Хроноагент. Гексалогия
Шрифт:
– С прибытием, – приветствует меня Меф, – Поздравляю с великолепной работой. Скажу честно, я любовался тобой.
– Без Коры ничего бы не вышло.
– Не прибедняйся. Она, конечно, здорово помогла тебе. Но и она без тебя не справилась бы. Вы с ней – идеальный тандем.
В этот момент я обращаю внимание на одежду Мефа и вспоминаю о своей догадке:
– Мефи, скажи честно. Ты из этой Фазы, где я только что работал?
– Да, – отвечает он, – Более того, я жил именно на Плее и был членом Мафии. Пришлось покинуть тот Мир, и не по своей воле.
Он трёт пальцами висок со шрамом. Я решаю не вдаваться в подробности и перехожу к делу:
– Итак, я своё слово сдержал. Олимпик – на лайнере.
– Я своё тоже держу. Ты свободен. Вот твоё оружие.
Он достаёт из шкафа мои шпагу и пистолет. Смотрю с удивлением, а он поясняет:
– На выходе тебя будет ждать шевалье де Шом. Он категорически против твоего освобождения и жаждет крови.
– Уже выздоровел?
– Живучий. Так что, будь осторожен.
Мефи надевает сутану и подходит к стене:
– Мы выйдем отсюда другим путём. В камере тебя ждёт Нина Матяш. Я перенёс её туда спящей и не хочу, чтобы она видела проход. Мы зайдём за ней через обычную дверь.
Мы выходим в какойто коридор замка. Меф идёт вперёд и поднимается по лестнице. Следую за ним. Лестница приводит нас на площадку, где на скамьях вдоль стен сидят три монаха. Увидев Мефа, они вскакивают. Тот делает знак рукой, и один из монахов отпирает дверь камеры. Там внизу, на топчане, сидит Нина Матяш.
– Нина! – зову я, – Выходи, мы свободны!
Девушка бегом поднимается по винтовой лестнице:
– Джордж! Наконецто! А я уже начала думать, что ты не придёшь за мной, – тут она замечает Маринелло и резко останавливается, – Епископ!
– Не бойся, – успокаиваю я её, – Мы с ним решили все вопросы, и теперь он отпускает нас на свободу. Недоразумение разрешилось.
– Недоразумение!? – удивляется Нина.
– Конечно, недоразумение, – подтверждает Маринелло, – Шевалье де Шом, как всегда, перестарался. Ну какие у меня могут быть претензии к статсдаме императрицы и лейтенанту имперской гвардии?
Нина попрежнему смотрит на него недоверчиво и с опаской. Тут она, наконец, замечает, что я при шпаге. Лицо её проясняется.
– Идём, – я беру её под руку, – Нас ждёт граф де Легар.
– Не забывайте, лейтенант, – напоминает Маринелло, – что кроме де Легара вас ждёт ещё коекто.
– Спасибо, что напомнили, а то я уже начал скучать по этой особе.
– Советую не относиться к нему легкомысленно. Он весьма искусный фехтовальщик.
– Тем не менее, граф де Легар оказался ему не по зубам.
– Как знаете. Моё дело, предупредить. Если де Шом вас одолеет, я вам ничем не смогу помочь. Желаю удачи, и до встречи!
С этими словами епископ уходит в боковой проход. Один из монахов, видимо получивший приказ, делает знак: «Идите за мной». Мы спускаемся во двор, там, у коновязи, стоят два вороных жеребца. Монах показывает нам на них, а сам идёт к воротам. Там он чтото говорит охранникам, они кивают и отпирают ворота. Мы с Ниной уже на конях. Но где же де Шом, о котором говорил Маринелло? Он же сказал: «На выходе».
Ворота раскрываются, и мы выезжаем из замка. В ста метрах от стен стоят группы мушкетеров из различных полков и гвардейцы кардинала. Еще подальше расположились орудия. Возле них – орудийные расчеты с дымящимися фитилями. Мушкетеры и гвардейцы стоят в пешем строю. Видно, что они готовы идти на приступ. Ближе к воротам расположились цепью вооруженные люди в красножелтых одеждах. Это – люди де Шома. Интересно, как они рассчитывают отбить атаку? Их в два раза меньше. Да будь их даже в два раза больше, и то в этом случае их положение безнадёжно.
При нашем появлении мушкетеры и гвардейцы разражаются радостными криками. Судя по всему, они нас ждали. В группе напротив ворот вижу графа де Легара. Мы с Ниной направляемся к нему, но внезапно один из защитников замка преграждает нам дорогу и берёт моего коня под уздцы.
– Прошу прощения, граф. Вы не хотите попрощаться со мной?
– А, это вы, шевалье! – я узнаю де Шома, – Вам что, так уж необходимо, чтобы я отдал вам долг вежливости?
– Видите ли, граф, я получил приказ выпустить вас и эту даму из замка. Как видите, из замка вы вышли. Но, если вы помните, я – ваш должник. Я должен вам сабельный удар или удар шпагой, как вам будет угодно. Я не люблю ходить в должниках.
– Хм! Насколько мне известно, вы уже попытались вернуть этот долг графу де Легару. С тех пор, как я понимаю, наросли проценты. Стоит ли наращивать их дальше?
– Довольно! Вы будете драться, или мне надо прибегнуть к крайним мерам?
– Знаю я ваши крайние меры, – ворчу я, слезая с коня и обнажая шпагу, – Несравненная, я не задержу вас. Это не займёт много времени.
Вижу, что де Легар направляется к нам, и делаю ему знак рукой, чтобы он не вмешивался. Тот останавливается шагах в тридцати и с интересом наблюдает за нами. Встаю в позицию. Не в ту позицию, которая принята в этой эпохе, а в ту, которую фехтовальщики будут принимать лет через четыреста или пятьсот. Я не собираюсь размахивать шпагой, я просто заколю его, и всё.
Де Шом принимает примерно такую же позицию. Несколько секунд мы с ним только чутьчуть шевелим кликами, выбирая направление для атаки. Никакого взаимного прощупывания. Мы оба прекрасно знаем, что за соперник перед нами. Любая атака может стать последней: и для того, кого атакуют и для самого атакующего. Это как уж повернётся.
Де Шом делает стремительный выпад, стремительный как бросок змеи. Парирую и мгновенно контратакую. Де Шом отбивает атаку. Со стороны это выглядит, наверное, так: соперники дернулись, дважды лязгнули клинки, и соперники снова стоят в прежних позах.
Еще одна атака де Шома, уже в другой сектор. Защита, контратака. Де Шом отбивает, но я тут же атакую снова. Этого он не ожидал и вынужден отступить. Не давая ему опомниться, я снова стремительно атакую. Но на этот раз он начеку и контратакует настолько опасно, что я с трудом отвожу его клинок в сторону. Отвожу, но всётаки не до конца. Шпага де Шома задевает моё левое плечо. Время побери! С ним надо быть действительно поосторожнее. В глазах де Шома загорается злорадный огонёк: он увидел мою кровь.