Чтение онлайн

— На твои не стану.

— Не станешь? — сощурилась Всемила. — А если Радим прикажет?

— Даже если Радим попросит — не стану. В узорах сила — тебе такой нельзя.

— Сила? — расхохоталась Всемила. — Я уж выросла из небылиц, хванец! Или ты так не думаешь?

— Думай, как знаешь, — спокойно ответил хванец и направился к двери.

— А почему мне нельзя? — спросила Всемила не столько из любопытства, сколько для того, чтобы задержать его здесь. Когда еще случай выпадет.

— Он для… — хванец помялся, словно не зная, как продолжить, — для мужних жен.

— То есть, коль без мужа, так нельзя?

— Нет.

— А если я себе такой на платье вышью?

Хванец сощурился, словно целился.

— Не нужно.

— А если?

— Это будет просто узор — точно повторить не сможешь, — коротко улыбнулся он.

— А если смогу?

— Если сможешь, беду можешь накликать.

— Так уж и беду?

— Всемила, я не просто так говорю, — голос у хванца звучал примирительно, словно он с дитем неразумным разговаривал. Всемилу даже зло взяло. — Не нужно. А то мне Радиму сказать придется.

— Ах, так! Радиму сказать, значит? — недобро улыбнулась Всемила, передразнивая его глупый выговор. Неприятно он слова произносил — будто песню пел. — А если я Радиму расскажу?

— Про что? — снова прищурился хванец.

— Не знаю. Хотя бы, что приставал ты ко мне, прямо здесь? Как думаешь, слушать он тебя после этого станет?

Хванец замер, точно ему ноги к полу копьями прибили, и смотрел так, будто только и ждал, что Всемила скажет, что пошутила. И хоть ничего такого она бы не сделала, успокаивать его не хотелось. Пусть знает свое место.

— Радим… — хванец закашлялся, словно голос его разом подвел. Оказалось, легко с него спесь сбить. Это только при Радиме он такой — сильный да все знающий, так что Радим как в русалочьи сети попал, слушает его, едва не рот раскрыв. А дошло до дела — вон аж краска с лица сошла.

— Радим — побратим мой. Он знает, что я бы никогда…

— Знает? Он тебя сколько знает? Даже года нет.

— Зачем ты так?

— А затем! — разозлилась Всемила из-за того, что все шло не так. — Побратим? Какой ты побратим?! Не знаю, чем ты там Радима так привязал, да только пустое это все. Ну что ты так смотришь?

Хванец и впрямь смотрел так, будто увидел перед собой раздавленного жука. Да кто он такой, чтобы вообще смотреть вот так!

— Если меня уколоть хочешь, так мне без разницы. А Радиму обидно будет.

— А ты о Радиме печешься?

— Сама знаешь, что да.

— Ничего я не знаю. Ты же молчишь. В гости только при Радиме и заходишь!

— Я вижу, что не люб, к чему лишний раз ходить?

— А ты попробуй! Может, расскажешь что о себе, так иначе все пойдет, — уже спокойней сказала Всемила, хоть и знала, не даст она теперь хванцу спуску — разозлил он ее страшно.

— Спрашивай, что хочешь.

— У тебя родные есть?

— Побрати…

— Радима оставь. Я не о нем!

— Нет.

— А были?

— Да.

— Где они?

— Умерли.

— Все?

— Да.

Хванец говорил спокойно, точно не о себе.

— Зачем ты сюда приехал?

— Радим привез.

— Ты же не бревно! Мог отказать.

— Не мог. Без памяти был.

Всемила нахмурилась. Это похоже на Радима. Подобрать кого поболезней да в дом притащить. Еще мальчонкой все то белок домой, то ежей из лесу раненых таскал.

— Добро. Тебе есть куда вернуться? Где твой дом?

— Дома нет. И я пока от Радима не могу.

— Радиму без тебя лучше! Не видишь разве, что воины шепчут? Ты ему разум дурманишь! Переиначиваешь все тут! Худо от тебя брату будет.

— Не будет!

Всемила закусила губу и потрясла головой. Ну как этому чужаку объяснить, что не нужен он здесь?

— Выходит, в Свири остаешься?

— Да.

— Ну ладно уж… — пробормотала Всемила и тут же встрепенулась: — Жениться тебе нужно!

— Что мне нужно? — оторопел чужак, даже рот, как ребенок на праздничном базаре, распахнул.

— Девку найди, что понраву, да от брата отстань. Хотя… что по нраву не получится. Ты же чужак. Кто же за тебя… Но чужак-то чужаком, а ты еще и побратим самого воеводы…

Всемила крепко задумалась и чуть не вздрогнула, когда хванец рот раскрыл:

— А при чем жена и Радим?

— При всем! Успокоится Радим, что ты с семьей, да и поутихнет все.

— Странная ты, — снова прищурился хванец.

Всемила решила не отвечать. Уж кто бы тут про странность говорил.

— А у тебя жена была? — спросила она вместо ответа.

Хванец покачал головой, глядя на нее так, будто… Ну вот что он так смотрит?! Всемила почувствовала, что снова злится. Ведь она добром хотела.

— А я красивая, хванец?

Зачем спрашивала, если и так ответ знала?.. А уж что он думает, так и вовсе неважно.