Чтение онлайн

У меня есть несколько артикулов, которые вполне подойдут под его стиль. Это в восемнадцать лет на фоне модных мажоров Аслан казался мне недостаточно крутым, но сейчас всё изменилось.

— Да, пожалуйста, — кивает он, располагаясь на мягком ковре и почесав щенка за ухом.

Я включаю ноутбук и сажусь на стул, делая вид, что увлечена чем-то на экране. Однако боковым зрением наблюдаю, как оживает Ами. Как ей легко и весело бегать вокруг собаки, умиляясь её размерам.

Аслан называет породу — золотистый ретривер. Затем открывает телефон, генерирует варианты имён и предлагает дочери выбрать одно из них.

— Луна? Дейзи? Молли? Тея?

— Мне нравится Луна, — заявляет Амелия.

— И мне.

— Ты не обидишься, если имя выберу я? — спрашивает с опаской.

— Нет, почему? Я вполне доверяю твоему вкусу.

В какой-то момент я чувствую себя лишней, сидя в стороне и вбивая в гугл название породы. Из этого обаятельного щенка вырастет красивая, активная собака с покладистым характером. Они отлично подходят для семей. Надеюсь, никто не забыл, что нам её дарить нельзя?

Резкий звонок во входную дверь заставляет меня встрепенуться и испуганно посмотреть на Аслана. Его спокойные, уверенные движения помогают сбить подскочивший пульс.

Конфиденциальность — это основа данной встречи. Я ещё не знаю, чем она аукнется, если преждевременно узнает Влад или Николай Иванович. Думаю, мне так же не стоит напоминать Аслану, что от моего поведения зависит, как сложатся его дальнейшие взаимоотношения с дочерью.

Я прогоняю бегущие мурашки по плечам и верчу на языке новый статус Аслана, с которым даже не поздравила его. Все пять лет жизни Амелии я старательно отбрасывала любые ассоциации с мужчинами. Но, возможно, в глубине души я всегда мечтала, чтобы появление на свет Ами не связывалось со слезами и горьким разочарованием. Потому что это было бы несправедливо.

Она заслуживает того, чтобы родиться от светлых чувств, искренних признаний и прекрасного первого опыта, в который я когда-то нырнула с особым удовольствием.

— Я заказал доставку еды, — поясняет Аслан, направляясь в прихожую. — Не знаю, позавтракали ли вы, но я жутко голоден.

— Ами да. Овсяной кашей, — быстро отчитываюсь. — Я пока не успела.

— Ты сильно похудела, — замечает он, окидывая меня беглым взглядом с головы и до ног. — Составишь мне компанию?

Дом наполняется аппетитными запахами еды в коробках. Это слабо напоминает полезные завтраки, к которым я привыкла, но вместо тошноты во рту вдруг копится слюна. Я осознаю, что готова попробовать буквально всё, что доставил курьер.

Пока Ами играет с Луной, я встаю из-за стола, иду на кухню и помогаю найти посуду. В одной из коробок лежит пицца, в другой — картофель фри, а в третьей — бургеры.

— Если ты планируешь ещё встречаться с Амелией, то скажу на будущее: пятилетним детям не дают фаст-фуд в таких количествах. Чаще — что-то более полезное и домашнее, — советую Аслану, включая электрочайник и случайно задевая его плечом.

— Я планирую, — отвечает он твёрдо, без промедления.

— Хорошо.

— Что она обычно ест?

— Я могу написать тебе в переписку наше примерное меню на неделю.

— Был бы признателен.

Закончив раскрывать коробки, я упираюсь бёдрами в кухонную тумбу и скрещиваю руки на груди, наблюдая за перемещением Аслана. Его фигура занимает большую долю пространства. Кухня сама по себе не маленькая, но в ней неожиданно становится сложно дышать, а наэлектризованный воздух тяжело оседает на лёгких.

— Мне хочется поругать тебя за то, что ты притащил сюда собаку, но я не стану, — рвано выдыхаю. — Пусть это будет твоим козырем.

— Пусть. Один против сотни твоих.

— Надеюсь, ты понимаешь риски и готов взять всю ответственность на себя, потому что, по вполне очевидным причинам, Луне не место в нашем доме.

Аслан оборачивается, и в его взгляде я читаю жёсткость и упрямство. Уверена, претензии накопились не только у меня — у него их ко мне тоже хватает. Но мы не нагнетаем, потому что сейчас это ни к чему. Так или иначе, придётся работать с тем, что есть.

Раньше мне удавалось отлично ладить с Асланом: стоило включить мурлыкающую кошечку, сесть на него верхом или помассировать плечи, и он становился сговорчивее. Сейчас такие действия вызвали бы скорее недоумение, чем согласие. А иначе я пока не знаю, как к нему подступиться.

— Собака, естественно, на мне, — парирует Аслан. — Я бы хотел, чтобы Амелия приехала ко мне в гости завтра и послезавтра — это отличный повод познакомиться ближе, потому что других я не вижу. До тех пор, пока твой муж не вернётся в город. И пока эти встречи никто не афиширует.

Я резко мотаю головой, пропуская первую часть предложения и цепляясь за вторую. Заранее подготовленные фразы, чтобы обсудить всё по-взрослому, разлетаются вразнобой.

— Даже спрашивать не хочу, откуда ты знаешь, где Влад и когда он вернётся в город, — раздраженно выпаливаю. — Инвесторы хоть настоящие? Или это развод?

— Да, мои знакомые действительно искали, куда вложиться, — признаёт Аслан, играя желваками и опираясь ладонями на деревянную столешницу напротив меня. — Алина, я не собираюсь вредить ни тебе, ни твоему супругу.

— У меня возникают сомнения.

— Зря. Несмотря на то, что мне хотелось бы дистанцировать Влада от Амелии, я не могу игнорировать его роль в ее жизни.

Мы молчим несколько долгих секунд, пытаясь привести эмоции в порядок и вернуть разговор в более дружелюбное русло.

Я вовремя прикусываю язык, потому что, если честно, мне тоже хочется отстранить Сабину, понимая, какую роль она играет в жизни Аслана и насколько тесно ей предстоит общаться с моей дочерью в будущем. И у меня не найдётся аргументов против этого.

— Но ему всё же придётся смириться с тем, что в одной графе свидетельства о рождении будут внесены изменения, — заключает Аслан. — Добровольно или с помощью адвоката — неважно.

Морозный холод проникает под кожу, сковывая жилы. Я обнимаю себя руками за плечи, но мысли о том, насколько масштабно развернутся события в ближайшие недели или месяцы, не дают мне сделать даже пару простых движений, чтобы согреться. Они роем кружат в голове, словно назойливые насекомые, парализуя и не оставляя места для здравого смысла.

— Аслан…

— Если Гончаровы не хотят скандала, то вполне логично будет согласиться на первый вариант и мирно подписать у нотариуса отказ от ребёнка, — невозмутимо продолжает Тахаев, несмотря на мольбу в моём тоне и взгляде. — Уверен, в таком случае это никак не отразится ни на репутации, ни на бизнесе, ни чём-либо другом. Это будет внутри, а не на публику.