Чтение онлайн

Лина хмыкнула. Не то чтобы предположение это было глупым или смешным, – пожалуй, Сэш даже был в чём-то прав, – но то, как быстро и легко парень, не принимавший идею параллельных миров и магических перемещений, перестроился на прямо противоположный лад – умиляло.

– Не знаю, Сэш, я ведь даже и не встречала ни одного привратника. Только знаю, что они должны быть.

Вернувшись в город, Лина окончательно решила: надо прыгать из этого мира в мир Филиппа, как это сделала Глинни. Возможно, потом получится вернуться сюда тем же путем, что и в первый раз. Оставаться здесь было нельзя – у сердца постоянно ныла рана, а понимание того, что Фил там может погибнуть в любой момент, наваливалось всякий раз, стоило Лине остановиться и отстраниться от мельтешащих вокруг неё людей.

В конце концов, она простилась со всеми и крепко обняла родных, пожала руку задумчивому спецу Нику, и обещала обязательно вернуться. Обещала, в первую очередь себе. Если не выйдет прыжком с крыши общаги, то она обойдет все миры, но найдет свой.

И обязательно успеет.

От волнения дергался глаз.

Хранители всё ещё спали – Лина до сих пор улавливала их сопение. Может, притворялись, конечно, а может ей мерещилось. Но ведь они говорили о каком-то обете молчания и уповании на случайности. Теперь, когда она свободна и достаточно сильна, они могут снова умолкнуть и ждать, когда она сделает то, что должна.

А значит…

Лина зажмурилась и приготовила заклинание, вплетя в него ид мира и городка Кантополь. Улыбнулась, вспомнив, что Фил называл его городом на Картошке. Фил.

– Иду к тебе, – боль у сердца стала острее.

Открыв глаза и обведя взглядом провожавших её близких людей, она кивнула им на прощание и подпрыгнула, активируя переход и одновременно ныряя в сферу абсолютного щита, как учили скитальцы.

А через пару головокружительных мгновений начала развеивать абсу, размышляя, где у Кантополя может быть нуль-точка и как скоро она долетит до Академии.

Но…

Когда сфера рассеялась жемчужной пылью, Лина стояла всё в том же помещении, из которого собиралась уйти. Провожавшие её толпились у монитора, наблюдая запись её исчезновения, и только Натали смотрела прямо на неё. Впрочем, скоро Лина появилась и на записи, и люди стали оглядываться.

– Не получилось… – пробормотала Лина, и мороз пошел по коже от тревожного предчувствия: это не простая ошибка, выйти не получится.

??????????????????????????

За следующий час она пыталась выпрыгнуть из этого мира ровно тридцать раз. Но безуспешно. Она выбилась из сил – заклинание срабатывало, и забирало энергию, как положено, но что-то не позволяло пересечь грань.

Запертый мир. Затерянный мир…

У Лины дрожали ноги – она с каждым разом пыталась прыгнуть всё выше. Она даже попробовала перейти по другому ид – в мир, где они бывали со скитальцами. Но и туда её не выпустило.

Тогда, с трудом подавляя панику, Лина вместо прыжка активировала инумбрату и ушла, провожаемая невидящим взглядом одной только Натали.

Она покинула лабораторию, внушая охране открывать перед ней двери, поднялась на уровень подземного города, села в метро добравшись до Того Самого небоскреба на Пятой Зелёной, поднялась на крышу. И попыталась совершить «шаг назад» из того места, в котором они с Глинни и хомячком появились тут пару недель тому.

И снова ничего не вышло, она так и осталась на крыше…

И вот теперь она сидела на парапете, свесив вниз ноги и собираясь с духом. Глаза то и дело заволакивало жемчужной пеленой, а жемчужные капли то и дело срывались вниз, словно намечая путь…

Лина сидела так уже не первый час, растерянная и одинокая. Одинокая – мнимый храп хранителей на задворках сознания не в счёт – впервые за многие годы, а по ощущениям и событиям так и целую жизнь. И от этого одиночества становилось не по себе, словно Лину выбросило из течения жизни, взамен наделив неким даром, но дар оказался неравноценной заменой. Девушка зажгла огонёк на кончике пальца, подрастила его до небольшого костерка, а потом вдохнула в себя. Немного поиграла с молнией, словно с клубком пряжи, переплетая между пальцами рук кружево разрядов.

Вспомнилась легенда о сошедшем с ума божестве, и теперь она не казалась таким уж бредом: когда ты один, пусть и силен, но один, сохранить разум сложно. Впрочем, чтобы создать мир, надо быть безумцем, не иначе…

Лина встрепенулась, понимая, что мысли уводят её в какие-то дебри, снова чудит дремота, когда путается сновидение с явью.

Путая всё вокруг…

Она проснулась, дернувшись, словно от падения, с замирающим сердцем.

Упасть вот так, сквозь сон, наверное, было бы выходом.

Или нет…

Или падать нужно осознанно, принося свою жертву и отрекаясь от себя… как там было в привороте у Глинни – «прыжок без защиты магией и крик чайки. И шансы выжить пятьдесят на пятьдесят».

Псевдобогиня нервно захихикала, представив, как летит она, курлыкая по-чаячьи. А вокруг мухами носятся дроны, снимая её последний полет. А потом дворник Вася, смывая с асфальта остатки «богини», ворчит что-то о шибко мозговитой молодежи…

А где-то в другом мире умирает Фил…

Тело девушки прошило крупной дрожью.

Нет!

Если Глинни было всё равно, что будет в случае её гибели, то Лине совершенно нельзя умирать, ей нужно выжить и выйти из закрытого мира. Мало того, ей очень хочется жить. Жить долго и счастливо, в кои-то веки!

Так и сидела она, болтая ногами над пропастью, когда сильный порыв ветра налетел на неё, и едва не сдул вниз. Она ухватилась за поручень, потом решилась и отпустила его.

Неси, ветер…

Лина балансировала на краю, но ветер замер, не спеша подхватывать её тело, словно забавлялся или давал шанс поразмыслить…

– Стой, нет! – раздалось за спиной.

??????????????????????????

Шеннон не на шутку перепугал нас всех. Особенно, тяжко пришлось мне, когда слившись с бывшим богом, я вдруг утратил зрение и слух, и вообще осязание. Даже на мысли сил почти не было. И прошло довольно много времени, пока я сумел разобраться, что случилось.

Получив меня в качестве Дара, бывший бог просто отрубился от передозировки сил. Провалялся в отключке он едва ли не сутки, зато придя в себя, подскочил как ужаленный, и ринулся прочь из кабинета, заменявшего ему «лазарет». Выскочивший из соседней двери Док попытался внука задержать, но тот отрезал – и в голосе слышался металл, знакомый мне из прошлой жизни, – что времени нет совсем. И мы собрались в путешествие между мирами.