Чтение онлайн

Светофор переключился с красного на зеленый, и я плавно тронулась вперед. Бросила короткий взгляд на недавно перекрашенную вывеску The Mix Up и вздохнула. Вот бы они сейчас еще работали. Я бы отдала многое за их горячий сэндвич с сыром, шпинатом и артишоками.

Бисквит вытянул шею из своего гамака в машине, положив голову мне на плечо. От этого простого жеста внутри всё сжалось. Он с каждым днем все больше раскрывался.

Я почесала его под челюстью, направляя машину к дому:

— Придется довольствоваться моим собственным сэндвичем с сыром. А тебе — кормом.

В зеркале заднего вида я словно увидела его недовольный взгляд.

— Не смотри на меня так. Ты уже съел сегодня один сэндвич. Нам еще повезло, что ты не устроил в питомнике шоколадный фонтан. Данкан бы тебя туда больше не пустил.

Бисквит шумно выдохнул, и я не смогла не рассмеяться.

Через несколько минут я свернула на свою подъездную дорожку. Свою. К своему дому. Все еще звучало немного нереально. Снова накатила привычная тревожная дрожь — словно кожа стала тесной, а под ней зуд.

Я заставила себя глубоко вдохнуть.

Вдох. Раз. Два. Три.

Я впитывала вид — скальные образования, горы. Место, которое так любила моя семья.

Выдох. Раз. Два. Три.

Я пыталась отпустить край накатывающей паники. Где-то глубоко во мне сидел страх: если я снова укоренюсь, что-то ужасное вновь все заберет. Но я не позволю этой гадкой мысли победить. Иначе пожар победил бы. А я этого не допущу.

Я сбросила скорость, подъезжая к временной стоянке перед викторианским домом. Оуэн осушал бутылку воды, а Сайлас с Карлосом закидывали снаряжение в свои грузовики. Я опустила стекло и улыбнулась:

— Работаете или просто видимость создаете?

Сайлас оскалился:

— Только заканчиваем смену. Не хочешь заглянуть в бар?

Я хихикнула, покачав головой:

— Поход в бар с тобой — это значит выдерживать убийственные взгляды твоих поклонниц.

Сайлас прижал ладонь к сердцу:

— Убиваешь меня. Я бы ради тебя всех их разогнал, девочка моей мечты.

Карлос фыркнул, шлепнув его по затылку:

— Ты хочешь, чтобы Шеп с тебя шкуру спустил?

Сайлас только рассмеялся:

— Надо же когда-то рискнуть.

Оуэн метнул в его сторону раздраженный взгляд:

— А может, ты попробуешь что-то новое и просто оставишь ее в покое?

О, черт. Я не знала, почему Оуэн решил, что ему нужно играть роль защитника, когда у меня уже есть четверо братьев. Может, потому что мы учились в одном классе с тех пор, как я переехала в Спэрроу-Фоллс, и он работает у Шепа с самого выпуска.

Хотя, если честно, вся эта пикировка с Сайласом идет у нас уже не первый год. Но Оуэна это начинало бесить все больше и больше.

Сайлас с юности крутился от одной девушки к другой с какой-то немыслимой скоростью. Никогда не давал ложных надежд, но всё равно оставлял за собой шлейф разбитых сердец.

У Оуэна тоже были романы, но не в таком количестве. Он вообще ни к чему надолго не привязывался. То уходил из бригады Шепа, то возвращался. А уж его вспышки гнева давно стали легендарными.

Только Карлос из них троих остепенился — жена, очаровательная малышка Габби. Может, когда-нибудь и на остальных повлияет. Сейчас Карлос посмотрел на обоих так, что явно приготовил для них хорошую выволочку на потом.

— Остынь, — буркнул Сайлас, нахмурившись.

Оуэн рассмеялся, но как-то натянуто:

— Просто гоню волну.

Сайлас в ответ не улыбнулся.

Карлос разрядил обстановку, подойдя к моей машине и постучав в открытое окно:

— Как дела в цветочном бизнесе?

Но прежде чем я успела ответить, Бисквит зарычал, и Карлос сделал шаг назад:

— Ты уверена, что его можно держать у себя дома?

Я почесала Бисквита под подбородком, успокаивая его:

— Просто к мужчинам он пока не привык.

Карлос усмехнулся:

— Моя жена сказала бы, что он умен.

— Это ты сказал, не я. — Я махнула рукой. — Спокойной ночи, ребята.

Я плавно отъехала в сторону коттеджа. Пикап Шепа уже исчез, а у викторианского стоял только один знакомый черный грузовик. Я поймала себя на том, что задержала взгляд.

Энсон был в эти дни словно призрак. Я его почти не видела. Но чувствовала. Казалось, воздух начинал двигаться иначе, стоило ему появиться рядом.

Я заставила себя оторвать взгляд от его машины и сосредоточиться на дороге, ведущей к коттеджу. Остановившись перед домом, заглушила двигатель. Бисквит глухо тявкнул.

Я потянулась назад, почесала его:

— Рад вернуться? Сегодня тебе пришлось много общаться.

И надо признать, он справился отлично. Пару раз порыкивал на мужчин на кассе, но стойка давала ему чувство безопасности, пока он привыкал к окружающим.

Я выскочила из машины, открыла заднюю дверь и быстро пристегнула поводок. Бисквит спрыгнул, принюхиваясь, а я захлопнула дверь и повела его к коттеджу.

Мышцы ныло. Может, все-таки сначала ванна, а потом еда? Желудок заурчал в ответ. Ясно, вариант отвергнут.

Поднимаясь по ступеням, я замедлилась, заметив что-то на коврике у двери. Прищурилась, присев.

Как только я рассмотрела изображение, из меня будто выбили весь воздух. Фотография с обожженными краями, изображение немного покорежено от жара, но я все равно могла разобрать, что на ней изображено.

Моя семья. Счастливая. Беззаботная — мы сидим на пикнике у ручья неподалеку отсюда. На фото мои глаза сияют, рот приоткрыт в наполовину смехе, наполовину крике — папа щекочет меня в бок. Мамины руки обнимают Эмилию, сжимают крепко, и она улыбается во весь рот.

Я тогда не хотела фотографироваться. Поэтому папа и щекотал меня, пытаясь вызвать улыбку. Почему я тогда была такой упрямой? Почему не ценила то, что было прямо передо мной? Почему не впитывала каждую минуту, что провела с ними?

Дыхание стало сбиваться, каждый вдох спотыкался о предыдущий. Лёгкие жгло, словно в ту ночь, когда я дышала чистым дымом. Это ощущение так врезалось в память, что только усиливало нарастающую панику.

Бисквит жалобно заскулил, пока я судорожно пыталась хоть как-то наполнить легкие. Перед глазами заплясали черные пятна — я знала, что сейчас потеряю сознание.