А потом маленькая нахалка ещё и добавила, кивая Совёнку:

– Слушай – ты видишь то же, что и я? Кажется, наша помощь не понадобится.

И провалиться мне пропадом, если Совёнок ей не подмигнул.

– Ага, ага… Слушай, братишка – мне, пожалуйста, сначала племяшку родите! Потом можно и племянника, так и быть. Но сначала чтобы девочку. А то мне играть не с кем.

Я вспыхнула и залилась краской. Взгляд Дункана опасно прищурился. Он открыл было рот, но я невежливо перебила:

– Давай не будем ругаться при ребёнке!!

– Давай не будем. – неожиданно покладисто кивнул Дункан. – А ну-ка пойдём!

Клещи на моих предплечьях разжались, но только для того, чтобы снова сомкнуться на ладони. Меня резко дёрнули и потащили вон из комнаты. За руку. Я удивлённо смотрела на это странное, непривычное зрелище – моя ладонь в его. Это… что? Это… зачем? Спрашивать у широкой, затянутой в доспех спины, что маячила перед самым моим носом, как-то не хотелось. Даже эта спина, казалось, излучала раздражение и злость.

Дверь хлопнула, мы оказались в коридоре.

И вот тут гроза, наконец, разразилась – когда громоотвода в лице Мэгги больше не было.

Дункан решительно прижал меня к стене и окончательно лишил путей отступления. Серые глаза метали молнии. Под маской суровости кипел такой ураган эмоций, что я испугалась – меня просто сметёт как пылинку и раздавит, если они вырвутся на свободу.

Он сорвал шапку с моей головы и швырнул, не глядя, куда-то на пол.

– Чтоб я больше не видел эту дрянь.

Волосы упали на плечи. Я смущенно потупилась, спрятала взгляд под ресницами – иначе Дункан прочёл бы в нём слишком много.

Осторожное касание заставило меня вздрогнуть. Я удивлённо покосилась на то, как он запустил руку мне в волосы и пропустил через пальцы – до самых кончиков, так что блики пламени заплясали и заискрились по тонким прядям.

Дункан коротко вздохнул. И сказал – неожиданно глухо, совсем тихо:

– Откуда ж ты взялась такая… на мою беду.

– Почему обязательно на беду? – обиделась я. Хотела добавить ещё что-то… но осеклась. Совсем забыла, что - мысли путались.

Длинные пальцы легли на застёжки моей безрукавки, тесно сдавившей грудь. Пробежались по ним, как по струнам скрипки.

– От этого тоже надо избавиться.

Задыхаясь, я прошептала:

– Разве не видно и так, что я девушка? Ты же не собираешься… проверять…

– Не бойся – в том, что ты девушка, я уже убедился.

Воспоминания ударили в голову, точно дикий хмель, - его руки на моей коже, его губы на моём пульсе… И я была уверена, что сейчас он вспоминает то же самое. Что и он не забыл наше ночное безумие.